Крепкий рубль стал одним из вызовов для российской экономики, заявил глава Минэкономразвития Максим Решетников на инвестиционном форуме ВТБ «Россия зовет!». По его словам, причина этого в высоком уровне торгового баланса, где экспорт дает плюс 120 млрд долларов в год. При этом в ближайшее время объем экспорта вырастет дополнительно еще на 50-70 млрд долларов в год благодаря крупнейшим экспортоориентированным проектам. «Это гигантский вызов», – говорит Решетников.
Курс рубля оказался существенно крепче, чем казалось год и два года назад, пришлось поменять прогнозы, признал глава Министерства экономического развития. Действительно, и власти, и эксперты ожидали ослабления курса еще с осени. Например, в начале года в Макроэкономическом опросе Банка России прогноз по курсу доллара к рублю в среднем за 2025 год был в районе 104,7 рублей, а в середине года медианная оценка сместилась к 87-90 рублям. Согласно последнему опросу, средний курс ожидается в районе 85 рублей, говорит Николай Дудченко, аналитик ФГ «Финам».
В числе главных причин эксперты называют жесткую политику Банка России, а также изменение структуры платежей за экспортно-импортные операции. Если в начале года доля рубля в структуре экспорта составляла порядка 44%, то к концу года третьего квартала увеличилась до почти 60%, отмечает Дудченко. В структуре импорта доля рубля поменялась не так значительно, но все же также выросла с 51% до 55%, и, как следствие, спрос на иностранную валюту сократился, заключает эксперт.
«Во-первых, сохраняется профицит внешней торговли. По данным ЦБ, за январь-сентябрь торговое сальдо – около 89 млрд долларов. Это меньше прошлогоднего показателя, но это все равно крупный плюс. Во-вторых, импорт структурно ниже досанкционного уровня, его рост ограничен логистикой, санкциями и политикой импортозамещения, о чем прямо говорит Решетников. В-третьих, сохраняются ограничения на отток капитала и обслуживание внешнего долга, внешний долг сокращен более чем вдвое за три года, что уменьшает валютный спрос со стороны корпораций», – поясняет Владимир Чернов, аналитик Freedom Finance Global.
Кому и какие проблемы создает крепкий рубль? Во-первых, он бьет по главному финансовому документу страны – бюджету. Его дефицит в этом году расширяется в том числе из-за курса рубля.
«Для бюджета крепкий рубль – не подарок. Нефтегазовые доходы считаются в валюте, а тратит Минфин в рублях, соответственно, укрепление курса режет рублевый эквивалент экспортных налогов и пошлин. Кроме того, фискальное пространство сжимается в условиях, когда текущий счет все еще в плюсе, а темпы роста экономики замедляются до 0,5-1%. Приходится либо экономить на расходах, либо усиливать заимствования на внутреннем рынке, либо повышать налоги, что мы уже видим в плане на 2026 год», – говорит Чернов.
Во-вторых, крепкий рубль бьет по экспортерам. «Это прямой удар по рублевой выручке и марже экспортеров, особенно в проектах с высокой капиталоемкостью и длинным горизонтом окупаемости. Те же проекты, на которые ссылается Решетников, вроде Амурского ГХК или Удаканской меди, изначально считались при более слабом курсе, а теперь на горизонте появляется еще плюс 50-70 млрд долларов экспорта в год при уже текущем торговом профиците порядка 120 млрд. При таком курсе часть проектов на нижней границе эффективности просто "выпадает", так как рублевая выручка не покрывает обслуживание долга, а перезапустить модель под новый курс сложно», – поясняет собеседник.
«Крепкий рубль может привести к коллапсу ряда отраслей экономики, и в первую очередь проблемы начинаются у сырьевых экспортных компаний»,
– говорит Дудченко. Например, добавляет он, лесоводство и лесозаготовки выходят в ноль по финансам при курсе примерно 63 рубля за доллар, транспортная отрасль – при курсе 61 рубль, добыча полезных ископаемых – 54 рубля за доллар, добыча сырой нефти и газа – 46 рублей. Это оценки чувствительности отраслей российской экономики к укреплению рубля Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования на 2022 год.
Казалось бы, в выигрыше от крепкого рубля должны быть импортеры, ведь импортные товары становятся дешевле. Однако их плюсы сильно ограничены. При действующих барьерах и санкциях это не превращается в масштабный приток оборудования и технологий, о котором мечтали бы инвесторы, говорит Чернов. «Плюс предприятия, которые уже залезли в долги под ожидание более слабого курса, могут оказаться в ситуации, когда обслуживать рублевый долг из просевшей в рублях экспортной выручки становится тяжело. Отсюда речи министра о том, что "где-то надо перестать копить долги и запускать санацию", то есть признавать проекты неизвлекаемыми и высвобождать ресурсы», – отмечает Чернов. Страдают в первую очередь капиталоемкие секторы с высокой долей экспорта, такие как металлургия, химия, часть нефтехимии, нефтегаз, отдельные аграрные сегменты и т. д., добавляет он.
Выигравшие, конечно, тоже есть, но они оказываются в меньшинстве.
Это импортеры оборудования и потребительских товаров, а также семьи с рублевым доходом и валютными расходами, плюс часть переработчиков, ориентированных на внутренний рынок, получает более дешевый импорт сырья или комплектующих, но там, где есть доступ к поставкам, говорит Чернов.
Какой же курс будет более выгодным и комфортным для всех участников экономики? Здесь есть разные оценки. Глава Минфина, считает, что курс является сбалансированным при текущем состоянии платежного баланса России. Глава Сбера Герман Греф считает, что равновесный курс, который устроил бы экспортеров и импортеров, находится вблизи 100 рублей за доллар. «На наш взгляд, текущий курс российской национальной валюты действительно не является оптимальным, и он должен быть примерно на 10-20% ниже текущего», – говорит Дудченко.
Могут ли власти предпринять меры, чтобы искусственно ослабить рубль и сделать более комфортным и для бюджета, и для экспортеров? На самом деле, маневров у властей не так и много, учитывая, что Банк России не таргетирует курс рубля. Однако снижение ключевой ставки до среднего значения в 7,5-8,4% в перспективе следующих двух лет может привести к постепенному ослаблению курса, говорит Дудченко.
В теории власти могли бы помочь рублю ослабнуть через более быстрое снижение ставки ЦБ, через ослабление контроля за оттоком капитала, смягчение валютного контроля или убрав ограничения на вывод дивидендов и сократив продажу валюты в рамках бюджетного правила. Однако это ударит по финансовой стабильности,
говорит Чернов.
«Сильное снижение ставки преждевременно при еще не закрепленной дезинфляции. Сокращение продаж валюты Минфином может восприниматься рынком как сигнал к бегству в валюту и спровоцировать избыточный скачок курса. Поэтому сейчас риторика правительства скорее про "адаптироваться к крепкому рублю", чем про целенаправленное его ослабление», – говорит Чернов.
Глава экономического развития Решетников надеется на естественное ослабление рубля на фоне сжатия экспорта, когда низкомаржинальные экспортные товары и проекты начнут неизбежно уходить с рынка. «Так или иначе нам придется жить в этой реальности (крепкого рубля). Отчасти это значит, что какие-то экспортные продукты и товары из экспорта вынуждены будут уйти. Многие предприятия считают, что вот сейчас надо потерпеть, курс пока крепкий, а потом каким-то чудом он ослабнет, и как-то все стабилизируется. Но вот, похоже, что не везде эта стратегия работает», – сказал Решетников.
По прогнозам, до конца 2025 года базовый ориентир рынка и опросов ЦБ – это диапазон ближе к 80-85 за доллар, с умеренным ослаблением к концу года, если ключевую ставку продолжат в декабре плавно снижать, а профицит счета сузится, говорит Чернов. Наш прогноз по курсам валют на ближайший месяц: по доллару мы ждем торговли в диапазоне 77-83 рублей, по евро – 89-94 рубля, по юаню – 10,8-11,5 рубля, говорит Дудченко из ИК «Финам».
«На 2026 год прогноз около 94-95 за доллар. По евро, исходя из текущего диапазона пары EUR/USD, это означает движение в коридор примерно 105-115 рублей в 2026 году при умеренном ослаблении рубля», – считает Чернов. «Мы ждем, что в 2026 году курс доллара вырастет до 93-95 рублей, курс евро – до 102-103 рублей, курс юаня будет в районе 12,5-13 рублей», – заключает Дудченко.