Россия и Польша достигли договоренностей о транзите нефти из Казахстана в Германию. Об этом сообщает издание Reuters. Отмечается, что поставки энергоресурса в ФРГ могли прекратиться уже 5 июня, поскольку Москва столкнулась с «тупиковой ситуацией» оплаты услуг по измерению газа на базе в Адамово со стороны Варшавы.
По данным издания, данная ситуация произошла из-за опасений польского трубопроводного оператора PERN попасть под действие западных санкций. В результате длительного согласования стороны сошлись на компромиссе: расходы согласился взять на себя нефтеперерабатывающий немецкий завод РСК Schwedt.
Обслуживанием учета на польском участке займется неназванная словацкая компания, что поможет Польше избежать негативного влияния возможных ограничений. В материале подчеркивается, что транзит по данному трубопроводу является относительно небольшим. С помощью него Германия получает лишь 1,2 млн тонн нефти.
На этом фоне министры финансов стран G7 договорились бороться с попытками обойти западные санкции против России. В частности, на встрече в Вашингтоне они договорились совместно добиваться соблюдения потолка цен на энергоресурсы Москвы. При этом тем сторонам, которые применяют «обманные практики» для обхода ограничений, группа также пригрозила санкциями.
Напомним, впервые транзит казахстанского топлива через территорию России и Польши в ФРГ состоялся зимой 2023 года. Компанией, ответственной за участие нашей страны в проекте, выступила «Транснефть». Состоявшаяся сделка стала результатом введенного в Германии запрета на закупку продукции РФ.
Несмотря на то, что за схожее решение выступала и Польша, восточноевропейская республика все-таки не пошла на столь радикальный шаг. Она продолжила получать поставки со стороны Москвы, которые были прекращены в феврале 2023-го по желанию России. При этом еще в 2022-м Берлин и Варшава суммарно прокачивали через северную ветку «Дружбы» 480 тыс. баррелей в сутки.
В экспертном сообществе отмечают, что продление транзита казахстанского топлива через инфраструктуру «Транснефти» может стать предлогом для продажи ФРГ отечественных энергоресурсов. Подчеркивается, что западные санкции значительно осложняют жизнь ЕС, не давая государствам-участникам объединения заключать выгодные для них торговые соглашения.
«Вполне возможно, что транзит действительно подразумевает экспорт в Германию непосредственно казахстанской нефти. Тем не менее факт использования инфраструктуры, проходящей через территорию России, позволяет говорить о том, что в определенный момент ее же можно будет задействовать и для поставок наших ресурсов», – сказал экономист Иван Лизан.
«Сорта, добываемые в наших странах, не сильно отличаются друг от друга. С точностью установить, откуда именно пришло топливо, у экспертов ЕС не получится. Таким образом, Москва в любом случае остается в выигрыше. Нельзя забывать и о том, что если казахская нефть будет направлена в ФРГ, то у России появляется больше возможностей расширения поставок на перспективные рынки Азии», – отмечает он.
«Что касается опасений Польши по поводу оплаты услуг расходомеров «Транснефти», думаю, что все дело в попытках Варшавы перекинуть основные расходы на Германию. Немцам покупка данной нефти гораздо более важна. Поэтому они и готовы выделять на этот проект значительные средства. Вопросы санкций совершенно точно лежат в другой плоскости», – уточняет собеседник.
«Нефтяной сектор ЕС достаточно сложный. Разные компании обладают буквально «сетью» предприятий, находящихся по всей территории объединения. Вполне возможно, что «неназванная словацкая фирма» на деле является «дочкой» польского завода, обладающей какими-либо специфическими компетенциями», – подчеркивает эксперт.
«Интересно, что на этом фоне страны-участницы G7 выпустили заявление о том, что любые попытки обойти ограничения в сфере энергетики для продолжения сотрудничества с Россией будут караться санкциями. Очередная декламация лицемерных лозунгов. Западные политики стараются усидеть на двух стульях», – акцентирует собеседник.
«Им нужно поддерживать заданную в 2022 году планку русофобской риторики, но при этом сохранять приемлемый уровень благосостояния,
что без сотрудничества в сфере энергетики с Москвой сделать достаточно сложно. Если бы они реально хотели разорвать с нами отношения, то давно бы наложили эмбарго на любые поставки нефти из портов Турции и ближайших к ней стран», – считает Лизан.
Утверждать или отрицать факт поставок российской нефти в ФРГ под видом казахстанской продукции достаточно сложно, уточняет экономист Антон Любич. «Однако имеющаяся инфраструктура позволяет производить подобные операции. Поэтому теоретически и технически это осуществимо. К сожалению, мы живем в реальности, когда торговые соглашения подписываются ценой неимоверных усилий», – сказал он.
«Западные страны считают снижение градуса русофобской риторики недопустимым, но вместе с тем они не могут не соблюдать интересы собственной экономики. Все это вынуждает их прибегать к достаточно сложным схемам взаимодействия с Москвой. Тем не менее не думаю, что в данном случае речь идет о сложном геополитическом расчете», – рассуждает собеседник.
«Скорее всего, государства выстроили процесс транзита казахской нефти в ФРГ таким образом, как им действительно было удобно. Важно понимать, что вместе с наложенными на Россию рестрикциями принимаются многочисленные непубличные «лицензии», которые разрешают проводить некоторые операции в частном порядке. Не исключаю, что в данном случае мы имеем дело именно с ними», – подчеркивает Любич.
Объемы казахстанской нефти, поступающие в Германию, в 20 раз меньше того количества, которое ФРГ предоставляла Россия, отметил Станислав Митрахович, ведущий эксперт Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ), научный сотрудник Финансового университета при правительстве РФ.
«Увеличить Казахстану поставки достаточно сложно, поскольку показатели добычи в этой стране растут медленно. Выходом может стать перенаправление путей экспорта: наращивание поставок Европе за счет снижения торговли с другими важными игроками. Не исключаю и вариант организации механизма «свопа», – отмечает он.
«Если казахстанская нефть практически идентична по составу с российскими марками, то теоретически во время транзита она может оставаться на территории РФ, а в Европу передадут уже отечественную продукцию. Однако данный вопрос для западных стран принципиальным не является. Если выяснится, что Москва действительно продала Берлину собственную нефть, скандала не будет», – считает собеседник.
«Германии очень сложно приходится без взаимодействия с Россией в сфере энергетики. Если бы они хотели запретить покупку продукции РФ, скорее всего, ограничения коснулись бы и других стран. Например, Индию, откуда вполне может продаваться наша нефть уже на вторичном рынке», – акцентирует эксперт.
«Таким образом, западные страны выстраивают препятствия сами себе.
Они настолько сильно увлеклись введением санкций, что забыли проработать пути, по которым можно было бы вести более-менее удобную торговлю, хотя бы по тем позициям, которые необходимы для них. Не удивлюсь, если и словацкая компания была привлечена по причине необходимости соблюсти все введенные ограничения», – уточняет Митрахович.
Евросоюз не ограничивал закупки российской нефти, напоминает Игорь Юшков, эксперт Финансового университета при правительстве РФ и Фонда национальной энергетической безопасности. «Запрет распространяется только на морские перевозки энергоресурса. Доставка же с помощью трубопроводов не возбраняется», – подчеркивает он.
«Проблема идет именно со стороны Германии. ФРГ самостоятельно на национальном уровне отказалась от закупок нашего топлива. Поэтому в данном проекте нет никаких санкционных рисков ни для Варшавы, ни для Берлина. Воздержание от применения нефти РФ является личным делом каждой страны», – детализирует собеседник.
«На практике все происходящее будет означать следующее: казахстанская нефть будет заходить на территорию России. Затем по нашим трубам ресурс будет уходить в Германию. Важно отметить, что внутри них топливо будет перемешиваться с остатками отечественной продукции марки Urals, что сделает ее еще более привлекательной для Берлина», – отмечает эксперт.
«Немцам не придется перенастраивать свои заводы на работу с новыми видами нефти. Они уже заточены под использование российских образцов. С точки зрения документации процесс выйдет максимально чистым. По документам ФРГ получит казахстанскую нефть, которая фактически полностью повторяет химический состав Urals», – замечает Юшков.
«Что касается поляков, то их опасения вообще не связаны с покупкой нефти. Варшава заняла принципиальную позицию: свести к минимуму связи с Москвой. Основные вопросы вызывает необходимость денежного перевода «Транснефти». Платежи стали очень опасным направлением, в котором достаточно легко нарваться на нарушение действующих ограничений», – уточняет он.
«Таким образом, Польша попросту перестраховывается. Соответственно, и словацкая фирма нужна именно в этом ключе. Измерение транзита – услуга, за которую нужно платить. Варшава приглашает своих коллег из другой страны, отдавая в их ведение данное направление. Таким образом, государство полностью отрезало себя от связей с Россией», – уточняет эксперт.
«И заявления G7 также не противоречат договоренностям, достигнутым между РФ и Польшей. Речь идет в первую очередь о морских перевозках, где простор для махинаций, действительно, достаточно велик. Трубопроводные поставки даже не попадают под ценовой потолок», – резюмирует Юшков.