Накануне традиционной для конца октября ежегодной встречи Международного валютного фонда и Всемирного банка опубликованы тревожные данные, касающиеся и мировой, и американской экономики. Так, Bloomberg пророчит «непредсказуемые последствия» из-за «глобального шока», которым угрожает стремительно растущий госдолг США и других крупных держав. По данным агентства, к концу текущего года объем этих долгов приблизится к 100 трлн долларов.
Кроме того, появились сведения о том, что доля США в мировой экономике, рассчитанная по паритету покупательной способности, опустится ниже 15% уже к концу текущего года. Более ранние прогнозы относили этот момент на 2027 год. Однако налицо ускорение процесса развала мировой долларовой системы и развития финансового кризиса в США.
15% – много это или мало? Пока только у Китая доля в мировом ВВП выше. А если брать подушевой ВВП, то США кажутся очень обеспеченной страной. Но на самом деле положение Америки уже далеко не столь благополучно, как это было еще лишь пару десятилетий назад. И это прямо связано с ее огромными долгами – но не только.
Сокращение долларовой вселенной
В 1944 году на долю США приходилось, по разным оценкам, от 48% до 52% мирового ВВП и около 60% мирового промышленного производства. К концу Второй мировой США подошли в статусе экономической сверхдержавы.
Этот статус был закреплен в июне 1944 года на конференции в Бреттон-Вудсе, где были приняты решения о создании Международного валютного фонда (МВФ) и Международного банка реконструкции и развития, сегодня называющегося Всемирным банком (ВБ). Кроме того, была начата работа над созданием международных правил внешней торговли, вылившаяся в принятие в 1947 году Генерального соглашения о тарифах и торговле (ГАТТ по английскому названию документа – General Agreement on Tariffs and Trade). В 1995 году соглашение трансформировалось в организацию ВТО. Все это были инструменты, обеспечивавшие США возможность экономического освоения остального мира (в первую очередь Европы и Японии). Вне зоны американской экспансии тогда оставались Восточная Европа, СССР и Китай.
Предложенный европейским странам план Маршалла предусматривал огромную американскую помощь в восстановлении разрушенного хозяйства. Но он же обеспечивал и заказы американским компаниям. Хотя формально доля США в мировом ВВП снижалась, экономика США все равно неплохо росла.
Экономическая экспансия США начала выдыхаться к концу 1950-х годов. Америке нужны были новые рынки, и США не побрезговали поддержать распад колониальных империй. В 1956 году США и СССР совместно выступили против англо-франко-израильской агрессии против Египта, а потом (каждая страна из своих соображений) поддержали парад суверенитетов бывших колоний. Освоение рынков стран третьего мира дало американской экономике еще один глоток воздуха. До начала 1970-х годов она продолжала развиваться.
Исчерпание этой волны роста совпало с войной во Вьетнаме, где США пытались получить себе еще один рынок (Северный Вьетнам), а в итоге лишились части своего, потеряв Вьетнам целиком. Война на Ближнем Востоке 1973 года (в которой США теперь выступили главным союзником Израиля) должна была покончить с влиянием Советского Союза на Египет и Сирию и дать больше простора в этих странах американскому капиталу. В итоге это привело к арабскому нефтяному бойкоту, подорожанию нефти и стагфляции в США.
Выход был найден в начале 1980-х, когда в рамках рейганомики началось наращивание госрасходов (с соответствующим ростом госдолга) при одновременном ослаблении налогового бремени на бизнес. Фактически за счет кредитной накачки потребительского спроса американской экономике предоставили новые рынки. Однако это были рынки, взятые взаймы у собственного будущего. Бесконечно наращивать закредитованность домашних хозяйств было невозможно. Нового импульса развития США хватило до начала 1990-х.
Распад социалистической системы включил в долларовую экономику рынки стран Восточной Европы, республики бывшего СССР (включая Россию) и Вьетнам. Помог Соединенным Штатам и Китай, который еще с конца 1970-х годов начал поворот в сторону включения в рыночную экономику. К 1990-м годам он стал важной частью мировых технологических цепочек, обеспечивая рост эффективности глобальной экономики, возглавляемой США.
Очередной этап роста закончился к рубежу тысячелетий. Какое-то время казалось, что рост можно поддерживать, расширяя глобализацию, но кризис 2007–2009 годов показал эфемерность этих надежд.
Первый звоночек для мировой долларовой системы прозвенел в 2014 году, когда Западом против России были введены санкции из-за «Крымской весны». Они нанесли России определенный ущерб. Однако потери мировой экономики были кратно больше – мировой ВВП снизился на 4,23 трлн долларов (на 5,35%), больше, чем в ходе кризиса 2008 года. Карантины и прерывание цепочек поставок в ковидный 2020 год обошлись мировой экономике еще в 3,7 трлн долларов (4,2% мирового ВВП).
Сейчас идет сокращение рынков, включенных в мировую долларовую систему. Отчасти это происходит по вине самих США, выключивших из нее Россию, Иран, Северную Корею, накладывающих санкции на Китай, компании в других странах, сотрудничающие с Россией. Ряд стран переводят свои внешнеторговые расчеты в национальные валюты, ищут пути экономического взаимодействия в обход продвигаемых Вашингтоном механизмов глобальной интеграции. Долларовая экономика сокращается как шагреневая кожа.
Циклы изменения госдолга США
Государственные расходы (и долги) были одним из важных ресурсов, обеспечивающих силовую и финансовую составляющие американской экономической экспансии. Пока доллар был привязан к золоту и не существовало ФРС, долг мог не только расти, но и сокращаться. После образования ФРС в 1913 году госдолг США только рос. Сейчас размер долга США ракетой устремляется в космос.
Но важна не абсолютная величина долга, а его отношение к ВВП страны. Если его размер по отношению к ВВП невелик и экономика растет быстрее роста долга, то ситуация контролируемая. Около ста лет назад, например, доля госдолга США по отношению к ВВП составляла 18% ВВП. Затем эта доля то росла, то падала в зависимости от ряда условий.
Резкий рост госдолга США произошел в кризис 2008–2009 годов. Тогда его относительный размер увеличился практически вдвое – с 36% до 70% от ВВП. В пандемию госдолг преодолел планку 100% от ВВП и продолжил стремительный рост. К началу 2024 года он составил 122,3% от ВВП, а к сегодняшнему дню – уже 130% от ВВП. И пока ни у кого нет никаких представлений о том, за счет чего США могут вернуться на траекторию снижения относительного госдолга. Для сравнения: в России отношение госдолга к ВВП не превышает 17%.
На что надеются США
В Вашингтоне отчаянно пытаются обратить вспять негативные тенденции. В ход идут средства, позволяющие хотя бы замедлить развитие негативных сценариев для США за счет создания проблем у их союзников – и прежде всего Европы.
Например, в результате и антироссийских и антикитайских санкций, и подрыва «Северных потоков», и мер по стимулированию перевода в США производств из Европы положение в европейской экономике ухудшается, глобальный конкурент США слабеет. Но успех в ослаблении своего союзника-конкурента, история вмешательства США в дела стран Глобального Юга порождают в мире настроения в пользу альтернативы американоцентричной глобальной экономике. США попали в воронку, когда сама их экспансия стала вызывать неприятие даже там, где ранее им были рады.
«Весь мир задумался, стоит ли использовать доллар, если Соединенные Штаты по политическим соображениям ограничивают использование доллара в качестве универсальной международной расчетной единицы... Даже традиционные союзники Соединенных Штатов сокращают свои резервы в долларах», – говорил об этом Владимир Путин.
Есть еще один опасный подводный камень, на который может налететь американская экономика. Поскольку рост фондового рынка намного опережал рост реального производства, перед финансовыми директорами американских компаний всегда стоит соблазн: вкладываться в производство в расчете на небольшую его рентабельность или прокрутить свободные деньги на финансовом рынке и получить мгновенную прибыль. А деньги эти идут в зачет годового финансового результата компании, что обеспечит лично финдиректору хороший бонус, а акционерам – хорошие дивиденды.
Пока финансовый рынок растет, компания имеет дополнительную подушку безопасности. Но ухудшение конъюнктуры фондового рынка приведет к снижению доходов (или росту убытков), в том числе компаний реального сектора. Что, в свою очередь, приведет к очередному витку снижения котировок.
Продолжающееся расширение БРИКС и углубление интеграции между странами этой группы грозят еще большим сокращением мировой долларовой системы. А ее сокращение чревато еще более острыми проблемами для американской экономики.
По всем этим причинам уже в ближайшие годы доля США в мировом ВВП может опуститься значительно ниже 15%. И хотя она пока еще достаточно велика, для США критически важно ее расширение. Надежд на то, что нынешнее положение вещей может продолжаться еще долго, практически не осталось. Как остановить рост госдолга без дефолта, пока никто не представляет. И других инструментов, кроме политического и экономического нажима, подкрепленных военным давлением, у Америки больше нет.