Каждый упущенный процент инфляции за год обходится россиянам в 600 млрд рублей, заявила глава Центробанка Эльвира Набиуллина.
Если бы Банк России не повысил в октябре ключевую ставку на 2% – до 15%, то потери для граждан, бизнеса и государства от растущего инфляционного давления были бы гораздо больше, заявила глава ЦБ, выступая в Госдуме. «Мы повысили ключевую ставку соразмерно тому инфляционному давлению, которое возникло в середине года», – добавила она.
По словам Набиуллиной, повышение ключевой ставки и связанный с ним рост депозитных ставок позволяет компенсировать гражданам эти потери, сгладить последствия инфляции для их благосостояния.
«Глава ЦБ имеет в виду ту сумму, на которую подорожало потребление для граждан, бизнеса и бюджета. Суммарный ВВП России сейчас составляет около 1,5 трлн долларов, или 150 трлн в рублях. Если отсечь экспорт (нефть, металлы и прочее), то внутри страны годовые расходы (внутреннее потребление) людей, компаний и бюджета составили примерно 40%, или 60 трлн рублей в фиксированных ценах (привязанных к базовому году). Каждый процент номинального роста потребления (без роста в штуках, литрах, килограммах и часах услуг) дает те самые 600 млрд в год переплаты», – объясняет Валерий Емельянов, эксперт по фондовому рынку «БКС Мир инвестиций».
Для каждого россиянина цена инфляции на каждый один процент составляет в среднем 4000 рублей.
«Если раскидать эти 600 млрд рублей на всех жителей, включая младенцев, то это примерно 4000 рублей в год на одного россиянина, или 333 рубля в месяц, посчитал эксперт. Такова сильно усредненная цена инфляции на каждый процент.
У кого-то она выше, у кого-то ниже», – говорит Емельянов.
Если бы ЦБ отказался от ужесточения монетарной политики, то инфляция могла бы достичь примерно 10% или даже быть больше, говорит Наталья Мильчакова, ведущий аналитик Freedom Finance Global.
В этом году инфляция ожидается в районе 7%, то есть на 3% ниже той, что могла бы быть. Таким образом, с помощью поднятия ставки и торможения инфляции россияне могли сэкономить 1,8 трлн рублей, или по 12 тыс. рублей на человека.
Если бы ставку не подняли, то люди бы больше теряли из-за удорожания базовых товаров (и не только импортных), но реже бы имели какие-то проблемы с работой, их доход бы рос чуть быстрее, считает Емельянов, добавляя, что ущерб был бы в любом случае, просто он был бы распределен по-другому.
«Я убежден, что не инфляция, а именно высокий курс – выше 100 рублей за доллар – заставил ЦБ пойти на повышение ставки. Но говорить об этом прямо регулятор не может, поскольку это противоречит принципу свободной конвертации рубля», – замечает Емельянов.
Что касается выгод от повышения ставок, то ими могут воспользоваться не все. «Выгоды распределяются неравномерно. Из-за роста ставки в плюсе оказываются вкладчики, инвесторы и кредиторы (не только банки), и они получают шанс отбить часть предыдущих потерь от роста цен. Также в плюсе более зажиточные люди, у которых высокая доля потребления приходится на импортные товары и услуги, поскольку валюта дешевеет», – объясняет Емельянов.
С другой стороны, деловая активность в целом становится ниже, а уровень жизни людей хуже, просто негативный эффект растянут во времени, поэтому не все понимают, что высокая ставка их как-то касается,
указывает эксперт. «В минусе оказываются все остальные, включая тех, у кого нет кредитов. Потому что высокая стоимость займов постепенно перетекает в рост стоимости тарифов на коммуналку и транспорт, а работодатели тратят больше денег на погашение займов, поэтому они вынуждены замораживать рост зарплат или индексировать их реже, не нанимать новых людей. Бюджетные организации и регионы также тратят больше на обслуживание долгов, поэтому меньше тратят на медицину, образование и другие насущные вопросы», – говорит Емельянов.
«Вопрос потерь для бизнеса, которому при росте процентных ставок становятся недоступными кредитные ресурсы, является более сложным. Но, с другой стороны, даже при росте ключевой ставки и банковских процентов по кредитам в третьем квартале 2023 года российский ВВП показал рост на 5,5% в годовом выражении, так что пока незаметно, что рост процентных ставок помешал вырасти всей российской экономике. Да и чрезмерная закредитованность предприятий и населения, которая нередко возникает при низких процентных ставках, создает риски и для банковской системы, и для экономики в целом», – отмечает Мильчакова. Поэтому охлаждение рынка кредитования благодаря повышению ключевой ставки имеет и положительный эффект.
Эксперты уверены, что поставленную Центробанком еще в далеком 2014 году цель – дожать инфляцию до 4% – вполне по силам реализовать в 2024 году.
За десять лет, прошедших с 2014 года, ЦБ удавалось выйти на целевые значения инфляции как минимум два раза – в 2017 и 2018 годах, и тогда приходилось двигаться почти с 13%, напоминает Емельянов. «Сейчас инфляция не так высока: ниже 7% по Росстату. Сбить ее до 4% можно всего за несколько месяцев, особенно если у вас ключевая ставка 15%, то есть вдвое выше инфляции», – считает эксперт.
Мильчакова прогнозирует возвращение годовой инфляции к 4% в четвертом квартале 2024 года, и тогда ЦБ начнет снижать ключевую ставку. «Однако, на наш взгляд, чтобы к концу следующего года инфляция упала до 4% в год, нужно, чтобы ключевая ставка в этом году повысилась еще до 16-17%, чтобы деньги было еще более выгодно сберегать, а не тратить, раздувая денежную массу. При сегодняшних процентных ставках вероятность выхода инфляции в следующем году на 4% менее высока, чем при более высоких», – заключает Мильчакова. Впрочем, она не исключает, что ЦБ может начать снижать ключевую ставку, даже если инфляция снизится до 4,5-5%, главное, чтобы она не повышалась.