Резкий рост стоимости продуктов – картина, наблюдаемая в ЕС практически повсеместно. В течение мая инфляция в еврозоне установила исторический максимум с момента введения единой валюты в 1999 году и достигла показателя в 8,1% в годовом измерении. Основной ее причиной эксперты называют подорожание энергоносителей. Оно составило 39,2%, превысив апрельское значение на 1,7 процентных пункта. Но весомый вклад в общую инфляцию дает и рост цен на продукты питания, алкоголь и табачные изделия, достигший 7,5%.
Продукты в магазинах Европы начали дорожать еще в конце прошлого года. Тогда причинами этого называли неблагоприятные природные факторы, пандемию Covid-19, удорожание энергоносителей. Сейчас же ситуацию усугубляет мировой экономический кризис, связанный с антироссийскими санкциями.
Особенно показательны процессы, происходящие у наших ближайших соседей в странах Прибалтики. «Цены на продукты, которые попадают к конечному потребителю, вырастут. И вырастут значительно – на десятки процентов. Я думаю, будут продукты, которые подорожают даже в разы. И нет такого продукта, про который я могу сказать – его стоимость не вырастет. Привезти его с места производства в магазин уже стало дороже, ведь подорожало топливо», – говорит руководитель латвийского Центра содействия развитию сельскохозяйственного рынка Ингуна Гулбе. По мнению Гулбе, в течение года «в среднем продовольствие может подорожать в Латвии как минимум наполовину».
Литовское телевидение показало репортаж, в котором некоторые люди признались, что ходят теперь в магазины, как в музей – посмотреть на ценники. А покупают не то, что хотели бы, а то, что могут.
«Вот иду, составила список и смотрю, что дешевле. Не что вкуснее и лучше, а что дешевле, иначе невозможно. Посмотрела: экологический сыр – 3,3 евро за 222 грамма», – жалуется одна из опрошенных женщин. Другой покупатель поделился: «Посмотрим и идем себе дальше. Возвращаемся домой и готовим что-нибудь из того, что осталось. Если ничего нет, приходится какой-то кусочек мяса брать…»
Годовая инфляция в Литве в мае 2022-го (по сравнению с маем прошлого года) составила 18,9%. Как отмечают специалисты, на этот показатель в наибольшей степени повлияло увеличение цен на горючее и смазочные материалы, отопление, молочные продукты, твердое топливо, хлеб и зерновые продукты, мясо и мясные продукты, газ, услуги ресторанов, кафе, техосмотра и ремонта транспортных средств, цен на овощи, а также снижение на услуги пассажирских авиаперевозок.
По словам главы эстонского Союза пищевой промышленности Сирье Потисепп, «хороших новостей для потребителей нет». Она пояснила: «Мы видим, как все время повышается цена на зерно – а зерно влияет на все продукты. Мы не можем ничего спрогнозировать, так как не знаем, какой будет урожай осенью... Нас ожидает тяжелое время, так как цены для потребителей резко растут. Правительство должно поддерживать своих людей – и не только потребителей, но и производителей пищевой промышленности», – считает Сирье Потисепп.
Страны Прибалтики, впрочем, образцом благополучия никогда не являлись. Куда лучше, казалось бы, должны обстоять дела в Великобритании – западноевропейском государстве, несколько лет назад покинувшем Евросоюз, все больше начавший напоминать тонущий корабль.
На деле же и у британцев дела обстоят, мягко говоря, не блестяще. Бывший руководитель второй по величине торговой сети в Соединенном Королевстве Sainsbury’s Джастин Кинг заявил, что «золотой век» дешевой еды в Великобритании подходит к концу.
Ситуация усугубляется проблемами, возникшими при попытке Британии обеспечить себя продуктами самостоятельно. Газета Daily Mail сообщает: половина теплиц Великобритании пустует из-за нехватки рабочей силы и роста цен на отопление. В итоге, по прогнозам фермеров, урожай огурцов и сладкого перца сократится более чем наполовину. Крестьяне отмечают, что из-за роста цен на энергоносители невозможно отапливать теплицы, а сажать новые культуры уже слишком поздно. По данным издания, в начале прошлого года плата за газ составляла 40 пенсов, а сейчас сумма выросла до 8 фунтов стерлингов. Ассоциация сельскохозяйственных производителей Lea Valley из Хартфордшира бьет тревогу: из-за нехватки рабочей силы на 20% сократился посев крестоцветных (включая брокколи и цветную капусту).
О росте цен на продукты говорят и в Германии, и в Польше, и во Франции, и в прочих странах континентальной Европы. В США дело дошло уже до того, что в стране катастрофически не хватает детских смесей.
Положение в Африке выглядит еще более пугающим. Так, в Египте инфляция ускоряется уже шестой месяц подряд – на фоне резкого роста мировых цен на энергоносители и продовольствие, а также девальвации национальной валюты. Потребительские цены в этой арабской республике в годовом исчислении выросли в мае на 13,5% (по сравнению с 13,1% в предыдущем месяце). Это самый высокий уровень за три года. Он обусловлен внутренним ростом цен на продукты питания и напитки на 24,8% – что, как пишет Bloomberg, является крупнейшим отдельным компонентом инфляционной корзины в государстве. Не будем забывать и то, что данная 104-миллионная страна является одним из крупнейших в мире импортеров пшеницы.
Запад называет главной причиной продовольственного кризиса затруднения с вывозом зерна с Украины. Однако влияние ситуации с украинским зерном на кризис явно преувеличено, тем более что он начал проявляться еще в прошлом году на фоне роста стоимости энергоносителей. А тот факт, что Запад своими санкциями затруднил экспорт российского зерна (а именно Россия является крупнейшим его экспортером), развитию кризиса очень способствовал. «Санкции против России вовсе не ведут к разрешению украинского кризиса и при этом причиняют большие страдания во всем мире, поскольку цены на продукты питания и энергоносители стремительно растут», – констатирует британская Guardian.
Проблема усугубляется тем, что в нынешних условиях государства ориентируются в первую очередь на свои нужды. Так, Индия в середине мая запретила экспорт пшеницы без специального одобрения правительства. Это случилось после того, как самый жаркий март за всю историю наблюдений привел к неурожаю в стране с населением около 1,4 млрд. Хотя Индия не является основным игроком на мировом рынке зерновых, этот шаг спровоцировал дальнейший рост и без того резко возросших мировых цен на продовольствие. Пшеничное эмбарго также привело к тому, что сотни тысяч тонн зерна застряли в индийских портах, где выстроились длинные очереди из тысяч фур, ожидавших разгрузки.
А в конце мая Индия заявила, что ограничила экспорт сахара – тоже в целях защиты своего рынка и снижения инфляции. Государство, являющееся крупнейшим в мире производителем сахара и его экспортером №2 (после Бразилии), объявило, что поставки будут ограничены 10 миллионами тонн в текущем маркетинговом году, который заканчивается в сентябре. «Решение было принято с целью поддержания доступности на внутреннем рынке и стабильности цен в течение сезона сахара», – пояснили в Министерстве продовольствия Индии.
30 мая в правительстве Таиланда сообщили Reuters, что эта страна ведет с Вьетнамом переговоры о повышении экспортных цен на рис, дабы «увеличить свое влияние на мировом рынке и повысить доходы фермеров». Это вызвало живейшее беспокойство в южной Африке, куда около 95% риса импортируется из Таиланда (71%) и Индии (23,4%). В 2020 году южная Африка импортировала рис на 506 миллионов долларов, став 13-м по величине покупателем этого продукта в мире. В том же году рис был 15-м самым импортируемым продуктом в крупнейшей экономике южной части Черного континента. По данным Министерства сельского хозяйства США, на Вьетнам и Таиланд приходится примерно 10% мирового производства риса-сырца и около 26% мирового экспорта.
А недавно Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН (FAO) выдала прогноз, согласно которому мировое производство зерновых в сезоне 2022/2023 заметно упадет (впервые за четыре года), сократившись на 16 миллионов тонн с рекордного уровня 2021 года – до 2,784 миллиарда тонн.
Впрочем, нашей страны этот прогноз не касается – в 2022 году в России ожидается рекордный урожай. Сбор зерна по стране может составить 130 млн тонн, в том числе 87 млн тонн пшеницы. Президент Владимир Путин на совещании по экономическим вопросам отметил: «Если так произойдет – а мы будем рассчитывать именно на это, – то это станет рекордом за всю историю России». Такой урожай позволит не только обеспечить внутренние потребности, но и нарастить поставки на мировой рынок.
В России инфляция носит ярко выраженный немонетарный характер. Сейчас инфляция в РФ упала, прежде всего, вследствие прекращения импорта инфляции с Запада, а ранее падала, когда не индексировали тарифы монополий. Кроме того, в отличие от Запада, нам не грозит катастрофический рост цен на энергоносители, которые сами мы ему и поставляем. Кроме того, как только стали расти цены на газ, сразу же увеличилась и стоимость удобрений, потому что часть их производится в том числе за счет газа. Как только поползли вверх цены на удобрения, многие предприятия, в том числе в странах ЕС, стали нерентабельны, начали закрываться. И объем удобрений на мировом рынке резко упал, а цены, соответственно, выросли. Западное сообщество ввело санкции на российские удобрения. Потом, осознав, что происходит, американцы санкции сняли, а европейцы – нет.
Это будет ухудшать ситуацию на мировых рынках удобрений, а значит, и виды на урожай будут гораздо более скромными, и цены будут еще более идти только вверх.
В мае в России даже обнаружилось снижение продовольственных цен (-0,15%) за счет ускорения дефляции на плодоовощную продукцию. Перспективы России спасти от голода весь остальной мир подтверждает и зарубежная пресса. Так, Times пишет о том, что цель России – увеличить сельскохозяйственный экспорт на 50% к 2024 году – вполне достижима.
Важный фактор роста российского экспорта – пшеница, мировой экспорт которой РФ фактически взяла под свой контроль. В апреле рост российского экспорта пшеницы составил 18%. Существенно возросшие мировые цены на зерно позволили российскому бюджету с начала года получить от экспорта зерна 1,9 млрд долларов налоговых доходов. Российский экспорт покрывает дефицит, образовавшийся на мировом рынке зерна, включая падение поставок с Украины, на 32%. Рекордный урожай в России (при рекордном же повышении мировых цен на пшеницу) позволит не только с запасом обеспечить внутренние потребности России, но и нарастить поставки на глобальный рынок.