Газпром в среду запустил Амурский газоперерабатывающий завод (АГПЗ), который станет вторым в мире по величине. Президент Владимир Путин в формате видеоконференции наблюдал за присоединением завода к магистральному газопроводу «Сила Сибири», из сырьевого газа которого на предприятии будут выделяться ценные компоненты – метан, этан, пропан, бутан и гелий.
«Для нашей экономики этот проект имеет особое значение. После выхода на полую мощность в 2025 году завод ежегодно будет перерабатывать 42 млрд кубических метров природного газа, производить порядка 60 млн кубических метров гелия. Такой объем позволит России обеспечить внутренний спрос на этот газ, а также занять одну из ведущих позиций по его поставкам на мировом рынке», – передает слова Путина ТАСС.
Зачем России столь недешевый проект? Ради финансирования этого завода Газпром заключил рекордную для себя кредитную сделку на 11,6 млрд евро. Средства предоставляют 22 европейских, азиатских и российских банка.
В самом Газпроме акцент делается на производстве гелия. При выполнении ежегодного плана по производству 60 млн кубометров гелия завод станет мировым лидером по производству этого газа. Мир потребляет примерно 170 млн кубометров гелия в год, спрос в России не превышает 5 млн кубометров. Поэтому изначально идет расчет на экспорт гелия.
«Амурский газоперерабатывающий завод сможет обеспечить растущее внутреннее потребление гелия, а также порядка 30% глобального рынка. В перспективе это предприятие может вывести Россию в мировые лидеры производства гелия», – говорил о перспективах «солнечного газа» генеральный директор ООО «Газпром переработка Благовещенск» Юрий Лебедев в материале журнала «Газпром». Гелий называют солнечным газом, так как впервые был обнаружен при изучении солнечного спектра во второй половине XIX века, и значительно позже его заметили на земле при изучении вулканических выбросов. Теперь сложно представить себе жизнь без некоторых приборов, для производства которых нужен этот инертный газ.
Например, гелий нужен для наполнения ставших популярными на праздниках и в рекламе воздушных шаров. Газ, как все знают, меняет голос человека, подышавшего им. На долю шариков, кстати, приходится 10% от всего используемого в мире гелия ежегодно.
Гелий также входит в состав «искусственного воздуха» для водолазов, для медицинских дыхательных смесей. С помощью гелия выявляют утечки. Этот инертный газ используется даже в космических летательных аппаратах для создания избыточного давления в топливных баках.
Без гелия невозможно производство оптоволоконного кабеля и жидкокристаллических экранов. Без жидкого гелия мы не могли бы делать снимки МРТ.
Жидкий гелий также нужен для изучения криогенных процессов, для работы адронного коллайдера и других устройств. Например, изучается, как жидкий гелий можно использовать в энергетике, чтобы уменьшать потери электроэнергии и увеличивать мощность.
Сейчас крупнейшими поставщиками гелия на мировой рынок являются США, Катар и Алжир. Доля американцев в последние годы снижается, но все еще составляет половину в мировом производственном балансе. Катар занимает почти треть рынка, Алжир – чуть меньше 10%. Россия пока занимает лишь 3% мирового рынка гелия, однако Амурский газоперерабатывающий завод сможет производить 60 млн кубометров гелия. Столько произвели США в 2019 году. В Газпроме считают, что выход на такие объемы позволит увеличить нашу долю до 30% и стать вторыми в мире после США или даже обойти их.
Кстати, гелий начали добывать еще при СССР, в 60-х годах, на Оренбургском нефтегазоконденсатном месторождении для собственных нужд. Почему же Россия, обладая третью мировых запасов этого уникального газа, не строила подобные заводы для завоевания мирового рынка гелия раньше? На самом деле спрос на гелий в мире не такой большой, чтобы вкладывать такие огромные средства в переработку газа.
«Рынок гелия, мягко говоря, не очень значительный по меркам Газпрома – несколько миллиардов долларов. Более того, спрос в ближайшие годы, согласно прогнозам, будет расти на 2–4% в год, а рост предложения со стороны России и Катара может привести к избытку гелия на рынке», – говорит аналитик ГК «Финам» Сергей Кауфман.
Эксперты считают, что наладить экспорт гелия изначально не было основной задачей проекта. «На самом деле исходили из того, что газ, который находится на месторождениях, ставших ресурсной базой для «Силы Сибири», является многокомпонентным. То есть это не просто метан, а там есть примеси пропана, бутана, этана и гелия. Когда Россия подписала контракт на поставку газа по этому газопроводу в Китай, она встала перед выбором. Либо Газпром гонит в Китай все, что добывает. Тогда Китай платит за метан, а в реальности получает еще несколько компонентов в придачу и уже сам может выделять эти компоненты. Второй вариант, который и был выбран: Россия сама выделяет эти компоненты и продает их отдельно от метана. То есть мы не просто так отдаем Китаю гелий, пропан, бутан, этан, а будем получать за них дополнительные деньги», – объясняет Игорь Юшков. Речь идет о Чаяндинском и Ковыктинском месторождениях, где довольно высокие показатели содержания гелия.
Таким образом, создание одного из крупнейших в мире газохимических комплексов в Амурской области стало возможным только благодаря появлению контракта с Китаем на поставку метанового газа по «Силе Сибири». Неслучайно запуск трех очередей газоперерабатывающего завода в Амурской области синхронизирован с планом увеличения добычи и экспорта по «Силе Сибири». Чем больше газа будет идти в Китай по трубе, тем больше необходимо будет перерабатывать. Если бы Россия не построила этот газоперерабатывающий завод, его построил бы Китай. Такой ошибки допускать было нельзя.
В прошлом году Газпрому приходилось гнать в Китай все, что он добывал, так как перерабатывающего завода еще не было. Но теперь Пекин будет получать по трубе только метан.
Юшков считает, что главная задача этого газоперерабатывающего завода не в выделении гелия, а в выделении именно этана, пропана и бутана. Именно поэтому рядом с Амурским газоперерабатывающим заводом Газпрома должен появиться Амурский газохимический завод «Сибура». Первый будет продавать выделенные этан, пропан и бутан, а второй будет производить из этого сырья уже практически конечный продукт – полимерную продукцию (из этилена и пропилена) для экспорта за рубеж, в основном на азиатские рынки. Именно здесь кроется золотая жила и для самих компаний, и для российского бюджета, считает эксперт.
Ожидается, что этот крупнейший в России газоперерабатывающий и газохимический кластер увеличит объем несырьевого экспорта России на 4,6 трлн рублей до 2040 года. И это минимальный прогноз.
Бюджет только Амурской области в ближайшие десять лет должен вырасти более чем в два раза благодаря совместной работе двух этих крупных предприятий.
Не обошлось, правда, без проблем. Газпром свой завод запускает раньше, чем «Сибур». Амурский газохимический комплекс введут в строй только к 2024 году. Хотя изначально предприятия должны были вводиться синхронно. «Сибур» занимался другим мегапроектом, поэтому Амурский завод только-только начинает строиться. Получается, что Газпрому придется гнать выделяемые элементы в сыром виде по железной дороге либо в Китай, либо морем другим покупателям», – полагает Юшков.
В отличие от полимерной продукции, спроса на такие объемы гелия, которые смогут производить на Амуре, в мире все-таки нет, отмечает эксперт. Об этом говорит и тот факт, что часть извлекаемого гелия Газпром будет отправлять в подземное хранилище. Это полость в недрах земли, из которой и был добыт природный газ. Благодаря использованию мембранной технологии при добыче гелий смогут захоронить обратно. В итоге на Амурском ГПЗ смогут уменьшать или увеличивать выпуск гелия в соответствии с запросами потребителей. Тем самым Россия не обвалит мировой рынок гелия и не обрушит на него цены. По мере того, как производства в мире будут становиться все более сложными и наукоемкими, будет расти и спрос на гелий. И Россия к этому спросу будет подготовлена.