Роснефть приступила к бурению на Хатанге самой северной разведочной скважины на российском шельфе моря Лаптевых. «Впервые в истории бурение будет проводиться на континентальном шельфе Восточной Арктики», – рассказал сквозь метель глава Роснефти Игорь Сечин в ходе телемоста с президентом Владимиром Путиным.
Бурение на Хатанге – это важный знак того, что Россия занимается серьезной геологоразведкой арктического шельфа
По словам Сечина, Роснефть провела подготовку к бурению в рекордно короткие сроки. Была проведена геологоразведка и сейсморазведочные работы. Как результат было выявлено в четыре раза больше перспективных структур, чем предполагалось ранее: 114 против 28. «Рассчитываем, что бурение на Хатангском участке будет не менее успешным, чем в Карском море в 2014 году», – заявил глава Роснефти.
Тогда в Карском море первая же поисковая скважина привела к обнаружению нового крупного месторождения нефти и газа, которое назвали «Победа». В море Лаптевых Сечин надеется повторить успех.
Бурение на шельфе моря Лаптевых будет проводиться с берега, что позволит значительно снизить затраты на строительство скважины. Ее проектная глубина составит до 5 тыс. метров с последующей боковой горизонтальной зарезкой. Такая технология позволяет значительно сэкономить и обеспечить высокий экологический стандарт, уверяет глава Роснефти.
По данным «Интерфакса», прогнозные извлекаемые ресурсы Хатангского участка составляют 58,6 млн тонн по нефти (плюс конденсат) и 116,5 млрд кубометров газа. Хотя ранее назывались более высокие оценки (96,4 млн тонн и 228,2 млрд кубометров).
Роснефть получила Хатангский участок или «медвежий угол» в декабре 2015 года. Хотя изначально он был обещан Лукойлу, но последний тоже не остался не у дел. Лукойл владеет лицензией на сухопутной части Восточно-Таймырского участка. И в ближайшее время Лукойл также обещает начать бурение на Хатанге.
В целом Роснефть будет главным игроком на арктическом шельфе, у нее наибольшее количество соответствующих лицензий в пределах морских акваторий – 53. Еще 41 лицензия у Газпрома, 14 – у Лукойла и 7 – у Новатэка (всего 138 лицензий на добычу углеводородов на конец февраля 2017 года).
В последние пять лет Роснефть вложила 100 млрд рублей в разработку арктического шельфа, но в следующие пять лет (2017–2021 гг.) намерена увеличить инвестиции в 2,5 раза до 250 млрд рублей. По оценкам специалистов, предполагаемые запасы углеводородов в российской Арктике в целом оцениваются в 100 млрд тонн нефтяного эквивалента. Разведанные запасы нефти на арктическом шельфе России составляют 585 млн т, газа – 10,4 трлн кубометров (по категории ABC1+C2).
«Шансы на успех бурения весьма велики. Учитывая спецификацию скважины «Центрально-Ольгинская-1», месторождение может быть обнаружено быстро, хотя вопрос его размеров пока открыт», – говорит Артем Деев из Amarkets.
Если бы Роснефть не была уверена, что ее ждут крупные месторождения, то не вкладывала бы такие средства в разведку, считает первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский. По всем признакам шельф действительно скрывает внушительные запасы. Однако не стоит забывать и о неудачах: например, Shell потратила 7 млрд долларов на разведку в Арктике и была крайне разочарована результатами.
Однако найденное на шельфе Карского моря месторождение «Победа» доказало и Роснефти, и всему миру перспективность российского арктического шельфа. Из-за санкций, например, ExxonMobil пришлось заморозить совместный проект с Роснефтью в Карском море. Это лишило Россию ряда ценных технологий, наработка которых отнимет лишнее время и деньги. Проводить геологоразведку Россия может и сама, а вот промышленное бурение на шельфе – это особые технологии, которые пока недоступны российской промышленности в полной мере.
«Частично Роснефть смогла решить этот вопрос, но, видимо, доступа ко всему спектру технологий все еще нет. В будущем это может осложнить процесс разработки и добычи или сделать его менее эффективным», – не исключает Деев.
Как бы то ни было, но начало бурения – это сам по себе важный шаг в освоении огромного объема нефтегазовых ресурсов на арктическом шельфе. «Это прямой сигнал крупным нефтегазовым компаниям, таким как Exxon, которые с введением санкций потеряли доступ к очень интересным проектам», – говорит Деев. Этот проект важен в целом для развития Арктики, он может серьезно изменить общемировой и российский ресурсный баланс и, наконец, оказать влияние на российский ВВП в будущем. Потому что российская экономика традиционно привязана к ситуации в нефтегазовой сфере.
Тем более что промышленная добыча на шельфе – это дело не сегодняшнего, а завтрашнего дня. Сегодня идет процесс подготовки, задел на будущее, без которого невозможно будет через пять-десять лет начать добывать нефть и газ на арктическом шельфе. А к тому времени либо санкции снимут, либо Россия найдет собственные технологии промышленной добычи в таких условиях.
«Если учесть способности и мощности Роснефти, то обойти санкционные запреты вполне реально. Понадобится время и финансы, чтобы разработать адекватное отечественное оборудование для работы на шельфе», – считает Андриевский.
Все это дает шанс России стать лидером в освоении арктического шельфа, тем более что США и Канада запретили бурение в Атлантическом и Северном Ледовитом океане. «Западный мир движется к другим моделям энергопотребления, и труднодобываемые углеводороды в эту модель не входят. Россия в перспективе может разработать уникальные технологии и начать успешную коммерческую добычу арктических месторождений», – говорит первый вице-президент Российского союза инженеров.