Киев в ближайшие дни обещает передать в арбитраж дело по поводу суверенных прав в водах вокруг Крыма на основании UNCLOS – Конвенции ООН по морскому праву, заявил глава МИД Украины Павел Климкин. Ранее он сказал, что украинская делегация завершила досудебные консультации с Россией по этому вопросу.
Единственно возможным серьезным последствием может стать исключение России из числа государств – участников конвенции
В российском МИДе на днях рассказали, что 11 августа действительно прошла встреча с внешнеполитическим ведомством Украины, которая была посвящена вопросам толкования и применения Конвенции ООН по морскому праву от 1982 года. Россия ожидала серьезного обсуждения сюжетов, однако предметного разговора не вышло. «Мы услышали от украинских представителей длинный перечень претензий и выразили готовность принять их в проработку, равно как и вопросы применимости к ним конвенции», – пояснили в МИД России.
Москва заявила, что готова обсуждать с Киевом Конвенцию ООН по морскому праву. Однако, как оказалось, все вопросы задавались российской стороне не для того, чтобы найти решение, а чтобы получить формальный повод для заявлений о завершении досудебных консультаций с Россией, считают в МИД РФ. И ведомство оказалось право.
Впрочем, у России есть возможность затянуть начало этого процесса. Как говорит президент Российской ассоциации международного права Анатолий Капустин, арбитражный суд не примет к рассмотрению иск Украины к РФ о правах в водах вокруг Крыма. «Арбитраж – процедура согласительная. Они примут иск к рассмотрению только тогда, когда обе стороны заявят о завершении досудебных консультаций. Если украинская сторона заявляет, что они завершили, а мы заявляем, что не завершили, я думаю, перспектив у такого разбирательства нет», – сказал эксперт РИА «Новости». По его словам, «то есть арбитраж соберется, рассмотрит, с российской стороны нет ответа, скажут, заканчивайте консультации, потом к нам обращайтесь».
Как минимум у Москвы есть время на проработку ответа на тот длинный перечень претензий, который она получила от Киева на встрече 11 августа. Только после обсуждения этого ответа можно будет ставить окончательный крест на досудебном урегулировании спора.
Согласно ст. 287 Конвенции ООН о морском праве, для урегулирования споров одна из сторон может инициировать создание специального арбитража (по аналогии создания панели арбитров в ВТО при спорах между членами организации). Составляет и ведет список арбитров генеральный секретарь ООН, согласно приложению 7 конвенции. Каждое государство-участник имеет право назначить четырех арбитров, имеющих опыт в морских делах. Получится список из восьми человек. Однако в арбитраж каждая сторона посадит по одному выбранному ею судье (они могут быть гражданами Украины и России соответственно). Еще троих стороны должны выбрать обоюдно, причем они должны быть гражданами третьей страны (из этих троих выбирается председатель).
Напомним, спор идет вокруг нефтегазовых месторождений Крыма на континентальном шельфе Черного и Азовского морей, в том числе вокруг Одесского месторождения. Все они принадлежат крымской компании «Черноморнефтегаз». До 17 марта 2014 года она, в свою очередь, принадлежала «Нафтогазу Украины», а месторождения, соответственно, Украине. Однако после вхождения Крыма в состав России все имущество Черноморнефтегаза, конечно, было национализировано.
Всего Черноморнефтегаз, по данным на октябрь 2015 года, разрабатывает девять месторождений на шельфе Черного и в акватории Азовского морей, а также на суше Крымского полуострова: два газоконденсатных (Голицынское и Штормовое), шесть газовых (Архангельское, Джанкойское, Задорненское, Восточно-Казантипское, Северо-Булганакское и Одесское) и одно нефтяное – Семеновское.
Между тем за последние два года Черноморнефтегаз не просто качает нефть и газ, но и открывает новые залежи углеводородов. Так, в январе прошлого года на Одесском месторождении в Черном море была открыта скважина № 13, осенью там обнаружены новые залежи природного газа. Раньше со вводом двух скважин здесь ждали роста добычи на 200 млн кубометров в год, теперь эти цифры могут увеличиться.
Также Черноморнефтегаз планирует заняться бурением скважин на месторождении Гордиевича на шельфе Черного моря, где запасы газа могут достигать от 68 до 100 млрд кубометров. Месторождение достаточно глубокое, поэтому на бурение одной скважины потребуется около года. На промышленные объемы добычи планируется выйти не раньше чем через шесть лет, по данным на осень 2015 года.
Запасы нефти и газа в прилегающей к Крыму исключительной экономической зоне России до сих пор не имеют точной оценки. По официальным данным, в прибрежных водах полуострова можно добыть до 47 млн тонн нефти (16% разведанных запасов Украины на начало марта 2014 года) и 165,3 млрд кубометров газа (более 6% разведанных запасов).
Черноморнефтегаз является также главным поставщиком газа на полуостров и занимается закачкой газа в Глебовское ПХГ, запасы которого необходимы для зимнего пикового периода потребления. В украинский период в газовые месторождения Крыма плохо инвестировали. Поэтому, несмотря все прилагаемые усилия Черноморнефтегаза, добыча газа падает с 2 млрд кубов в 2014 году до 1,7 млрд в 2016 году. Новых скважин давно не открывали, а на старых уровень добычи снижается.
Из-за этого власти республики беспокоятся о возможном дефиците топлива в осенне-зимний сезон, который прогнозируется в размере 200 млн кубометров. Однако дефицита топлива в Крыму не должно быть благодаря вовремя начатому строительству магистрального газопровода Кубань – Крым, которое идет даже с опережением графика. Первый газ с материка поступит в Крым к 1 января 2017 года. Мощность этого газопровода составит 2,2 млрд кубометров с возможностью увеличения до 4,4 млрд кубометров, что в несколько раз выше текущих годовых объемов потребления топлива (не более 2 млрд).#{ussr}
Собственная добыча газа на Украине продолжает падать, и в этом году ситуация лишь усугубится. Старые скважины истощаются, при этом сами власти губят газовую отрасль. Например, в марте 2015 года Верховная рада увеличила ставку рентной платы за пользование недрами при добыче природного газа с 20% до 70%. В итоге украинским добытчикам просто не хватает средств для расширения добычи. Так, из-за повышения ренты Укрдобыча получила дефицит бюджета в 6 млрд гривен, тогда как для поддержания добычи хотя бы на уровне 2015 года надо как минимум 9 млрд гривен.
Украина не раз заявляла свои претензии как на Глебовское месторождение и на закачанный в него газ, так и на шельфовые месторождения у побережья Крыма.
Однако в текущей ситуации у Киева есть лишь два способа отобрать у России эти активы – либо военным путем, либо через суд. Первый вариант для Украины из разряда фантастики. В конце прошлого года Киев делал намеки на такое развитие событий, однако напугать Россию ему явно не по силам. Тогда два военных корабля ВМС Украины были обнаружены в районе Одесского и Голицынского месторождений, принадлежащих России. Для защиты буровых установок Черноморнефтегаза и экономических интересов РФ погранслужба ФСБ России по Республике Крым направила сторожевой корабль «Аметист». Однако все это не более чем «комариные укусы» для России, говорил газете ВЗГЛЯД бывший главком Черноморского флота Игорь Касатонов. Реально Киев не может угрожать водным интересам России. «Если что-то понадобится, то Черноморский флот во всей своей мощи сможет противостоять любым попыткам со стороны как Украины, так и НАТО», – уверен Касатонов.
США и НАТО разжигать военный конфликт ради «водных амбиций» Киева тоже не стали. Они как раз посоветовали Украине предъявить свои претензии к крымским активам в правовом поле. Поэтому у Киева не осталось вариантов кроме того, как подать иск против России. Промежуточный путь Украина, судя по всему, даже не рассматривала – на переговорах договориться с Россией в надежде на ее уступки, например по Одесскому месторождению.
Украина делает ставку на конвенцию ООН по водному праву. Конвенция установила общий постулат о том, что суверенитет прибрежного государства распространяется за пределы его сухопутной территории и внутренних вод. Однако в основе решения будет лежать старый спор о признании или непризнании воссоединения Крыма с Россией.
«Основным обстоятельством, которое должен будет установить арбитраж, по моему мнению, будет являться установление факта, под чьим государственным суверенитетом в настоящее время находится Крым. Иначе разрешить спор о водах невозможно», – говорит старший партнер юридического бюро «Байбуз и партнеры» Вадим Байбуз. Таким образом, аргументация Украины и России в суде будет сводиться к подтверждению суверенитета над полуостровом. Если суд вынесет решение по этому делу, то оно может стать первым судебным актом о признании суверенных прав на полуостров. Чьих прав – уже будет зависеть больше от политики.
Впрочем, исполнительный директор Heads Consulting Никита Куликов видит третий вариант исхода дела. Он не исключает, что арбитраж в такой ситуации просто откажется рассматривать иск в силу отсутствия предметной юрисдикции. Мол, когда спор о том, является ли Крым частью России или принадлежит Украине, решится, тогда и оспаривайте права на шельфовые месторождения.
Если по политическим причинам арбитраж встанет на сторону Киева, то последствия будут и для России. Однако решение арбитража не подразумевает прямого применения санкций за отказ выполнять его решения, говорит Куликов. «Единственно возможным серьезным последствием может стать исключение России из числа государств – участников конвенции, да и то только в случае, если западные страны, которые негласно участвуют в данной очередной антироссийской кампании, решат пойти на эскалацию конфликта и перевода его совершенно в иное русло», – говорит Куликов.
Неучастие в Конвенции ООН по морскому праву невыгодно России, потому что именно благодаря ей она борется за свои интересы на шельфе в Арктике. Буквально в начале этого года Россия отправила в комиссию ООН по границам континентального шельфа заявку на расширение шельфа в Арктике, которую готовили целых 10 лет. Все эти годы РФ проводила масштабные исследования в Северном Ледовитом океане для изучения геологической природы поднятия Менделеева и хребта Ломоносова, на которые претендует Россия.
Однако исключение России остается маловероятным, так как осознание мировой общественностью принадлежности Крымского полуострова России уже повсеместно начинает проявляться, полагает Куликов.