Недавно появилась неофициальная информация о том, что Евросоюз надеется снизить зависимость от российского газа с помощью иранского голубого топлива. Тегеран же, оказавшийся в одной санкционной лодке с Москвой, ведет двойную игру. С одной стороны, сближается с Россией, а с другой – надеется стать поставщиком для Европы.
Как бы Евросоюз ни успокаивал своих потребителей, ни Иран, ни Азербайджан не в состоянии составить серьезную конкуренцию российскому газу в Европе
Одновременно Европа вспомнила еще об одной альтернативе российскому газу – азербайджанском газе с газоконденсатного месторождения Шах-Дениз, запасы которого оцениваются более чем в один триллион кубометров природного газа. Речь – о поставках газа через Трансадриатический газопровод в обход России.
Однако, как бы Евросоюз ни успокаивал своих потребителей, ни Иран, ни Азербайджан не в состоянии составить серьезную конкуренцию российскому газу в Европе. Причем даже в том случае, если ЕС окончательно забьет гвоздь в крышку гроба российского трубопроводного проекта «Южный поток». Строительство этого трубопровода вообще не связано с зависимостью от России и ее голубого топлива. Это напрямую связано с зависимостью ЕС от Украины, ее транзитных мощностей.
Новая надежда на Шах-Дениз
Что касается азербайджанского газа, то у Европы появился новый шанс на то, что это голубое топливо все-таки доберется до нее. Проект Трансадриатического газопровода (TAP) в обход России в этом году был почти похоронен после того, как немецкий концерн E.Оn и французский Total в феврале сообщили о своих намерениях выйти из проекта. Total владела 10% TAP, E.On – 9% TAP. В конце сентября эти две компании выполнили свое обещание, и финансирование газового коридора оказалось под угрозой.
Однако неожиданно ситуацию спасла компания Enagas, один из крупнейших поставщиков газа Испании. Эта компания почти целиком выкупила долю E.On и Total в Трансадриатическом газопроводе, став владельцем 16% акций TAP. Оставшиеся 3% акций выкупил другой акционер – европейский оператор газопроводов Fluxys, который тем самым увеличил свою долю в TAP с 16% до 19%. Доли акционеров ТАР теперь представлены следующим образом: британская ВР (20%), азербайджанская нефтегазовая компания SOCAR (20%), норвежская Statoil (20%), европейский оператор газопроводов Fluxys (19%), Enagas (16%) и швейцарская AXPO (5%).
«Безусловно, мы сожалеем о выходе из проекта компаний E.On и Total. Разумеется, каждая компания сама решает, соответствуют ли данные активы ее инвестиционному портфелю», – поясняет финансовый директор TAP Лутц Ландвер в интервью «Немецкой волне». По его словам, испанский поставщик Enagas – не менее ценное приобретение для проекта, особенно учитывая ее «конкретный узкоспециализированный опыт». Так что в этом отношении проект от смены инвесторов лишь выиграл, утверждает его немецкий руководитель.
Предполагается, что первый азербайджанский газ Европа получит в 2020 году (хотя ранее планировали в 2018–2019 году). Стартовой точкой для газопровода TAP должен стать город Кипой на греко-турецкой границе, где TAP будет стыковаться с пересекающим Турцию Трансанатолийским газопроводом (TANAP). После этого TAP должен пройти 550 км по территории Греции, 210 км – по территории Албании, пересечь Адриатическое море (105 км) и выйти на сушу на юге Италии.
Первые капиталовложения, например, в строительство подъездных путей, ожидаются уже в 2015 году, сообщил Ландвер ранее.
Проект Трансадриатического газопровода привлекателен для Греции, Албании и Италии не только тем, что обеспечивает доступ к запасам каспийского газа. Греция, находящаяся в состоянии кризиса, получит ключевую роль в реализации этого проекта. Из 880 километров общей протяженности газопровода 540 километров будут проходить именно по ее территории. Правда, точный маршрут прокладки труб на севере Греции пока не определен, так как многие города, общины и гражданские организации протестуют против строительства и требуют изменений в намеченном плане.
Албания, которая до сих пор изолирована от энергосетей ЕС, благодаря TAP сможет изменить свое положение, уверен замминистра энергетики и промышленности Албании Дориан Дуцка. «Благодаря TAP Албания станет частью южноевропейского газового коридора и вольется в региональную энергосеть», – сказал он в интервью «Немецкой волне». Кроме того, страна сможет выручить приблизительно миллиард евро в виде прямых иностранных инвестиций, не говоря уже о новых рабочих местах и дополнительных налоговых поступлениях.
Еще важнее для Албании то, что по задумке TAP соединится на ее территории с Ионическо-Адриатическим газопроводом, который, как предполагается, будет доставлять газ в местные сети энергоснабжения Западных Балкан.
Вилами по воде
Однако все эти альтернативы газпромовскому газу лишь манипуляции фактами для того, чтобы показать, что диверсификация поставщиков газа – это не просто слова, а в этом направлении ведется работа.
Во-первых, никаких трубопроводов для поставки газа из Ирана или Азербайджана еще и в помине нет. Более того, качать газ по ним смогут самое раннее в 2020 году и только при условии решения проблем с инвесторами и политической нестабильностью в регионах, через которые должны пройти эти трубы. Для сравнения: тот же «Южный поток» уже строится, первые участки на территории России подготовлены, летом были начаты работы на территории европейских стран, в частности, в Болгарии. Инвесторы и деньги уже давно найдены, подрядчики выбраны, работы ведутся, и первый газ по европейской части должен пойти уже в 2016 году.
Наконец, мощности газопроводов для поставки как иранского, так и азербайджанского газа в Европу крайне малы. Согласно независимым расчетам, к началу 2020-х годов Иран смог бы отправлять в Турцию и Европу 10–20 млрд кубометров в год при условии снятия санкций против Тегерана в ближайшее время и потока инвестиций в страну. Максимальная мощность TAP – всего 20 млрд кубометров в год, на которые Европа сможет рассчитывать не сразу, а лишь к 2025 году при оптимистичном развитии проекта. «Южный поток» сможет к этому времени поставлять в Европу 63 млрд кубометров газа.
Всего же Газпром поставляет в Европу более 160 млрд кубометров газа (по итогам 2013 года). Поэтому Газпром может потерять на европейском рынке максимум 30–40 млрд кубометров из-за иранского и азербайджанского газа.
Однако в реальности может и не потерять, потому что к тому моменту, когда это альтернативное голубое топливо появится в Европе, ей самой понадобится дополнительно 100 млрд кубометров газа. Это подсчеты министра энергетики Греции Янниса Маниатиса.
Его мнение разделяет и Тедорос Тсакирис, преподаватель геополитики кипрского университета в Никосии. Он также не считает «Южный поток» и TAP конкурирующими проектами. «Южный поток» не увеличит зависимость ЕС от российских газовых поставок и не призван завоевывать новые рынки, – говорит эксперт по энергетике. – Это просто альтернативный способ выполнения уже имеющихся договоренностей о газоснабжении».
Более того, если Европа к началу 20-х годов 21 века договорится лишь о 30–40 млрд кубометров дополнительного топлива, то ей этого может не хватить для удовлетворения собственного растущего потребления. А значит, она пойдет просить Россию увеличить поставки голубого топлива.
При этом удивительно разное отношение Еврокомиссии к двум проектам –Трансадриатическому газопроводу (TAP) и «Южному потоку» – в вопросе соответствия проектов нормам третьего энергопакета ЕС. TAP подал заявку на снятие ограничений с проекта еще в 2011 году, а в 2013 году ЕК уже вывела этот газопровод из-под действий норм энергопакета.
А вот «Южный поток» (как и Opal) столкнулся с крайне резким отрицательным ответом Европы. «Южный поток» не соответствует законодательству ЕС и должен быть остановлен. Более того, Брюссель неожиданно передумал изымать Opal из-под действия третьего энергопакета этим летом, хотя еще в начале года уверял, что проблем с этим не будет, надо решить лишь технические вопросы.
Впрочем, Россия подготовилась к тому, что «Южному потоку» так и не будет предоставлен особый статус межнационального газопровода, получив негативный опыт по освобождению «Северного потока» из-под действий третьего энергопакета.
К началу строительства морской части газопровода «Южный поток» Газпром подготовил модель, которая может укладываться в требования третьего энергопакета. Сухопутные участки будет контролировать не Газпром, а национальные консорциумы стран, большинство которых входит в Евросоюз. Вопрос о предоставлении доступа третьим сторонам к газопроводу прорабатывается, а тарифы будут определять местные операторы.