«Янукович не играет на публику»
− Богдан Иванович, вы неоднократно говорили, что газовые контракты России и Украины надо пересмотреть. Сохраняете ли вы убежденность в этом после выборов?
Янукович отдает себе отчет, что пересмотр контрактов – крайняя необходимость
− Я не только сохраняю убежденность, а вижу в этом единственную перспективу для налаживания партнерских и равноправных взаимоотношений с Российской Федерацией и европейскими потребителями газа. И это понимает даже Янукович.
− То есть вы считаете, что обещания Виктора Януковича в случае победы на выборах пересмотреть газовые договоренности − это не заигрывание с электоратом Западной Украины?
− Заявления Януковича − не игра на публику. Он исходил из выводов профессионалов и говорил о необходимости пересмотров контрактов по конкретным пунктам. Об этом не говорила, но это делала и Тимошенко. Она не говорила, потому что не хотела признать свои ошибки, но на самом деле пересмотр контрактов в каком-то смысле состоялся в 2009 году ликвидацией штрафных санкций, уменьшением обязательных объемов отбора газа на 2010 год, то есть какие-то прагматичные шаги в этом плане были сделаны. Янукович отдает себе отчет, что пересмотр контрактов – крайняя необходимость.
«Украине не выгоден газотранспортный консорциум»
− Но если Янукович все же потребует пересмотра контрактов, то какие аргументы у него есть в споре с Россией? Чем он может убедить Кремль смягчить ныне действующие соглашения?
− Тем же, чем убеждал президент Украины Ющенко российскую сторону: для того чтобы отношения между Украиной и Россией в газовой сфере были на длительную перспективу, крайне необходимо, чтобы это были партнерские отношения. Для этого нужно, чтобы украинская ГТС как минимум функционировала длительное время нормально, надежно, чтобы обеспечивала, кроме поставки газа в Украину, еще его надежный транзит в страны Европейского союза, а это 80% экспорта российского газа на сегодня. Только при условии налаживания партнерских, взаимовыгодных отношений ГТС может работать надежно. В сегодняшней ситуации такой перспективы, начиная уже с середины 2010 года, нет. Это аргумент, который с экономической, с прагматической точки зрения абсолютно воспринимается российской стороной. Поэтому нужно принимать какие-то компромиссные решения.
− Если Россия все же согласится пойти на смягчение газовых контрактов с Украиной, то каких уступок она может для себя потребовать? Может быть, захочет контролировать украинскую ГТС?
− Если говорить откровенно, на сегодняшний день наша ГТС контролируется российской стороной гораздо больше, чем это может быть в условиях официального консорциума. Это пока контроль де-факто, а не де-юре. И если оформлять консорциум в том виде, в котором о нем мы говорили лет пять−шесть тому назад, то в условиях консорциума официального Украине придется делиться прибылью, а она и так не Бог весть какая. Какой-то миллиард на сегодня. И если сегодня это миллиард украинский, то в условиях консорциума мы получим 30% или 50% в лучшем случае. Но мне непонятна идея консорциума не только с экономической точки зрения, но и с точки зрения права. Ведь украинское законодательство пока не позволяет кому-то отдавать в аренду или в управление нашу трубу. Потому что это госсобственность.
«Россия играет с огнем»
− Вы утверждаете, что в газовых контрактах между Украиной и Россией от 19 января 2009 года не были внедрены в полном объеме рыночные механизмы регулирования ценовых параметров...
− Конечно, потому что, согласно контрактам, цена на газ для Украины установлена выше среднеевропейской и по формуле, которая ну никак не соответствует условиям украинского рынка. Это первый аргумент. Второй – транзитная ставка является существенно ниже европейской и никоим образом не соответствует рыночным правилам ее обсчета.
#{help=249220}− Вы также отмечаете, что в газовых контрактах не был урегулирован вопрос штрафных санкций, в частности ответственность России за неисполнение контрактных обязательств.
− Так и есть, потому сегодня украинская сторона обложена абсолютно необоснованными штрафами со всех сторон. В то время как в контракте на транзит газа нет такой ответственности, которую российская сторона несет за нарушение или уклонение от тех параметров, которые заложены в контракте. То есть если сегодня российская сторона поставит 100 миллиардов кубов газа на транзит, а завтра − один миллиард, то никакой ответственности она не понесет. Мы получаем плату за транзит по факту, а, с другой стороны, купля-продажа газа у нас идет по принципу «бери или плати».
− Если Россия не пойдет навстречу Украине и не захочет менять газовые контракты, будет ли это угрожать бесперебойному транзиту российского газа через Украину?
− Конечно. Однозначно. Уже начиная с осени 2010 года. Но не верю, что это произойдет. Надеюсь, что российская сторона пойдет на компромиссное решение, потому что это единственный путь.
«Южный поток» абсолютно необоснован»
− Виктор Янукович неоднократно отмечал, что Украина сделала большую ошибку, игнорируя проекты трубопроводов «Северный» и «Южный поток». Согласны ли вы с этим?
− Что касается «Северного потока», то нужно учитывать, что этот трубопровод рассчитан на северную ресурсную базу, которая ну никак не увязывается с транспортом газа через территорию Украины. Пока. То есть это параллельный проект. Если российская сторона и немцы тоже считают возможным вкладывать такие большие деньги в эту трубу, да ради Бога. Это их суверенное право. Разумнее было бы решить вопрос поставки Штокманского газа через Украину, тем более что для этого нужны капиталовложения примерно раз в пять меньшие, чем в случае «Северного потока». Что касается потока «Южного», то он абсолютно необоснован с экономической точки зрения, потому что как раз тот газ – это газ из тех ресурсов, которые могут быть оптимально поставлены через территорию Украины.
− Насколько принципиален для Украины запуск нефтепровода Одесса − Броды в аверсном режиме?
− Это крайняя необходимость! Начиная с осени 2011 года в Украину из-за объективных условий практически вдвое уменьшается поток российской нефти. Ее просто нет, с одной стороны, а с другой Россия запускает нефтепровод БТС-2 – балтийскую систему. Поэтому россияне не скрывают того, что большие объемы нефти будут переброшены с Украины на БТС-2, и вопрос обеспечения нефтью – это украинский вопрос.
− Но где Украина возьмет необходимые для этого объемы топлива?
− Президент Ющенко успел договориться с президентом Азербайджана Алиевым о поставках нефти. И с октября 2009 года эта нефть уже поступает в Украину. Конечно, не в тех объемах и не по тому маршруту, который хотелось бы, который был бы оптимален. Но новый президент и новое правительство, мне кажется, будут заинтересованы в том, чтобы сохранить и развить этот реальный вариант обеспечения нефтью и нас и других стран через Украину, учитывая снижение поставок из России.
«Тимошенко только говорит»
− Юлия Тимошенко во время своей избирательной кампании не раз говорила, что Украина может обеспечить себя газом сама, занимаясь разработкой Прикерченского участка глубоководного шельфа Черного моря...
− Говорить можно много, но надо что-то делать. Тимошенко за последний год не сделала ничего в плане геологоразведки и в плане подтверждения запасов шельфа, а также не сделала ничего для разработки тех скважин, которые в Украине уже разведаны на Западной Украине и в Полтавской области. В течение трех−пяти лет можно увеличить добычу украинского газа даже без шельфа как минимум на 7−8 млрд кубов газа. Это по моему убеждению и тем оценкам, которые можно сделать по официальной информации.
− Однако окупятся ли соответствующие многомиллионные затраты при нынешних ценах на газ?
− Конечно. У нас сегодня себестоимость газа украинской добычи в шесть раз дешевле, нежели цена газа на границе России и Украины.