Гаева вывели на свет
Генпрокуратура России провела проверку деятельности ГУП «Московский метрополитен». В ходе нее были выявлены грубые нарушения федерального законодательства, в том числе непосредственно главой столичной подземки Дмитрием Гаевым, увольнения которого и потребовали прокуроры.
«Руководство предприятия заключало договоры, негативно влияющие на формирование тарифов на перевозку пассажиров, и необоснованно компенсировало их за счет роста тарифов на перевозку пассажиров», – поясняется в сообщении Генпрокуратуры.
В мэрии уже заявили, что внимательно изучат материалы Генпрокуратуры. «Материалы, представленные на деятельность Московского метрополитена, направленные Генеральной прокуратурой, подлежат рассмотрению в установленные законом сроки», – сказала пресс-секретарь мэра Москвы Гульнара Пенькова.
В Счетной палате, в свою очередь, во вторник сообщили о том, что обнародуют итоги проверки московской подземки, а также Мосэнерго и других столичных организаций только 28 декабря.
Сам Гаев, руководивший метрополитеном ровно 15 лет, заявил, что о «вердикте» прокуратуры узнал по радио, но не понимает ее претензий и увольняться не намерен.
Стойкости начальника подземки перед лицом правоохранительных органов можно только позавидовать. Впрочем, весь последний месяц Гаев всем своим видом показывал, что уходить с занимаемой должности он не собирается.
Сам себе изобретатель
Примеров откровенного воровства государственных денег очень много, в случае же с Гаевым речь идет о хищении изощренным способом
В прокуратуре, напротив, считают, что сделать это придется. Дмитрий Гаев при исполнении своих обязанностей действовал недобросовестно, ущемляя интересы унитарного предприятия, в том числе в целях личного обогащения, указывается в сообщении ведомства.
В частности, Гаев создал систему, при которой различного рода технические разработки, поставленные и внедренные за счет средств ГУП, оформлялись как его личное изобретение либо коммерческой структуры, выполнявшей работы по контракту с метрополитеном, в ущерб интересам возглавляемого предприятия.
Первые «авторские» отчисления Гаев получил уже в 1999 году –12 млн рублей. В последующие годы отчисления были уже по 10 млн рублей. В итоге за все время он «заработал» 112 млн рублей. К примеру, Гаев значится автором (в соавторстве) и правообладателем «автоматизированной системы оплаты проезда и проверки проездных», «автомата для продажи проездных документов», «системы видеонаблюдения и передачи телеметрии поездов метро» и еще десяти «ноу-хау».
В этом списке изобретений – «способ возведения станции метрополитена глубокого заложения», «способ снижения уровня вибраций оснований рельсового пути», «способ изготовления персонифицированных пластиковых карт», «способ автоматизированного учета предоставления социальных льгот», «рама двухосной рельсовой тележки», «электронный носитель информации, способ его использования», «способ прокладки тоннеля и устройство для его реализации», «охладитель вентилируемого воздуха», «вентиляционный киоск метрополитена», «рельсовое скрепление со шпалой железнодорожного пути».
Подобная схема мошенничества в юридической практике встречается не очень часто, признает юрист московской коллегии адвокатов «Князев и партнеры» Игорь Симонов. Но это вовсе не значит, что случаев с махинациями в отношении авторского права среди чиновников нет.
«Существуют различные схемы, по которым государственные служащие пытаются извлечь выгоду из занимаемого ими должностного положения. Примеров откровенного воровства государственных денег очень много, в случае же с Гаевым речь идет о хищении (присвоении денежных средств) изощренным способом», – говорит юрист.
«Не его личным трудом создан тот результат интеллектуальной деятельности, на который зарегистрировано право. В практике есть случаи, когда права на эти изобретения приобретает работодатель и работник. Все зависит от договора. В случае с Гаевым можно говорить о том, что сделка совершается с самим собой», – поясняет Симонов.
В пресс-службе ГУП «Московский метрополитен» газете ВЗГЛЯД заявили, что о патентах и изобретениях Гаева им «ничего не известно».
Семейные ценности
Зато не секрет, что Дмитрий Гаев входит в совет директоров компании «Ситроникс», которая производит бесконтактные билеты «Ультралайт» для столичного метрополитена. Причем срок действия таких билетов ограничен по времени. Еще в 2007 году юрист Николай Горбаль добился постановления Верховного суда, согласно которому ограничивать срок действия билетов в метро незаконно. Правда, политика метрополитена после того так и не изменилась.
Ограничение срока действия поездок, естественно, выгодно производителям билетов – «Ситрониксу» – а опосредованно и самому Гаеву как члену совета директоров компании. Чем быстрее билет приходит в негодность, тем больше нужно сделать новых проездных.
К слову, одним из дочерних предприятий «Ситроникса» руководит Владимир Гаев, сын начальника метрополитена. Дочь Гаева Анастасия владеет 100% ООО «Анника групп». Эта компания владеет лицензией на производство и продажу сувенирной продукции с символикой Московского метрополитена. Каналами сбыта «метросувениров» выступает сеть киосков, управляемых структурой ГУПа.
Под «личной» охраной
Но это далеко не все претензии или вопросы, которые можно было бы адресовать Дмитрию Гаеву. Как напоминает Генпрокуратура, в соответствии с законодательством метрополитен подлежит государственной охране, «однако, игнорируя указанные требования, предприятие заключило договоры об охране объектов с созданным им же ЧОП».
По мнению юристов, с точки зрения закона данная схема не укладывается в мошенничество, потому как об обмане или злоупотреблении как таковом речи не идет (что необходимо было бы для квалификации мошенничества).
«Возможно, в действии руководства сотрудников метрополитена есть присвоение или растрата, а также злоупотребление полномочиями», – говорит старший юрист юридической компании «Налоговик» Антон Кротин. Впрочем, с уверенностью говорить о нарушении закона в данном случае нельзя, считает он.
Привлекались подрядчики на реально как нужные, так и ненужные услуги, чтобы потом можно было обосновать финансовые затраты
«В соответствии с законодательством метро подлежит государственной охране. Однако из этого прямо не следует, что метрополитен не может привлекать к охране частные охранные предприятия, – поясняет юрист. – Другое дело – почему наряду с ЧОП не был заключен договор с государственными охранными предприятиями».
Однако норму можно трактовать двояко: охрана есть обеспечение правопорядка, что уже осуществляется отделениями милиции на метрополитене. «Следовательно, закон как бы и не нарушался», – рассуждает Кротин.
«Коррупционная составляющая»
Зато нарушался при проведении торгов. Проверка прокуратуры показала, что предприятие необоснованно устанавливает дополнительные требования к участникам торгов. Соответственно, количество потенциальных участников конкурсов сокращается, что, в свою очередь, ограничивает конкуренцию.
Так, в 2008–2009 годах на оплату услуг по инкассации без конкурса было израсходовано 300 млн руб., по страхованию – 70 млн рублей. «В нарушение федерального закона «О защите конкуренции» ГУП «Московский метрополитен», являясь субъектом естественных монополий, осуществляло отбор организаций, оказывающих перечисленные услуги, без проведения открытых торгов», – говорится в сообщении.
Схема, по которой действовали люди Гаева, скорее всего, была самая распространенная и широко принятая в России, добавляет Кира Гин-Барисявичене, управляющий партнер ГК «Содействие бизнес проектам».
«Привлекались подрядчики на реально как нужные, так и ненужные услуги, чтобы потом можно было обосновать финансовые затраты. По реально нужным услугам цены устанавливаются в таких случаях, как правило, выше рыночных. В общем, способ обобрать москвичей у команды Гаева точно был», – говорит она.
По словам эксперта, по ненужным услугам делались «красивые» договоры, чтобы они выглядели как очень нужные услуги. Страховая компания, скорее всего, была «своя», где ГУП «Московский метрополитен» могли застраховать даже от цунами.
«Или страховая компания сторонняя, но страхование через последнюю, по договоренности с руководителями, стоило бы заказчику Гаеву сумасшедших денег. После оплаты услуг по договору обычно часть денег выводится из страховой компании на фирмы-однодневки, ну а из однодневок они или снимаются наличными или переводятся за рубеж в офшоры, чтобы в конечном итоге безопасно попасть в руки заказчика – организатора такой схемы», – говорит Кира Гин-Барисявичене.
Она уверена, что в тарифах на метро и в их ежегодном росте «однозначно была коррупционная составляющая».
А вот Антон Кротин более осторожен в своих оценках. «Очевидность влияния этого на стоимость проезда пока не доказана, но у правоохранительных органов вряд ли возникнут трудности с этим, – говорит он. – Можно считать, что для нового директора метрополитена дорога уже расчищена».
Другой вопрос, почему прокуратура заметила все эти нарушения только после смены мэра в Москве, ведь повышение цен на проезд в метрополитене москвичи наблюдали каждый год. К слову, только накануне стало известно, что с 1 января 2011 года проезд в подземном транспорте Москвы снова подорожает.