Трубопровод под угрозой
Реализация нефтепровода Бургас − Александруполис может быть поставлена под вопрос. Об этом, как передает «Интерфакс», заявил министр энергетики России Сергей Шматко, выступая на «правительственном часе» в Государственной думе.
Нефтепереработка приносит маржу на уровне 10%, норма прибыли ниже, чем при продаже сырой нефти
«Я считаю, у нас будут проблемы, поскольку болгарская сторона настаивает на повышении экологической эффективности проекта», − цитирует агентство чиновника. Кроме того, министр энергетики добавил, что Болгарию не устраивает та экономическая модель, которая есть сейчас – а именно получение дивидендов от прокачки нефти по трубе.
Болгарский бунт
Напомним, идея нефтепровода Бургас − Александруполис заключается в том, чтобы при транспортировке российской нефти обойти загруженные черноморские проливы. В начале 2000-х годов Россия и Турция не находили понимания по этому вопросу – тогда танкеры с российским топливом под разными предлогами останавливали в Босфоре и Дарданеллах. Что же касается стоимости строительства трубы длиной 285 км и мощностью прокачки 35 млн тонн нефти в год, то в конце прошлого года она оценивалась в 1 млрд евро.
Однако летом 2009 года у стран возникли неожиданные проблемы в сфере энергетического сотрудничества. Министр финансов одной из самых бедных стран Евросоюза Симеон Данков заявил в июле, что у его страны нет финансовых ресурсов на реализацию энергетических проектов совместно с Россией − строительства атомной электростанции (АЭС) в Белене и нефтепровода Бургас − Александруполис. Кроме того, болгары тогда высказывали сомнение в своем участии в газопроводе «Южный поток». Таким образом, нынешние заявления Шматко стали логичным следствием «сомнений» Данкова.
Трубы-конкуренты
Симптоматично, что охлаждение отношений с Болгарией совпало с настоящим прорывом в связях России с Турцией. В августе 2009 года премьеры двух стран − Владимир Путин и Реджеп Эрдоган − подписали широкомасштабный пакет документов о сотрудничестве в энергетике. В частности, Турция разрешила прокладку «Южного потока» по своим водам, а взамен получила согласие России принять участие в строительстве Трансанатолийского нефтепровода Самсун − Джейхан.
Здесь надо сказать, что трубопроводы Бургас − Александруполис и Самсун − Джейхан конкурируют друг с другом − оба призваны решить проблему транспортировки углеводородов через турецкие проливы Босфор и Дарданеллы. И, по мнению ведущего аналитика ИК «Велес-Капитал» Дмитрия Лютягина, для России более выгоден как раз «турецкий» вариант, так как в Джейхане будет построен принадлежащий нашей стране нефтеперерабатывающий завод, а само соглашение позволит реализовывать совместные российско-турецкие газовые проекты.
Шантаж не пройдет
Таким образом, нынешний «выпад» Болгарии по отношению к России − это желание, спекулируя на возможных осложнениях с «Южным потоком», не только вынудить нашу страну отказать Турции и вернуться к проекту трубопровода Бургас − Александруполис, но и «выбить» себе улучшение условий сотрудничества.
Кроме того, по словам ведущего эксперта Центра политической конъюнктуры Дмитрия Абзалова, поведение Болгарии можно объяснить внутриполитической ситуацией: там у власти правая коалиция, поэтому периодически премьеру этой страны приходится использовать антироссийскую риторику.
Впрочем, вряд ли у Болгарии получится с успехом шантажировать Россию. «Острой необходимости в проекте трубопровода через Болгарию и Грецию нет – сейчас ситуация с загруженностью проливов некритична, а нефтяные компании понесут определенные расходы по двойной перевалке нефти», − отмечает Валерий Нестеров. В свою очередь, по мнению Дмитрия Абзалова, Болгария вряд ли будет в одиночку противостоять строительству «Южного потока» и тем самым противопоставлять себя Европе, в то время как все остальные страны уже дали свое согласие на проект. «Так что проект Бургас − Александруполис будет, скорее всего, отменен или заморожен», − резюмирует Валерий Нестеров.
Поведение Болгарии можно объяснить внутриполитической ситуацией: там у власти правая коалиция, поэтому периодически премьеру этой страны приходится использовать антироссийскую риторику
Ставка на экспорт
Другое важное заявление Сергея Шматко касалось восточносибирской нефти. По словам чиновника, которые приводит РИА «Новости», все черное золото, которое добудет Россия в этом регионе, будет отправляться на экспорт. Стимулировать же последний призвано обнуление экспортных пошлин на нефть, которая с 1 декабря добывается на 13 восточносибирских месторождениях.
Как утверждает Шматко, решение оставить Россию без восточносибирской нефти обусловлено тем, что в этой части страны нет достаточных мощностей для переработки сырья. По его словам, за Уралом находятся семь из 23 российских нефтеперерабатывающих заводов, причем в Восточной Сибири расположены лишь два из них (в Ачинске и Ангарске).
Сырьевой придаток Китая
Возникает резонный вопрос: как соотносятся слова Шматко с принятой недавно Энергетической стратегией развития России до 2030 года, которая предполагает направить на создание мощностей по переработке нефти в России почти 50 млрд долларов? На что пойдут эти деньги, если в России нечего будет перерабатывать?
«Решение правительства стимулировать добычу нефти на восточносибирских месторождениях можно только приветствовать, но вот столь однозначная фокусировка на экспорт не кажется верной», − полагает директор Фонда энергетической безопасности Константин Симонов. По его словам, «возникает ощущение, что государственная задача – не получать максимальные доходы от нефтеэкспорта, а любой ценой обеспечить поставки в Китай».
Пошли легким путем
Впрочем, по мнению ряда отраслевых экспертов, последнее не так уж и плохо для российской экономики. «Конечно, считаться сырьевым придатком Китая довольно унизительно, но факт в том, что сейчас нефтепереработка приносит маржу на уровне 10%, а при продаже сырой нефти норма прибыли значительно выше», − объясняет Нестеров.
По его словам, если государство или частный бизнес вложат сотни миллионов в строительство ряда НПЗ в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, то они попадут на сверхконкурентный рынок нефтепродуктов, где придется вести борьбу с японскими, корейскими и сингапурскими производителями.
«Не факт, что России удастся в этой борьбе преуспеть, − резюмирует Валерий Нестеров. − Другое дело продавать чистую нефть − здесь у России конкурентов нет, да и маржа выше. Так что Шматко действует абсолютно прагматично, отправляя всю нефть из Восточной Сибири на экспорт».