«Евгений Евтушенко – это неповторимая личность, неповторимое имя и неповторимое творчество. Он сделал нас добрее, теплее, лучше... Женя – великий поэт, гениальный. Он столько сделал для отечественной и мировой литературы. Я счастлив, что мы дружили и общались, что он приезжал к нам», – цитирует ТАСС поэта Андрея Дементьева, представителя поколения «шестидесятников», к которому принадлежал и Евгений Евтушенко.
Вот уже 200 лет русскую поэзию представляет один великий поэт. Так было в восемнадцатом веке, в девятнадцатом и в нашем двадцатом. Только у этого поэта разные имена. И это неразрывная цепь
Эти слова перекликаются с характеристикой, которую в свое время дал Евгению Евтушенко другой видный представитель этого поколения – поэт Евгений Рейн, близкий друг нобелевского лауреата Иосифа Бродского (которого, заметим, связывали с Евтушенко довольно непростые отношения). «Россия – особая страна решительно во всех отношениях, даже под углом ее поэтического облика, – сказал Рейн. – Вот уже 200 лет русскую поэзию представляет один великий поэт. Так было в восемнадцатом веке, в девятнадцатом и в нашем двадцатом. Только у этого поэта разные имена. И это неразрывная цепь. Вдумаемся в последовательность: Державин – Пушкин – Лермонтов – Некрасов – Блок – Маяковский – Ахматова – Евтушенко. Это – один-единственный Великий поэт с разными лицами. Такова поэтическая судьба России».
«Евтушенко умер? Какой кошмар...» – так на известие откликнулась вдова Андрея Вознесенского писательница Зоя Богуславская. «У Андрея были сложные отношения с Женей, особенно в последние годы, но я все равно скажу про него только хорошее. Он влиял на время, в котором жил. Он многое в нем поменял», – сказала Богуславская.
«Отошел в вечность»
Первым о смерти Евтушенко сообщил друг семьи поэта, писатель и богослов Михаил Моргулис: «Пять минут назад Евгений Александрович отошел в вечность...». Поэт умер безболезненно и спокойно, сказал его сын Евгений Евгеньевич Евтушенко. Он также рассказал, что держал руку отца около часа до его кончины.
Впервые диагноз – рак – был поставлен Евтушенко около 6 лет назад. После операции состояние стабилизировалось, однако Евтушенко пришлось перенести еще одно тяжелое хирургическое вмешательство – в 2013 году ему провели сложную операцию по ампутации правой ноги из-за не прижившегося титанового протеза. Еще одну операцию Евтушенко перенес около двух лет назад. Но, невзирая на непростое физическое состояние, поэт до самого последнего времени продолжал активно работать – и над новыми стихами, и готовясь к многочисленным встречам с почитателями.
Так, в январе 2015 года Евтушенко выступил на творческом вечере в Москве – всего через месяц после резкого ухудшения самочувствия, застигнувшего поэта в Ростове-на-Дону.
К 18 июля этого года – к 85-летию Евтушенко – был приурочен фестиваль поэзии, который планировалось провести на главных сценических площадках Москвы. Сам Евтушенко должен был стать главным участником музыкально-поэтического вечера в Концертном зале им. Чайковского, планировались встречи с молодыми литераторами и студентами творческих вузов России в музее-галерее, который Евтушенко открыл в подмосковном Переделкино. «Я отвел под него часть собственной земли, – незадолго до открытия музея, в 2010 году, рассказывал Евтушенко газете ВЗГЛЯД. – Там есть Пикассо, Пиросмани, Сикейрос, Макс Эрнст, Жорж Брак, Хуан Миро, а также картины некоторых отечественных художников, например Олега Целкова и Михаила Шемякина».
На май и июнь планировался тур поэта – встречи с читателями в нескольких городах России, Белоруссии и Казахстана. «Евгений Александрович настойчиво уверял меня, что все способен сделать сам и готов читать стихи хоть четыре часа кряду», – сообщал в начале марта генеральный продюсер фестиваля Сергей Винников.
Но около месяца назад болезнь вновь дала о себе знать, а в минувшую пятницу состояние стало резко ухудшаться. Поэт был госпитализирован в одну из клиник города Талса в американском штате Оклахома – здесь начиная с 1991 года поэт преподавал в местном университете.
В одном из последних разговоров с Винниковым Евтушенко передал просьбу – похоронить его в Переделкино, недалеко от могилы Бориса Пастернака. На этом же кладбище похоронены Арсений Тарковский, Роберт Рождественский и другие литераторы, прославившие русскую поэзию и прозу в XX веке. В воскресенье стало известно, что родственники поэта, в том числе его вдова Мария Новикова, готовят письмо на имя мэра Сергея Собянина с упоминанием последней воли Евтушенко.
Свои глубокие соболезнования вдове, родным и близким поэта передал президент Владимир Путин, назвав Евтушенко «властителем дум многих поколений» и личностью поистине уникального масштаба.
Человек и планета
Евтушенко мог бы стать шестым по счету русским литератором – лауреатом Нобелевской премии по литературе и первым нобелиатом в XXI веке (впервые о премии заговорили еще в 1963 году, последний раз поэт фигурировал в числе кандидатов на «Нобелевку» в 2010 году, выдвижение обсуждалось и в 2011-м). То, что тогда, в 2010-м, премия досталась латиноамериканцу Варгасу Льосе, отнюдь не означает умаления заслуг – в конце концов, эту награду не получили ни Лев Толстой, ни Владимир Набоков. Зато в честь Евтушенко «исправили карту звездного неба» – с 1994 года имя поэта носит одна из малых планет Солнечной системы.
Расхожее определение «человек-эпоха» вполне верно в случае «поэта – больше чем поэта» Евтушенко, на долю которого выпала жизнь в нескольких противоречивых эпохах.
«Мальчик со станции Зима», начинавший со строк: «Я верю: здесь расцветут цветы, сады наполнятся светом. Ведь об этом мечтаем и я, и ты, значит, думает Сталин об этом!» – стал одним из символов послесталинской «оттепели» и одним из первых в поколении физиков и лириков. И одним из первых, кто заговорил о сталинских репрессиях.
Достаточно взглянуть на список наград: между орденом «Знак Почета» (1967) и Орденом Трудового Красного знамени (1983) – протест против ввода войск в Чехословакию и выступления в поддержку Иосифа Бродского, Александра Солженицына, Юлия Даниэля. И одновременно Евтушенко – один из немногих представителей советской культуры, ставших негласным представителем этой культуры за рубежом (он встречался не только с Фиделем Кастро и Че Геварой, но и с Робертом Кеннеди и Ричардом Никсоном).
Евтушенко – автор более чем 150 книг, бессчетного количества стихов, многие из которых были положены на музыку (вспомним хотя бы «Хотят ли русские войны?» – песня, актуальная и сейчас) – удостоился Государственных премий и в СССР, и в постсоветской России.
В неспокойном 1993-м Евтушенко получает из рук Бориса Ельцина медаль «Защитнику свободной России» – в память об августовском путче 1991 года. А во время трагических событий в Донбассе поэт откликается стихотворением памяти медсестры Людмилы Прохоровой из Макеевки:
А что же такое война, как не эпидемия тоже?
Со знаками смерти она у шара земного по коже...
От первого лица
«Шеварднадзе как-то сказал мне: «У нас ни один гражданин в СССР не объездил столько стран, сколько Вы – 94 страны!» Я был одним из первых, кто пробил железный занавес, – говорил Евгений Евтушенко газете ВЗГЛЯД в 2008 году. – Я первым после Маяковского стал выступать за границей. Но если Маяковский выступал только перед эмигрантами, то я перед разноязыкими аудиториями читал свои стихи не только на русском, но и на испанском, итальянском и английском языках, которыми, к счастью, владею».
Поэт не мог не упомянуть двойственное отношение к нему советских властей и не вспомнить о проблемах, которые решались при помощи тех же властей.
В том интервью поэт рассказал о впечатлении, которое русская литература произвела на его американских учеников. «У меня был ученик, который в 18 лет прочитал шесть основных книг Достоевского. Я всегда просил его готовить вступительную статью к нашим урокам. И иногда он побеждал меня – он готовил статью лучше, чем я. Но почему русский учитель счастлив, что его американский ученик победил его? Да потому, что он, помимо того, что американец, живет на одной со мной земле. Если в Америке будет больше таких людей, то войны между нашими странами не будет никогда».
«Перед поездкой меня заставляли подписать письмо, в котором я отказываюсь от этого вечера (в США), потому что болен. Тогда я позвонил в приемную Брежнева и сказал, что если вечер сорвется, то это подорвет престиж страны. Я сидел в Доме литераторов и, позвонив в приемную Брежнева, оставил телефон вахты ЦДЛ. Через какое-то время меня зовут к телефону: «Вам Брежнев звонит». Он сказал: «Евгений Александрович, все в порядке. Мы устранили бюрократические недоразумения. Счастливого пути!» – «А вы ничего не хотите мне пожелать?» – спросил я. – «Оставайтесь самим собой», – пожелал мне Брежнев. Заметьте, что этот разговор состоялся, несмотря на то, что я много раз выступал против правительственных решений, защищал диссидентов».
«Когда я приехал в США в 1960-х, то познакомился там с одной девушкой благодаря тому, что у нас обоих на груди был значок с изображением Фиделя Кастро. Фидель нас объединил, и первым языком, который я выучил, стал испанский», – рассказывал Евтушенко газете ВЗГЛЯД в 2011 году.
С поэзией произошло то же, что и с полетами на Луну
В том же интервью газете ВЗГЛЯД поэт заметил, что с распространением поэзии «произошло то же, что с полетами на Луну». «Мы первыми достигли космоса, а на Луну первыми высадились американцы. После того как зарубежные поэты, наши гости, увидели наши поэтические концерты – стадион «Лужники», заполненный людьми, и площадь Маяковского, где еще в 1954 году собралось 35 тыс. человек, – они по-хорошему нам позавидовали. И многие из них у нас это переняли, – подчеркнул Евтушенко. – Сейчас во всех странах проводится огромное количество поэтических выступлений. Вот я был, скажем, в Никарагуа. Это бедная страна, где нет такого количества олигархов, как у нас. Но там уже седьмой год подряд устраивают замечательный интернациональный фестиваль поэзии, на котором собирается по пять тысяч человек на каждое чтение».
Тем не менее, сказал Евтушенко, место поэзии в России – «там же, где оно было у Пушкина». И процитировал одну из самых своих известных строк – «поэт в России – больше чем поэт», добавив: «Другого места для национального поэта не существует».