ВЗГЛЯД: «Синдром дракона» – остросюжетная история, в которой современным оперативникам приходится разгадывать тайны прошлого, причем прошлого советского. Тут тебе и российская милиция, и чекисты, и сокровища из тайной коллекции ЦК. Были ли у вас какие-либо жанровые ориентиры и насколько ваша работа продолжает традиции советских детективных сериалов?
Проблема нехватки хороших сериалов существует только для узкого круга «продвинутых» зрителей
Николай Хомерики: Специально я на них не ориентировался, но в итоге как-то само собой получилось нечто отчасти близкое к ним. Тут, конечно, сыграл роль сценарий.
ВЗГЛЯД: Какие конкретно старые сериалы вы бы назвали в этой связи?
Н.Х.: Ну вот, например, был такой фильм «Визит к минотавру». Что-то такое приходит на память.
ВЗГЛЯД: Вы известны как один из создателей нового авторского кино. Что побудило вас взяться за сериал?
Н.Х.: Понравился сценарий – это основная причина. Кроме того, у меня было условие, что я прихожу в этот проект со своим оператором и со своим художником. То есть продюсеры согласились на то, чтобы я принимал участие во всех тех процессах, в которых обычно принимает участие скорее продюсер, чем режиссер. Это – еще один момент, ввиду которого я согласился работать над этим фильмом. Что же касается финансовой части, то заработал я не больше, чем обычно зарабатываю на своем кино не для всех. Ну, еще хотелось попробовать себя в таком вот жанре. То есть снять не авторское кино, сложное для восприятия, а нечто подобное тому, что я один раз уже пытался сделать – был у меня такой кинопроект «Беляев», который в итоге не был закончен по финансовым причинам.
ВЗГЛЯД: Про фантаста Александра Беляева?
Н.Х.: Нет, не про него, а по мотивам его произведений. Так вот, была идея снять фильм, который на внешнем, поверхностном уровне был бы понятен широкой аудитории. Сделать так, чтобы все остальные смысловые слои воспринимались вслед за этим первым, общепонятным. Там уже каждый может понимать по-своему, и кто до чего додумается – это другой вопрос.
#{interviewcult}ВЗГЛЯД: Одно из расхожих мнений по поводу современных российских сериалов заключается в том, что качество их очень низко, что их невозможно смотреть и что они портят вкус зрителей. Согласны ли вы с этим?
Н.Х.: Я специально об этом не думал, но хочу сказать, что обозначенная вами проблема с сериалами довольно относительна. Дело в том, что сериалы более или менее высокого качества – скажем, телевизионные работы Валерии Гай Германики – имеют совсем невысокие рейтинги. А у какой-нибудь фигни про Ефросинью и у разных других подобных вещей рейтинги как раз высокие. То есть проблема нехватки хороших сериалов существует только для узкого круга «продвинутых» зрителей. То есть, конечно, не совсем узкого – этот зрительский контингент составляет процентов 10–15. Для остальных никакой проблемы нет. Остальные каждый день смотрят по НТВ «Братаны-2», «Дикий-3» и т.д., и рейтинги этих сериалов, соответственно, остаются высокими. Так что все неоднозначно.
ВЗГЛЯД: То есть получается, что если большую часть аудитории все устраивает, то никакой проблемы качества как бы и нет?
Н.Х.: Нет, это, конечно, не так. Вкус зрителя надо воспитывать. Сразу это сделать не получится, но как-то постепенно, потихоньку, может быть, и удастся что-то изменить. Я считаю, что сериалы, отличающиеся от основной массы, делать надо. Потому что если их вообще не делать, а делать только вот эту жвачку, то ситуация будет и дальше работать на отупление зрителя. Так что бороться с нынешним положением вещей надо. Но соответствующие программные решения – это уже компетенция руководителей телеканалов. Насколько они готовы что-то менять – это вопрос к ним.
ВЗГЛЯД: Правильно ли я понял, что ваш сериал вы как раз относите к числу тех, которые могут позитивно повлиять на зрительский вкус?
Н.Х.: Ну да, правильно.
ВЗГЛЯД: Если послушать «чистую» публику, то получается, что сериальную «жвачку» производят только в России. Но ведь это, наверное, не так? Судя по некоторым признакам, сериальная продукция многих других стран вполне сопоставима с нашей.
Н.Х.: Это смотря с чем сравнивать. В Италии, насколько я мог видеть, дело обстоит еще хуже. Но если говорить о некоторых американских сериалах, бюджет которых примерно равен бюджету голливудских проектов – а таких, кстати, немало – или же о том, что время от времени выпускает в Англии BBC, то это совсем другое качество. Во французских сериалах уровень тоже чуть повыше, чем у нас. У нас актеры, даже хорошие, в сериалах почему-то играют плохо.
ВЗГЛЯД: Ваша работа, соответственно, контрастирует с расхожими сериальными стандартами, принятыми в России?
Н.Х.: Какие-то общие места там присутствуют, но это, как я уже сказал, упаковка для каких-то других, менее тривиальных вещей. А так, конечно, этот фильм отличается от того, что мы обычно видим. Впрочем, вы сами увидите. Может быть, вам покажется, что, наоборот, особо заметных отличий нет. Мне кажется, что есть.
ВЗГЛЯД: В вашем фильме два временных плана – один современный, другой советский; в советской части сюжета действие происходит в 1950-х. По-вашему, остался ли советский универсум частью нашей жизни, или, наоборот, уже пришло время открывать его заново? И есть ли у вас какие-то личные отношения с той эпохой, которые вы стремились выяснить?
Н.Х.: У меня такое ощущение, что с тех пор ничего не поменялось, в общем-то. По крайней мере, пока.