Зритель настолько привык к этому, что, когда Линч снял самый «простой» свой фильм «Простая история», линейность сюжета – один старичок едет в гости к своему брату на маленьком тракторе – заставляла зрителя насторожиться: где же отрезанные уши, красные ковровые дорожки и помешанный на кофе агент Дэйл Купер? Эта обыденность пугала почище карлика из «Шоссе в никуда» и людей-кроликов из «Внутренней империи».
Именно так – посредством голубых экранов - простые домохозяйки и пролетариат узнали о таинственном мире Дэвида Линча
Началось все более 30 лет назад с «Головы-ластика», если не считать, конечно, короткометражек с интригующими названиями «Шестеро заболевают» и «Безногая». В «Бабушке» (1970 год) мальчик, устав от издевательств своих жестоких родителей, в домашних условиях выращивает себе добрую бабушку. А в снятом на 1000 долларов «Алфавите» (1968 год) женщине снится кошмар, в котором она вынуждена повторять буквы алфавита.
Логика сна – не приятного, а пугающего до холодного пота кошмара – становится традиционной для всех его работ. Полнометражный дебют Линча – «Голова-ластик» (1978 год) – стал одним из самых мрачных и завораживающих фильмов своего десятилетия. На то, чтобы довести зрителя до состояния депрессии, работало все – от индустриального саундтрека, написанного самим Линчем и напоминающего о стоматологическом кабинете, до тщательно продуманного абсурдного и сюрреалистического видеоряда, выдержанного в черно-белой гамме.
Во втором фильме режиссера «Человек-слон» (1980 год) прозвучало творческое кредо Линча, которое он довел до максимума в своей последней картине «Внутренняя империя». «Люди боятся того, чего не понимают», – считает режиссер, постепенно увеличивая концентрацию непонятного, ergo, пугающего.
Следующий проект режиссера – «Дюна» – явился экранизацией культового в среде поклонников сай-фай романа Фрэнка Херберта. В начале 70-х годов «Дюну» планировал поставить не менее интересный мексиканский режиссер Алехандро Ходоровски, собиравшийся привлечь к работе над картиной Pink Floyd и Сальвадора Дали.
В итоге, по мнению кинокритика Сергея Кудрявцева, «необычные, дорогостоящие спецэффекты, созвездие актеров, включая рок-певца Стинга и долго не снимавшуюся в кино Сильвану Мангано, жену Дино де Лаурентиса, не спасли картину, в которой нет связного сюжета, логики повествования, интересно рассказанной истории».
Впрочем, Линч своего добился – он выбил у продюсера Дино де Лаурентиса карт-бланш на постановку своего нового фильма. На главную роль в «Синем бархате» он позвал Кайла Маклахлана, которого открыл как раз во время съемок «Дюны».
Сюрреалистический триллер о том, что бывает после того, как найдешь в парке отрезанное человеческое ухо, был назван журналом Premiere «одним из самых опасных фильмов», а Американский киноинститут поставил фильм на восьмое место в списке 10 лучших мистических фильмов.
Но Линча уже одолевали тайны маленького провинциального городка Твин Пикс, в котором поселилось зло, убившее Лору Палмер. В этом тихом, затерянном в лесах городке не только совы, но и люди были не тем, чем казались, таили в себе опасность и неявную угрозу.
«Твин Пикс» стал чуть ли не единственным (во всяком случае, первым) зарубежным сериалом на отечественном телевидении, смотреть который было не зазорно, – в противовес мексиканским «мыльным операм». Именно так – посредством голубых экранов – простые домохозяйки и пролетариат узнали о таинственном мире Дэвида Линча.
Первую Золотую пальмовую ветвь Каннского кинофестиваля Линчу принес его следующий фильм – «Дикие сердцем» (1990 год), который в какой-то мере предвосхитил успех «Прирожденных убийц» Оливера Стоуна и являлся остроумным парафразом «Бонни и Клайда». Линчевских обаятельных любовников зовут Сэйлор (Николас Кейдж) и Лула (Лора Дерн), они спасаются от злой мамаши Лулы, натравившей на Сэйлора наемных убийц. Фирменная смесь сюрреализма и абсурда здесь была приправлена чернейшим юмором, что и сделало фильм, возможно, самым доступным из фильмографии режиссера.
Следующего полнометражного проекта маэстро пришлось ждать чуть ли не семь лет. Впрочем, поклонники особенно не скучали – кроме сериалов «Американские хроники», «В прямом эфире», «Номер в отеле» и короткометражек Линч совместно с композитором Анджело Бадаламенти и певицей Джулией Круз отметился масштабной музыкальной постановкой «Индустриальная симфония № 1: Сон девушки с разбитым сердцем».
«Шоссе в никуда» (1997 год) парадоксальным образом (хотя в случае с Линчем это звучит неуместно) стало для режиссера продолжением «Твин Пикса». В то же время сам Линч признался, что на написание сценария его вдохновил суд над О Джей Симпсоном, обвинявшимся в убийстве собственной жены. Возможно, именно поэтому в фильме чересчур много загадок и таинственных посланий, но основная часть российских зрителей видят заслугу картины в другом: именно «Шоссе в никуда» открыло немецких поп-индустриальщиков Rammstein – любимых музыкантов Линча, по его собственному признанию.
Потом вышли уже упоминавшаяся «Простая история» (1999 год) и «Малхолланд Драйв» (2001 год), открывший миру Наоми Уоттс. А сам Линч, видимо, уставший от вопросов «О чем ваше кино?» составил целых 10 подсказок о том, как разгадать этот триллер.
Прецедент, конечно, интересный, но одноразовый. А жаль – для того, чтобы «разгадать» следующее творение Линча – «Внутреннюю империю» – понадобился бы не один том подсказок. Режиссер захотел снять картину, «невероятно замедленную по ритму. При этом большую по метражу, кажущуюся тяжелой. И напоминающую в целом ночной кошмар». Неудивительно, что мнения критиков кардинально разошлись – от «шедевр и квинтэссенция всего творчества Линча» до «глобального надувательства».
Линча даже обвиняли в том, что ему совершенно безразличен его зритель, что он не думает о нем, не жалеет его. На что Линч ответил: «Внутренняя империя» говорит со зрителем на языке кино, то есть уловила и передает ощущение сна. Поэтому она порождает столь субъективные интерпретации».