Во второй половине XX века Голливуд был оплотом либерализма, где республиканцев – Буш наплакал. Грех государственничества прощался разве что режиссерам-пироманьякам Милиусу и Сигелу, тем актерам, которым по роли положено сначала жахать, а думать потом (Норрис, Уиллис, Уэйн, Шварценеггер), а также разнорабочим Гибсону и Иствуду – по совокупности заслуг.
Время же, как и предупреждал Никсон, всех рассудило. Вот вы фамилию Фрост раньше слышали?
Но органически чуждого культу самцов и звездно-полосатых флагов Рона Ховарда «ни в чем таком» заподозрить было невозможно: имечко он себе сделал на недурацких комедиях и семейной фантастике (типа «Кокон»), а имя – на политкорректных «Играх разума» (восторг критиков, килограмм «Оскаров»).
Словом, как замечают по такому случаю завучи, уж от кого-кого, а от вашего мальчика мы не ожидали. Ибо «Фрост против Никсона» тянет – ни больше ни меньше – на идеологическую диверсию: главное пугало либералов, «самого плохого парня Америки» Ховард изобразил фигурой и личностью исторического масштаба, в чем «хитрому Дику» долгое время пытались отказать.
37-й президент США Ричард Милхаус Никсон запустил американцев на Луну, выпустил их же из Вьетнама, нашел общий язык с СССР, «зафрендился» с Китаем, но имел глупость лично препятствовать расследованию «Уотергейтского скандала», в рамках которого бездари-подчиненные бездарно пытались прослушать штаб бездарного кандидата от демократов. После этого волюнтаристу было указано на дверь, а либеральная общественность запросила крови.
Со своей стороны, Голливуд отреагировал лентой Алана Пакулы «Вся президентская рать» – о белых рыцарях от журналистики, злобном мурле коррупции, красных глазках диктофонов и свободе слова как светоче Америки. Ховард, напротив, если и не нарисовал напротив фамилии Никсон плюс, то хотя бы затер минус. Да, по ряду реплик, прозвучавших в его фильме, можно сделать вывод, что президент-расстрига немного расист и жадноват до денег, однако это лишь штрихи к портрету. Если хотите, пятна на солнце, на фоне которого все уходят в тень, становятся маленькими и невзрачными.
Так, консультант Джим Рестон (актер Сэм Рокуэлл), написавший о президенте – гонителе мини-юбок аж четыре разоблачающие книги, пафосно заявляет, что при личной встрече руки этой гадине не подаст. Подаст, конечно. С оттенком подобострастия на лице.
Ибо в нашем случае Никсон – усталый лев, которого из царей попросили, но львом он от этого быть не перестал, и гордая лань (это если не скунс) ему не ровня. Отсюда и снисходительность к малохольным, и самоирония небожителя: «Это вам на память, – говорит Никсон, фотографируясь с очередной фавориткой Фроста. – Повесите над камином, чтобы ваши друзья-либералы могли тренироваться в игре в дартс».
Словом, изобразив Никсона столь матерым человечищем в глазах интеллигенции Ховард «предал всё лучшее», и списать это на актера Френка Лангеллу (номинация на «Оскар» за лучшую мужскую роль) не получится. Короля, как водится, делает окружение, и факт того, что визави Никсона выглядят просто жалко, истинные намерения режиссера выдает с головой, тем более что и Майкл Шин (Фрост), и уже упомянутый Сэм Рокуэлл играют отлично.
Историю, однако, не перепишешь, и телевизионную дуэль с Никсоном Фрост выигрывает (с подсказки оппонента и по системе дзюдо, когда мощь противника направляется против него самого). Тем не менее прежней кинодогмы о бесстрашных репортерах, что вывели «хитрого Дика» на чистую воду из чистого долга, исторического противостояний власти пятой и власти первой в фильме нет и в помине. А есть – попытки некоторых людишек заработать на политических костях заслуживающего уважение человека.
Режиссер всячески подчеркивает, что шоуменом Фростом движет исключительно любовь к рейтингам и производному от оных – гонорарам, фотовспышкам и возможности столоваться в VIP-зоне. Этим он, к слову, Никсону даже глянулся: поединок двух тщеславий, где, по замечанию господина президента, «все средства хороши», властной натуре ближе, чем чистоплюйство либеральной прессы. Представителей оной Никсон вообще сравнивает с собаками, но, чтоб не обидеть последних, гладит таксу, демонстративно отвернувшись от фотокамер.
Время же, как и предупреждал Никсон, всех рассудило. Вот вы фамилию Фрост раньше слышали?
Что до фамилии Лангелла, – еще услышите. Рискнем предположить, что с момента релиза «Ф. против Н.» Никсон – это именно Френк Лангелла, как Калигула – Макдауэл или Шерлок Холмс – Ливанов. Это несмотря на весьма условное сходство с прототипом и то, что 15 лет назад Оливер Стоун рекрутировал на данную роль самого Энтони Хопкинса (Пакула во «Всей президентской рати» вообще предпочел отделаться хроникой, то есть Никсона сам Никсон и сыграл).
В 2007 году Лангелла уже получал за своего «хитрого Дика» театральную «Тони», и в фильм его взяли не глядя. Собственно, «Фрост против Никсона» – это экранизация той самой бродвейской прессы Питера Моргана с теми же Лангеллой и Шином, причем сценарий адаптировал для Ховарда лично автор.
Резюмируя вышесказанное, режиссера можно поздравить: он вернулся туда, куда сбежал в свое время от комедий и семейной фантастики, – к камерному жанру, шелесту кулис, уничтожающей силе крупного плана, к героям ушедшего времени и объяснению того, почему у этих героев не все получилось. А тем продюсерам, что вырвали Ховарда однажды для постановки коммерческого «Кода да Винчи», пусть воздастся разором и описью имущества: в эпоху моды на сеченый монтаж, режиссеров, умеющих рассказать историю под мерные щелчки метронома, надо ценить на вес золота и не отвлекать на всякое фуфло.
«Фрост против Никсона» – лучшая работа Ховарда. Другой вопрос, что это шедевр в себе, популярность фильма в массах сомнительна. Как заметил один из героев Довлатова, «политику не хаваем».
* Признан(а) в РФ иностранным агентом