И именно этим – непредсказуемостью – подобные конференции и замечательны. У вас появляется реальная возможность узнать, что именно кажется актуальным отечественным литературоведам. Что из сегодняшнего будет вписано в научную историю литературы. И как раз в этом отношении межвузовская конференция в Челябинске была абсолютно репрезентативной.
Челябинск, если градостроительный зуд градоначальников не уничтожит его уникальность, обещает стать архитектурным заповедником советской жизни…
Во-первых, география. Были представлены (очно и заочно – в специально изданном к конференции сборнике) филологи от Владивостока до Калининграда, а также город Киев. От новейшего русского зарубежья представительствовал доклад А. И. Головановой из США.
Во-вторых, тематику предложенных на конференцию докладов можно было бы обозначить как «от и до».
От проблем жанра писательской биографии (на материале книг о Чехове в докладе профессора МГУ В.Б. Катаева), от места словаря Даля в культуре Серебряного века (А. С. Гришин, Челябинск) до поэзии Веры Павловой (С.М. Шакиров, Челябинск) и прозы Евгения Гришковца (М. В. Селеменева, Елецк).
От типологии уральских сказаний (И.А. Голованов, Челябинск) и фольклора современной церковно-приходской среды (И.И. Кузнецова, Москва) до рок-поэзии (Н.Н. Клюева, Москва). От концепта «человек» в семантическом пространстве языка мифопоэтики Средневековья (В.И. Чечётка, Воронеж) до интермедиальности постмодернистского произведения на материале романов Дж. Барта (Н.С. Олизько, Челябинск) и т.д.
Специального отбора материалов для этой конференции не было. Была свобода. В каком-то смысле – расчет на спонтанность, случайность. Но случайным ничего не бывает, более того – «чем случайней, тем вернее».
Ну и в-третьих, в содержание этой конференции была естественно включена сама атмосфера места ее проведения.
Челябинск – если, разумеется, перестроечный градостроительный зуд градоначальников не уничтожит его уникальность – обещает стать архитектурным заповедником советской жизни 40–50-х годов.
Я дважды слышал горделивые высказывания челябинцев о том, что они сохранили улицам советские имена, скажем, проспект Ленина так и остался проспектом Ленина. На мой взгляд, переименовать его невозможно, это не бывшая Дворянская в старинном губернском городе и не безликий Ленинский проспект в Москве – это именно проспект Ленина во всей полноте и выразительности архитектурных стилей той эпохи.
Иными словами, конференция эта не могла не продемонстрировать, так сказать, базовый уровень и тенденции университетского литературоведения сегодняшней России.
Ну а мой, уже личный интерес был связан с намерением проверить сложившееся к концу 90-х годов ощущение, что слово «провинциальный» перестало быть в России стыдливым синонимом слов «второсортный», «отсталый» и т. д. Сегодняшние губернские столицы становятся самодостаточными не только экономически, но и культурно.
А также был у меня еще и специальный интерес: насколько отстает процесс научного осмысления современного литературного процесса от картины, которую дает текущая литературная критика.
Скажу сразу: ни насколько. А что касается соотношения уровней «столичный» и «региональный», то Москва и Санкт-Петербург шли здесь через запятую с Магнитогорском, Павлодаром, Пермью и т.д. Во всех отношениях.
Сообщения, представленные на конференцию, воспринимались естественным продолжением, развитием, а главное – углублением тем и проблем, которые кажутся актуальными нашим критикам.
Вот круг писателей, творчество которых, с точки зрения нынешней литературоведческой науки, выражает основные тенденции в текущей литературе: В. Пелевин, А. Слаповский, Л. Улицкая, Л. Петрушевская, В. Маканин, Алексей Иванов, В. Павлова, Е. Гришковец, В. Сорокин, Нина Садур.
Ну а наиболее актуальные сегодня литературные традиции связаны с именами Пришвина, Шукшина, Булгакова, Набокова, Мандельштама, Бунина, обэриутов, Бродского, Довлатова, Евтушенко, позднего Юрия Давыдова.
В качестве глубинных определяющих движение современной прозы челябинский литературовед Т. Маркова, например, называет процесс деперсонификации героя литературного произведения, «сюжет усреднения», как назвал его один из персонажей ее исследования В. Маканин.
Другой поворот этой же темы предложила С. Барышева (Нижний Тагил). Отметив необыкновенную актуальность для современной прозы экзистенциального архетипа Пустоты, она выделила группу писателей-депримистов (В. Пелевин, В. Сорокин, В. Ерофеев), в творчестве которых этот архетип стал основообразующим для их художественного пространства.
Ну и, естественно, речь шла и о социопсихологических аспектах современной литературной ситуации, в частности – о содержательной стороне нашего разделения литературы на «элитарную» и «массовую».
Ценность подобных докладов в том, что авторы их работают не на уровне литературно-критических интуиций, а с опорой на отработанные научные методологии.
Сошлюсь на доклад Марии Литовской (Екатеринбург), посвященный феномену литературной моды. Были представлены две характерные модели, по которым или возникает, или целенаправленно формируется мода на писателя; в первом случае речь шла о творчестве Л. Улицкой, во втором – об Алексее Иванове.
Разговор о литературе перемежался здесь собственно литературой. В частности, прошел вечер поэта Виталия Кальпиди, живущего ныне в Челябинске. Кальпиди читал стихи из еще не вышедшей книги, затем показывал видеоклипы, в которых он был представлен и как поэт, и как режиссер, художник, композитор. Ну а в заключение отвечал на вопросы, и эта часть встречи оказалась энергетически заряженной не менее, чем первая.
В частности, Кальпиди заявил, что, по его мнению, поэзия находится в «парадигме вещей, необязательных для жизни»; что вдохновение вещь очень даже сомнительная, потому как непонятно, кто и что в тебя вдыхает, и что он, Кальпиди, теперь старается писать без вдохновения; что отрицательно относится к включению его стихов в школьные хрестоматии; что абсолютные шедевры русского кино – «Остров» (из нового) и «Весна на Заречной улице» (из прошлого); и т.д. и т.д. То есть элементы интеллектуальной и эстетической провокации были также включены в содержание конференции.
Иными словами, если хотите пропустить через себя ток современной русской эстетической мысли, летайте самолетами компании «Уральские авиалинии» по маршруту Москва (Кострома, Санкт-Петербург, Саратов, Якутск и т.д.) – Челябинск.