Итоги, торжественно озвученные на заключительной церемонии в Большом театре, показали, что первое превалирует над вторым. Во всяком случае, с точки зрения тех, от кого зависит распределение призов. Практически все основные награды ушли сочинениям, вписывающимся в каноны традиционного театра. Что порой казалось несколько странным. Хотя показанные в конкурсной программе спектакли выглядели диаметрально противоположными по уровню. Вне зависимости от стилистики.
Прежде чем приступать к детальному разбору, хочется порадоваться тому обстоятельству, что «Золотая маска» давно перестала быть только конкурсом. Благодаря ЗМ мы уже в который раз можем видеть в столице роскошные спектакли питерского Малого драматического театра – театра Европы. В прошлом году перед началом конкурсной программы публике показали легендарных «Братьев и сестер».
В году нынешнем настала очередь «Бесов», отмечающих нынче пятнадцатилетие. Полюбоваться на магически совершенный спектакль Льва Додина стоило при любых обстоятельствах. Активный интерес со стороны профессионалов был проявлен к выставке «PRO Театр», где приняли участие коллективы со всей России. А в Goldenmask Club на сцене театрального центра «На Страстном» в течение трех уик-эндов выступали весьма интересные музыканты.
Мариинка и другие
Актер Валентин Гафт вручил Национальную театральную премию «Золотая маска» Марии Абашовой |
А выпущенная в Мариинке работа нидерландского хореографа Дэвида Доусона «Reverence», жесткая и эффектная, переплавляющая классические движения и уводящая в сумрачно-медитативное состояние, не идет в сравнение с тем, что делают его отечественные коллеги. Так что пусть никто не обижается, что еще одна «Золотая маска» отправилась за пределы России.
Прошедший сезон в Мариинке был удачен и по оперной части – награды распределились соответствующим образом. Как известно, Валерий Гергиев отозвал свою кандидатуру из списка номинантов – как следствие, премия дирижеру не присуждена вовсе. Как и премия за лучшую мужскую роль; хотя здесь есть подозрение, что в номинанты не попали все достойные певцы, в том числе и из представленных спектаклей.
Две награды, за лучший спектакль и лучшую режиссуру, получило «Путешествие в Реймс», живое, вкусное зрелище, переполненное эмоциями. А вот прошлогоднему фавориту Дмитрию Чернякову не так повезло – в его «Тристане и Изольде» отметили только заглавную исполнительницу Ларису Гоголевскую.
Что касается оперетты и мюзикла, то все имеющиеся награды поделили между собой два спектакля. Хотя если учесть, что номинировалось всего три, то по-прежнему можно думать, что с «легким жанром» у нас не все в порядке. Хотя приятные впечатления оставили и обаятельное шутовское действо «Фигаро здесь!», сделанное известным кинорежиссером Леонидом Квинихидзе на основе «Севильского цирюльника», и мрачно-сказочное сочинение «Ночь открытых дверей» по мотивам повести Чарльза Диккенса «Рождественская песнь». Слегка старомодные, пристойно спетые и сыгранные спектакли, возможно, не являются шедеврами, но в рамках общей ситуации их можно выделить.
Бедный Горький
Хельга Филиппова в роли Анны и Юрий Евдокимов в роли Клеща в сцене из спектакля «На дне» по мотивам пьесы М.Горького |
Но, с другой стороны, члены жюри – всего лишь люди, равно как и зрители, раздающие свои симпатии по иному принципу. И сложно требовать абсолюта, ибо он невозможен.
Не случилось совершенного расклада и на этот раз. Поначалу кажется, что выбор у бедных членов жюри был невелик: ряд спектаклей конкурсной программы выглядел откровенно неудачным. Сильно не повезло классику Максиму Горькому – два спектакля по его пьесам, малоизвестной «Чудаки» (Пятый театр из Омска, режиссер Анатолий Праудин) и хрестоматийной «На дне» (Небольшой драматический театр из Петербурга, режиссер Лев Эренбург), выглядели настоящей бедой. Но тогда как первый спектакль казался просто излишне затянутым и скучным, второй сильно отдавал любительщиной.
Зрители в антракте недоуменно переспрашивали друг у друга, профессиональные ли актеры заняты в спектакле. Актеры-то профессиональные, но даже они ничто без внятной режиссуры. А господину Эренбургу, видимо, показалось, что поселить горьковских героев под забором, раздеть их догола и заставить изображать тяжелую форму неврастении пополам с религиозным пафосом достаточно для полноценного зрелища. А зрелище-то получилось вязким, как непропеченный пирог, и бессмысленным. Героев приходилось различать исключительно по произносимому тексту, а на вопрос «Про что спектакль?» разводить руками.
Агрессия, с которой режиссер нагромождает на сцене физиологические подробности, вызывает обратную реакцию – скуку. Приходилось слышать, что этот спектакль на родной земле смотрится сильно и глубоко. Однако подобный аргумент всегда звучит несколько сомнительно.
Не досталось наград и постоянному гостю ЗМ – Омскому театру драмы, представившему два спектакля, «Вишневый сад» и «Фрекен Жюли», оба в постановке нынешнего худрука Евгения Марчелли. Эстет Марчелли выстраивает каждый понравившийся ему сюжет по стихийным законам игры, словно разбирая написанное автором по винтикам и свинчивая уже по своему усмотрению. И чеховских, и стриндберговских героев он показывает нам с непривычной стороны, пользуясь меж тем только аргументами, предлагаемыми драматургом. «Вишневый сад», история про «красивое умирание», смотрится у Марчелли жестким, динамичным и довольно злым зрелищем, герои которого добровольно лишают себя всего самого лучшего, действуя по каким-то собственным законам логики.
А «Фрекен Жюли», лишенная пафосных мотивов социального неравенства, оказывается историей о сокрушительной силе плотского влечения. Пытаясь понять разницу между сексом и любовью, любовью и семейной жизнью, буднями и праздниками, герои угождают каждый в свою ловушку: Жюли – в смерть, а Жан и Кристина – в скучный предсказуемый быт. Второй спектакль славен еще и наличием превосходного актера Виталия Кищенко, своеобразного «талисмана» Марчелли: такой мужественности на сцене давно не приходилось видеть.
Призраки «лучших домов»
Алиса Фрейндлих |
Поэтому очень прискорбно выглядит тот момент, что основной режиссер-ньюсмейкер Кирилл Серебренников, номинирующийся четвертый год подряд, удостоился лишь специального приза «За создание ярких спектаклей». Безусловно, «Лес», поставленный им в МХТ им. Чехова, не так силен, как позапрошлогодние «Мещане», но сам Серебренников, ставший за немногие свои годы в столице мощным, незаурядным мастером, имеет полное право рассчитывать на официальное признание своих творческих качеств.
Зато искреннюю радость доставляет факт получения двух наград, «Новации» и «Приза критики», роскошным спектаклем питерского Формального театра «Между собакой и волком». Андрей Могучий создает эффектный, предельно эмоциональный театр, где внешние образы имеют едва ли не большее значение, нежели слова. Его спектакли трудно пересказывать – их хочется впитывать, ощущать, пропускать через себя. Взяв за основу роман Саши Соколова, режиссер не излагает события, а словно пропевает их, превращая слова в музыку, шум, перекликающиеся звуки, ворожа и шаманя. Награда Могучему словно воплощает те переживания, что испытывает публика по просмотре его работ.
Обсуждать итоги двенадцатой ЗМ будут еще долго. Наверное, вплоть до следующей, работа над которой уже началась. Какую концепцию придумают организаторы, что за спектакли предстоит увидеть, мы узнаем нескоро. А быть может, будущие лауреаты – постановки и роли – еще не появились на свет. Каждый раз ЗМ – это интрига. Интрига нынешнего года раскрыта. И хочется, чтобы интрига грядущая оказалась более затейливой.