«Кукла» именно такой и вышла – лёгкой, доступной, интересной. Роман рассказывает историю человекоподобного робота, сконструированного в силиконовой долине. Чудо враждебной техники имеет весьма привлекательные очертания, имя Линда и набор программ, позволяющий роботу удовлетворять любые (в первую очередь, сексуальные) запросы своего мужа.
Кофе и камасутра
Так выходит, что Линду приобретает московский бизнесмен Максим. Разочаровавшись в обычных обманщицах и стервах, Максим покупает бесконечную любовь за миллион долларов (такова фабричная цена Линды). И всё у них поначалу складывается хорошо, даже замечательно: кофе в постель и «камасутра» в самой постели. Благо, оперативная память позволяет менять Линде не только позы, но и внешность.
Долго ли, коротко, но в Линду попадает шаровая молния, из-за чего настройки сбоят, Линда становится практически живым существом. Поначалу в ней просыпается самосознание, затем немотивированная кровожадность. И вот уже она начинает маньячить в окрестных лесах. Напившись кровушки, Линда озадачивается поисками свободы, находит продвинутого программера, который должен ее перепрограммировать....
Пародия на кибер-панк
Кукла |
Пародия, или, если быть точнее, стилизация, «пастиш», в котором привычный набор кибер-панковских примочек использован для каких-то иных, самодеятельных целей. Вот и интересно разобраться – а, собственно, для каких?!
Этапы большого пути Линда фиксирует в дневнике, составившем основу романа. Превращения робота в человека происходят на фоне зимней Москвы. В «Кукле» работают приметы нынешнего времени – герои светской хроники и завсегдатаи казино и модных бутиков, привокзальные толкучки и эстетские вернисажи. Партнёры Максима «забивают стрелки», маньяка, жестоко расправляющегося с сексуально озабоченными автолюбителями, ищет ФСБ. Так что на лицо – весь обычный расклад книги для современного читателя, который любит, чтобы было «про современность».
Тем не менее, текущая словесность этим потребительским заказом манкирует. Нынешние литераторы ушли в глухую несознанку «искусства для искусства», перепродав современность авторам телевизионных сериалов и иронических детективов. Между тем, народ не стал меньше интересоваться своими проблемами и делами соседей по лестничной клетке. Ведь всегда хочется почитать про себя или про похожего на себя.
В эпоху развитого Интернета
Возможно, именно в этом и скрывается секрет популярности таких разных писателей как Виктор Пелевин и Евгений Гришковец. Оба работают с текущей реальностью. Только первый сатирически заостряет картину окружающего нас мира, а второй ищет точки пересечения, такие биографические узлы, которые могут объединить всех.
Практически все книги последнего времени, имевшие успех (разве что за исключением беллетристического проекта Б. Акунина) посвящены людям, живущим где-то рядом. Возьмём ли мы маститую Людмилу Улицкую или ставшего недавно известным Андрея Геласимова... Рецепт их популярности сколь очевиден, столь и сложен, потому что в литературе нет ничего более трудоёмкого фиксации современности.
Она же меняется каждый день, ускользает от описания и фиксирования, засоряет головы творцов информационным мусором и всевозможными соблазнами. Поэтому попытку Алисы Мун можно считать удачной и состоявшейся. В реальности, описываемой глазами робота, видится точный, снайперский расчет. Линда находится в том же самом жизненном и социальном пространстве, что и мы с вами, однако все её силиконовые колёсики и винтики не в состоянии понять и оценить главного – специфику взаимоотношений между людьми в эпоху развитого Интернета.
Кстати, подобный приём, названный «остранением» был придуман и введён Вольтером, который описывал современную себе реальность эпохи Просвещения глазами дикаря, привезённого с окраины Ойкумены.
Однако декорации сменились. И теперь роль дикаря выполняет комок продвинутых it-технологий, «чортова кукла», осваивающая наш мир в режиме реального времени. Кстати, из издательства просочились сведения о том, что готовится «Кукла-2». Сдаётся мне, всё ещё только начинается...