Выборы в восточных областях Украины, находящихся под контролем киевского правительства, показали, скорее, неблагоприятные для этих властей результаты. Явка была низкой (впрочем, она по всей Украине была невысока), и большинство голосов в Славянске и Краматорске были отданы за «Оппозиционный блок».

Все беды – и вообще все плохое в истории России – объясняются засильем питерских

Выборы в Мариуполе вообще отменили. В Харьковской области кандидаты от «Оппозиционного блока» не были допущены к выборам. Украинские националисты в сетях выражают свое глубокое огорчение результатами голосования, нередко употребляя для этого самые нижние регистры живого великорусского языка.

Но им не на кого обижаться: глубокое психологическое разделение на Украине – прямой результат их деятельности. Национализм не сплачивает – он только разделяет.

Позвольте мне привести иллюстрацию.

Как бы выглядела идея нации, если бы она завелась в России? Она не была бы по всем пунктам аналогична украинской, но выглядела бы примерно так. 

Стержнем этой национальной идеи было бы противостояние Москвы и Санкт-Петербурга. Главным злодеем был бы Петр Первый и питерские вообще. Главным идеалом – московская, допетровская Русь.

Московская Русь была населена физически и духовно прекрасными людьми, исполненными всякой добродетели. Она процветала и в наши дни уже осваивала бы галактику, но произошла катастрофа.

Злые силы Запада видеть не могли такой благости и соблазнили Петра, чтобы он навез иноземцев и основал Санкт-Петербург – форпост антирусской агрессии, населенный голландцами, немцами, финнами, шведами и каким-то числом отступников из числа русских людей, которые, смешавшись, и породили вековечных угнетателей нашего народа – питерских.

Реформы Петра – геноцид против подлинной, московской Руси, проведенный со страшной жестокостью. Тут и врать особенно не придется – Петр действительно был суров. Надо будет только собрать и должным образом подать в учебниках нужные факты.

Все беды – и вообще все плохое в истории России – объясняются засильем питерских. Эта, с позволения сказать, элита по-французски говорила лучше, чем по-русски, и всячески мучила наш народ.

Задача национального освобождения состоит в том, чтобы, во-первых, осознать, что мы, русский московитский народ, не имеем ничего общего с финно-шведскими обитателями Питера, а льстивые их речи о том, что они – тоже русские, есть коварный иезуитский обман.

Весь так называемый «петербургский период русской истории» вообще надо объявить временем насильничества и мрака и беспросветного мучительского ига, а его «достижения» пусть себе забирают питерские, нам не жалко.

#{image=950433}Во-вторых, вернуться к языку допетровской Руси, отвергнув ее искажения, навязанные нам питерскими. В-третьих, снести Невский проспект и застроить место теремами и избами, провести фильтрацию питерских, часть из которых должна быть изгнана (пусть катятся в свою Голландию!), а часть перевоспитана в московском духе.

В-четвертых (или, вернее, во-первых), торжественно, при стечении толп народа снести Медного всадника. И утопить в Неве. Санкт-Петербург же торжественно переименовать… ну хоть в Заболотовку. Или в честь каких-нибудь павших деятелей московитского движения.

В-пятых, введение надлежащей формы одежды. Простые граждане должны носить косоворотки и зипуны, состоящие на государевой службе – ферязи и охабени. Замеченные в джинсах или английских костюмах – изгнаны в Голландию. А кто будет брады брить, блудодейным латынским обычаем, того лишать квартальной премии.

Да, это все будет нелегко. Питерские так просто не сдадутся. Они организованы и безжалостны. Мы все должны быть готовы отдать жизнь за московитскую идею.

Наверное, надо мной просто посмеются. Но когда эта идея овладеет массами – или, вернее, наиболее энергичной и организованной частью масс – всем станет не до смеха.

Между Москвой и Питером возникнет напряженность, которая, когда смелые московиты, вооружившись дрекольем и бутылями с огненной смесью, прогонят из Кремля питерских ставленников, перейдет в войну.

Иностранные державы, естественно, тут же начнут поддерживать тех или других, а московские герои — умирать в питерских болотах от финно-шведских пуль.

Почему эта идея окажется такой пагубной? Потому что она неизбежно сделает врагами часть сограждан. Потому что она будет строить национальную идентичность на культе исторических обид.

Потому что она откажется от значительной части реальной национальной истории и национальных достижений. Это не сложно заметить, когда речь идет о гипотетическом примере. Люди, однако, отказываются это видеть на примере реальном – украинского национализма.

На Украине примерно пятая часть населения – русские, еще большая часть говорит по-русски и выросла на русской культуре, страна разделяет с Россией столетия общей истории, в ходе распада СССР в составе страны оказались территории, жители которых в языковом и культурном отношении ближе к жителям Калуги, чем к жителям Львова.

В этих условиях продвигать идею «Москва – наш вековечный враг и угнетатель» – значит, неизбежно производить внутреннюю смуту и разделение. Такой национальный проект оказывается враждебным не только к соседу, что само по себе было бы не очень хорошо, но и к значительной части своих собственных граждан.

Украинцы, несомненно, отдельный народ, со своими языком, историей, культурой и традициями, которые достойны уважения и сохранения. При этом русская и украинская идентичности, оставаясь разными, в значительной мере перекрываются.

Общие корни в Киеве; столетия общей истории, с ее общими трагедиями, победами и достижениями, неизбежное взаимное присутствие языков и культур – все это невозможно сделать небывшим.

Для Украины ненависть к Москве всегда будет содержать в себе  большую дозу разрушительной самоненависти, как была бы самоненавистью и ненависть русских к Киеву. Национализм для Украины всегда был и останется разрушительным ядом. Как, впрочем, и для России.