Кризис экономики и государственности на Украине только усиливается. Митинговать и драться с милицией – это одно, а управлять государством и кризисной экономикой – это совсем другое.
При этом в русских патриотических кругах достаточно часто можно услышать мнение, что в украинском кризисе прежде всего виновата сама Россия. А также то, что Россия обязана максимально сотрудничать с новой киевской властью, чтобы облегчить экономическую ситуацию для рядовых украинцев.
Россия, видите ли, после распада СССР бросила ситуацию на Украине на самотек. В результате наивные, как дети, украинцы попали под влияние злого Запада, который из них быстро сделал врагов нашей страны и всего русского мира. Это продолжение старой советской точки зрения, что русские – это нечто среднее между старшим братом и нянькой по отношению ко всем другим народам СССР. Что мы должны кормить и заботиться обо всех даже в ущерб себе.
В советское время это так достало, что в момент распада СССР многие были не против отделения провинций, полагая, что у коренной России наконец появится шанс заняться собственными делами.
На самом деле, мы никому и ничего не должны. Распад СССР дал каждой бывшей советской республике возможность самоопределиться в новом мире. Была предоставлена полная свобода выбора. Сделала свой выбор и Украина. И этот выбор не особо дружественен по отношению к России. Это выбор не глупой малолетней девочки, а крупной европейской страны. За этот выбор Украине теперь отвечать перед историей.
А мы должны его принять и уважать, а главное – адекватно на него реагировать.
По факту мы имеем у своих границ, мягко говоря, не особо дружественную державу, которая находится в серьезном социально-экономическом кризисе. Эта держава полностью ориентируется на Запад, а значит Запад пускай и платит за решение ее экономических проблем.
Именно эту позицию максимально жестко и максимально корректно высказал российский премьер-министр Дмитрий Медведев.
Экономическая модель, которая предложена Западом Украине, сработала в Турции и Польше, но провалилась в Прибалтике. Если Киев восстановит управляемость страны и проведет честные выборы, то настанет время экономических реформ.
Россия, конечно, закроет свой рынок для украинских компаний. И Украина быстро получит несколько миллионов безработных и остановившиеся заводы. Однако западные инвестиции, которые должны составлять не менее 15–20 млрд долларов в год, должны будут превратиться в завязанные на европейский рынок экспортные производства.
Требуемой суммы Запад может и не дать, а часть денег будет просто разворована.
Стоит также сказать, что у современной Украины серьезных конкурентных преимуществ в глобальной экономике просто нет. Поэтому вероятность успеха западной модели модернизации на Украине – 25–30%, но она есть. И нам в России остается просто наблюдать над экспериментом, который Запад поставит над украинцами.
По большому счету, после решения вопроса Крыма Россию интересуют только две вещи: газовый вопрос и безопасность российских инвестиций в проблемной стране.
И будет совсем неплохо, если Запад, который так любит учить остальной мир капитализму, гарантирует российскому бизнесу его законные экономические интересы – оплату счетов и сохранность инвестиций.