Ни сам Навальный, ни те, кто формулирует смыслы и задает повестку дня для болотной оппозиции, и не скрывают, что их цель – смена власти в стране. Убрать Путина любой ценой – причем не на выборах 2018 года, а путем взвинчивания ситуации в стране через нагнетание ненависти к власти.
Одним из главных инструментов в этой политике является игра на раскол элит. Вообще-то факт этого раскола и так налицо – сама Болотная была как раз отражением того панического ужаса, который вызвало у части правящей элиты (ориентированного на вхождение России в «золотой миллиард» олигархата и обслуживающих его интересы либерал-космополитов) одно только известие о намерении Владимира Путина участвовать в президентских выборах. Для того чтобы не допустить возвращения Путина в Кремль, была раскручена массовая протестная кампания, призванная убедить всех в том, что выборы сфальсифицированы, а избрание Путина будет национальной катастрофой. Тогда этот план не сработал, но информационная война против президента не прекратилась.
Почему «креативная» оппозиция вдруг стала раскручивать тезисы о том, что Собянин может стать оппозиционером, предателем или бунтарем?
Сейчас в ее повестке выборы московского мэра, и эта кампания также используется для выдумывания и провоцирования раскола уже в самом путинском окружении. Теперь ставка сделана на то, чтобы изобразить Сергея Собянина как потенциального нового Ельцина. Исходная посылка проста – раз Собянин сделал все для участия в выборах Навального, то после победы на выборах мэра он будет угрозой для Путина. Ведь Собянин:
«Становится более легитимной политической фигурой, чем практически все проходившие через фальсифицированные или более или менее нечестные выборы... Как он распорядится этим новым политическим капиталом, зависит только от него. Он может положить его в основание путинского капитала, он может начать самостоятельную игру, он может попытаться сделать из Москвы некоторый витринный анклав либерализма среди России».
«Собянин – просто наиболее очевидный преемник... Он как бы компромисс для Москвы между Кремлем и либерализмом».
«Он может взбунтоваться, как взбунтовался Ельцин, тоже до поры совершенно номенклатурный персонаж. А у него даже внешнее сходство есть... Если он захочет, он может стать вторым Ельциным. То есть вот, самая, конечно, оптимальная ситуация, мы же все верим, что что-то сверху произойдет, да? Единственная фигура сверху, которая способна сегодня на бунт и возглавление уже неостановимой оппозиции, – это, конечно, будет фигура Собянина. Поэтому мне кажется, что для Собянина вариант бунта сейчас – это ситуация оптимальная».
Это все наговорил на днях Дмитрий Быков* – но он, как всегда, лишь озвучивает массовое бессознательное болотных: похожие рассуждения все чаще звучат из креативного лагеря.
Сейчас они изображают Собянина в трех ипостасях. Первая – как минимум в качестве лидера отдельной группировки во власти, симпатизирующей либеральной оппозиции. Вторая – как наиболее вероятного преемника Путина в Кремле. И третья – как максимум в качестве бунтаря, способного свергнуть «кровавый режим».
У подобной пропаганды есть несколько целей.
Первая и самая простая – поддерживать среди собственных соратников боевой дух: ну мы-то понимаем, что власть обречена, Путин одинок, и даже ближайшие соратники готовы отвернуться от него. Это чистой воды психотерапия – в той вымышленной «убогой России», в которой обитают большинство идеологов радикальной оппозиции, им просто необходимо постоянно убеждаться в собственной правоте и приближении победы «сил добра». Иначе, целыми днями поглощая собственную продукцию о «безумстве Путина», можно очень скоро выпрыгнуть из окна.
Вторая цель – создание для Запада иллюзии того, что в российских верхах все плохо и Путин все больше рискует «получить табакеркой по голове». Эта цель утилитарна – так же как массовые протестные акции нужны для создания правильной телевизионной картинки в мировых массмедиа, запуск в СМИ и блогосферу слухов и версий о брожении в верхах является неотъемлемой частью информационно-психологического войны. Без ссылок на подобные публикации в России западным аналитикам очень трудно будет писать о кризисе путинской власти и убеждать тамошнее общественное мнение в наличии «тупика, в который загнал себя тиран» – то есть готовить изоляцию уже не Путина, а России.
Третья цель – выполнение заказа тех чиновничье-олигархических группировок во власти, что были и остаются противниками Путина и его курса на национализацию и обновление элиты. Для них Собянин, действительно пользующийся доверием Путина, однозначно чужой, поэтому его компрометация им крайне желательна (тем более если они уже убедили сами себя в том, что у мэра есть шансы в будущем стать президентом).
И четвертая, самая важная – попытка действительно спровоцировать разлад между Кремлем и мэрией. Ведь любая из предлагаемых ипостасей Собянина – преемник, глава клана, бунтарь – бьет по самому московскому мэру. Слухи о преемничестве способны настроить против него многих в окружении президента, разговоры о собственном клане и готовности стать своим для либералов (то есть сторонников ограничения российского суверенитета) – гнев Путина, а уж о бунтарстве и говорить не приходится.
Понятно, что шансов поссорить Путина с Собяниным ничтожно мало – но чем черт не шутит? Пробежит Навальный между ними, выгонит Путин Собянина с Тверской – и обернется обиженный Сергей Семенович Борисом Николаевичем (раз уж у самого Навального не получается). Мечтать не вредно...
Ну а что в реальности?
Начнем с самого простого факта – а Собянин ли вообще является автором всей этой замысловатой конфигурации с «выборами Навального»? Конечно, нет – это решение было политическим и принималось, естественно, вовсе не в московской мэрии (но понятно, что с ее участием и после консультаций с ней). Так что вся конструкция креативных строится на изначально ложной посылке.
Впрочем, попытка выставить Собянина покровителем Навального делается не из-за слабых аналитических способностей (даже затуманенных ненавистью к Кремлю), а вполне осознанно – потому что именно такая версия играет на раскол власти.
Попробуем найти в реальной ситуации предпосылки для такого раскола – в данном случае между Собяниным и Путиным. Может ли Собянин стать оппозиционером, предателем или бунтарем? Понятно, что Путин и так знает ответ на эти вопросы, но для креативных можно провести и ликбез.
Собянин – законченный аппаратчик-организатор, вышедший из комсомольского актива (той его части, что не пошла в бизнес и дальнейшую приватизацию госсобственности, как Ходорковский, а осталась во власти – как, например, советник Путина Александр Абрамов или заместитель главы Счетной палаты Валерий Горегляд). Работоголик и жесткий руководитель. И в первую очередь – человек команды, безусловно, не способный к интригам против собственного руководителя. А руководители, кстати, у него по жизни были очень жесткие – в 90-е годы губернатор Югры советской закалки управленец Филипенко, в нулевые – полпред в Уральском округе милицейский генерал Латышев, а с 2006 года – Владимир Путин. Понятно, что ценили и продвигали Собянина не за личную лояльность начальству – но ее у него точно не отнять.
По этой же причине никакого собянинского клана во власти обнаружить невозможно – да, есть несколько фигур в федеральной и региональной власти, которые были связаны с ним по работе в Сибири, но назвать это группировкой нельзя даже с очень большой натяжкой. А как же с преемничеством?
Собянин, действительно, сейчас оказался в достаточно уникальном положении – к своим 55 годам он приобрел чрезвычайно разносторонний опыт: был мэром, спикером регионального парламента, сенатором, губернатором, заместителем полпреда, главой президентской администрации и аппарата правительства. И теперь возглавляет столицу. То есть, в принципе, прошел все ключевые позиции во властной вертикали и горизонтали – кроме главы правительства и президента. Но это говорит только о том, что у него неплохие рабочие качества, которые в последние 12 лет – когда он и выбрался из Ханты-Мансийского округа – высоко ценил Владимир Путин.
Может ли Путин поддержать его в качестве кандидата в президенты? Теоретически – и да, и нет, практически – неизвестно никому, в том числе и Путину.
Во-первых, Путину действительно чрезвычайно сложно подобрать себе преемника – авторитет и опыт делают его на порядок более сильным, чем все, даже очень способные, его соратники. На сегодня есть несколько серьезных фигур, которые, в принципе, способны стать следующим президентом страны и пользуются большим доверием Путина – к ним относится и Собянин. Но понятно, что решение о выборе человека, который будет продолжать – даже не твой курс, а политику по восстановлению великой России – принимается, исходя из сугубо личного отношения к конкретному человеку. А оно у Путина, как и у всех, определяется вовсе не только опытом или исполнительностью соратника, а оценкой его человеческих и лидерских качеств.
А во-вторых, и это главное, Путин не может уйти на пенсию в 2018 году – он только начинает переформатирование и чистку элиты и делает это в сложнейших условиях: международная ситуация будет лишь накаляться, а внутренние вызовы и противоречия (в первую голову – социальные и национальные) – обостряться. Отказ Путина от переизбрания в этих обстоятельствах был бы воспринят просто как проявление слабости – не говоря уже о том, что он поставил бы под угрозу все, чего достиг в деле укрепления страны. Один раз Путин уже попробовал хотя бы формально отойти на второй план – и получил в итоге «болотный» заговор. Невозможно даже представить, чтобы он еще раз решился на нечто подобное. А пытаться сейчас серьезно оценивать шансы претендентов на выборах 2024 года просто смешно.
Не смешно только тем, у кого одна только мысль о возможности президентства Путина в ближайшее десятилетие вызывает приступ бешенства. Но это – к санитарам.
* Признан(а) в РФ иностранным агентом