Если не помните первую ошибку Золушки, то посмотрите на ссылки внизу этой страницы. Там есть текст про нашу милую замарашку, которая верит в то, что главная женская добродетель – кроткий нрав. Что если «терпеть напрасные обиды», то рано или поздно получишь медаль. Хотя единственное, что можно получить, позволяя безобразно с собой обращаться, – это в глаз.
В реальной жизни Золушка не получает ничего. Кроме аллергии на средства для чистки унитаза
А сегодня поговорим о второй ошибке Золушки. Настоящая Суперпадчерица выполняет и свою работу, и чужую, а после свадьбы с Принцем у нее – зуб даю! – становится лишь больше обязанностей. Но при этом она опять свято верит в очередную чушь. Например в то, что послушание приводит к победе.
Какой бы приказ ни поступил: «Прибери в комнатах, вымой окна, натри пол, выбели кухню, выполи грядки, посади под окнами семь розовых кустов, познай самое себя и намели кофе на семь недель», – она безропотно всё выполняет. И чего этим добивается? Если не брать в расчет все эти волшебно-фейные фокусы, то ничего. В реальной жизни Золушка не получает ничего. Кроме аллергии на средства для чистки унитаза.
Почему, спрашивается, ей бы не сшить себе красивый наряд и самостоятельно не отправиться на эту королевскую тусовку? Что за удовольствие – из года в год молоть кофе, которым тебя даже не угощают? Думаю, будь на месте Золушки бойкая барышня, она быстро сообразила бы, как устроить свою жизнь – потребовала бы у папаши-тюфяка как минимум половину матушкиного приданого и открыла бы в Балашихе ателье модной одежды. Или хотя бы стоматологический кабинет.
Но золушек в России еще полным-полно. Они, как хорошие служанки, выполняют только то, что им велят, и боятся лишний раз проявить инициативу. Они готовы даже пожертвовать собственным счастьем, лишь бы выполнить поручение босса. Надо натянуть на ногу сестрицы хрустальную туфельку, чтобы именно она стала принцессой? Окей, как скажете...
В глубине души каждая Золушка уверена, что если не высовываться, если отвечать только когда спрашивают, если придерживаться чужих правил и терпеливо ждать, то час триумфа в конце концов наступит. Ну-ну.
Ира – фотограф. Как многие женщины, она всегда отличалась пунктуальностью, старательностью и усердием. С ней с удовольствием сотрудничали многие журналы. Все вроде у Иры было хорошо: ее снимки нравились, их охотно публиковали. Вот только ни одно издание не приглашало ее на должность штатного фотокорреспондента, хотя она не скрывала этого своего желания.
Причем каждый раз повторялась одна и та же история. Кого-нибудь из ее коллег, чаще всего мужчина, рано или поздно брал на работу журнал, который Ира мечтала назвать «своим», а Ире оставалось только недоумевать: «Почему они пригласили не меня? Ведь я исполняла все их просьбы, не отступала ни на шаг от заданных параметров!»
Однажды она решила поговорить об этом со своим удачливым коллегой. Михаил долго слушал Ирины причитания, пожимал плечами, разводил руками. И только когда Ира снова затянула песнь в духе: «Я делаю все, что мне велят, а никто не ценит», – он оживился: «А свои идеи у тебя бывают?» Ира задумалась. Свои идеи у нее, как и у любого творческого человека, имелись. Но она всегда считала, что желание клиента – закон, а свое мнение надо держать при себе.
Золушек в России еще полным-полно. Они, как хорошие служанки, выполняют только то, что им велят, и боятся лишний раз проявить инициативу |
Если ее просили сделать фоторепортаж, например, о бомжах, то она первым делом подробно расспрашивала, какого рода снимки нужны заказчику: герои на них должны просить милостыню, спать, есть или разговаривать друг с другом? Фотографии должны вызывать отвращение или сочувствие? Снимать надо днем или, наоборот, более предпочтительны ночные съемки? На улице или в подземном переходе? А может, в подвале?
В общем, Ира всегда очень добросовестно подходила к заданию и считала это главным своим достоинством. А вот Михаил увидел в этом ее главную ошибку: «Любой заказчик хочет получить не столько то, что описывает, сколько то, что будет не хуже желаемого. А значит, можно и нужно выпускать на волю собственную фантазию. Ты – фотограф, ты знаешь и чувствуешь как и что надо снять лучше любого клиента. Поэтому просто действуй, как считаешь нужным, в итоге все останутся довольны».
Ира решила именно так и поступить. Правда, для начала подстраховалась и сделала для заказчика два варианта снимков. Один был выполнен в точности с заданными инструкциями – на снимках были запечатлены многочисленные спящие бомжи на парковых скамейках. Второй, альтернативный вариант фоторепортажа назывался: «Бомжи улыбаются».
Фотографии смеющихся, беззубых, нелепо одетых, но тем не менее вполне довольных жизнью граждан без определенного места жительства понравились всем. А снимок улыбающегося во сне чумазого мужичка и вовсе был помещен на обложку журнала. Ириной идеей и мастерством восхищались, а главный редактор даже похвалил ее лично: «Именно это нам и было нужно!»
Сказочке конец, а кто слушал – молодец. Конечно, Иру (на самом деле ее зовут Света, но надо соблюдать правила конфиденциальности – сами понимаете) через какое-то время пригласили работать в это издание. Она стала более самостоятельной. Не подмастерьем – мастером! Конечно, она всегда помнит о том, что ее просят сделать. Но прежде всего она спрашивает саму себя, как лично она хочет провести фотосъемку, какое настроение передать и какие детали выделить.
Наша героиня поняла главный принцип профессионального успеха: послушный, исполнительный работник всегда в цене, но карьеру делает только тот, кто использует задания для того, чтобы проявить свою фантазию и мастерство.
Вывод: излагать свои идеи и выражать свои желания – нормально. Чаще всего именно этого и ждут работодатели. Можно и нужно нарушать чужие правила и устанавливать собственные.
В конце концов, даже несчастная Золушка добилась успеха только тогда, когда перестала быть Золушкой. Когда взбунтовалась и пошла наперекор желаниям мачехи – бросила на фиг фасоль, поменяла платье, поехала на бал и сама там всех построила: «Станьте, дети, станьте в круг». То есть сделала не то, что хотели от нее другие, а то, что хотела она сама.