Стоило ли сомневаться в том, что сторонники «Единой России» воспримут итоги съезда с неподдельной (действительно – совершенно искренней) радостью? Так оно и случилось, и людей можно понять: триумф партии, как и победа любимого футбольного клуба, скажем, – нормальная человеческая реакция.
Еще больше, разумеется, радовались тому, что Владимир Путин, пусть об этом пока не заявлено формально, никуда не уходит. Президент в очередной раз перевернул всю «повестку дня» с ног на голову, поставив всех перед вполне очевидным фактом: Россия после Путина и Россия без Путина – далеко не одно и то же.
Фактическое отсутствие оппозиции прямо бьет по «Единой России», которой необходимы не картонные декорации, а живая политическая борьба
Будет ли нынешний глава государства премьер-министром первого правительства нового президента или же останется в политике в каком-то ином качестве, по существу, не так и важно. Путин, «царь счастья», как справедливо заметил в вышедшем почти сразу после съезда «Вечернем развороте» на «Эхе Москвы» Сергей Доренко, сделал то, чего не мог не сделать – продлил миг партийной (да и внепартийной, по чести сказать) радости.
Существует, однако, несколько принципиальных сюжетов, общую картину усложняющих. Например, совершенно, казалось бы, удивительное единодушие оппозиции, которая если не прямо приветствовала решение Путина (как СПС), то ничуть не была им подавлена (как «Яблоко» или КПРФ).
Слова президента о поддержке «Единой России» срезонировали с давними представлениями и левых, и правых о самой природе нынешней российской власти. Было отчего порадоваться. Ровно так же отнеслись к случившемуся на съезде и западные обозреватели: они, не понимая всех тонкостей взаимоотношений между президентом и партией, его всегда и всецело поддерживающей, ничего сенсационного не обнаружили.
Неформальный лидер партии возглавляет список – что тут может удивлять? Глава «Справедливой России» оказался в наиболее щекотливой ситуации: он не мог не поддержать Владимира Путина, но и прилива воодушевления оттого, что тот возглавил список ЕР, разумеется, не испытал. Пришлось отделаться невразумительной репликой о «полете в космос».
Наша оппозиция на самом деле сдалась без боя, выкинула белый флаг и смиренно ожидает итоговых результатов голосования. Критиковать «Единую Россию» – очень просто, а выступить против Путина – для этого нужно быть совсем уж «несистемной силой». Пространства между этими крайностями, на которое надеялись противники «партии власти», не оказалось вовсе, и вчерашние фрондеры вынуждены пожимать плечами и смущенно отворачиваться.
«Единой России» до 2 декабря придется одержать самую сложную победу: не над соперниками, а над самой собой |
И это – очень опасная тенденция. Мы можем сколь угодно полагать Геннадия Зюганова реликтом советской партноменклатуры, Сергея Миронова – невнятным бывшим геологом, а Владимира Жириновского – персонажем почти всех телевизионных программ за вычетом «Дома-2». Но оппозиция не имеет права сдаваться: именно в этой безнадежной стойкости и верности самой себе – ее основной ресурс.
Уинстон Черчилль в свое время продемонстрировал это более чем наглядно. И речь вовсе не о том, что кто-то все-таки должен пройти в Госдуму и помимо ЕР, потому что таков закон. Речь о самоощущении политической элиты, которая утрачивает субъектность, делегируя ее Владимиру Путину. Демократическое государство не имеет права существовать в формате единственной субъектности. Не потому, что «Европа заругает» или «Кондолиза Райс выступит с осуждением» – в Ираке и Грузии творился полнейший бардак, граничивший с откровенным беспределом, но «своих» простили не раздумывая.
Партия, сколь бы низкий процент она ни набирала на выборах, должна быть игроком, пусть и аутсайдером. Но игроком, а не голым мужчиной, эпатажа ради выбегающим на футбольное поле, где 22 профессионала играют за деньги в футбол. Если команда, хоть и в какой-нибудь заштатной лиге обитающая, выходит на поле, чтобы проиграть, то футболистов и тренера лучше попросту уволить.
Фактическое отсутствие оппозиции прямо бьет по «Единой России», которой необходимы не картонные декорации, а живая политическая борьба. Основная коллизия этих выборов состоит вовсе не в том, что Владимир Путин возглавил список, а в том, что этот шаг может стать поводом для решительного самоуспокоения всех, кто и за Путина, и за «Единую Россию» голосовать в общем-то готов.
Особенно это касается регионов, которые уже наверняка взяли на себя самые «повышенные обязательства» из всех возможных.
Представьте картину: в N-ской области региональный штаб «Единой России» (возглавляемый или партийным чиновником местного разлива, или каким-нибудь технологом, или вообще губернатором) собирается на совещание. Темой объявлена «новая стратегия кампании», потому что старая стратегия (та, где Путин еще не возглавил список) в лучшем случае существенно перерабатывается.
В противниках у «Единой России» множество мелких партий вроде «Патриотов России», серьезно бороться с которыми – слишком уж некомильфо, КПРФ, возглавляемая условным до неразличения аппаратчиком, ЛДПР, возглавляемая не пойми кем, потому что у ЛДПР есть Жириновский (зачем же больше-то?), и «Справедливая Россия», от которой идут все отставленные, обиженные и бывшие (на худой конец – чиновники второго звена, уровня мэра города или ниже). Все эти борцы за мандаты будут соседствовать в бюллетене с Владимиром Путиным, за которым и следует региональная «тройка».
Штабисты ЕР недоуменно смотрят друг на друга, и в воздухе повисает резонный вопрос: «Кто все эти люди?» Как же тут не успокоиться? Беда, однако, в том, что успокаиваться нельзя: выборы спустя рукава не делаются, даже если все твердо уверены в их результате. Уверенность такого рода всегда обманчива.
«Единой России» до 2 декабря придется одержать самую сложную победу: не над соперниками, а над самой собой. К моменту выборов ЕР должна стать другой партией, в буквальном смысле «дорасти до Путина», превратиться из благородного собрания начальников в настоящую европейскую партию.
Это вам не Зюганова побеждать.