Подвариант – книга, написанная (или подписанная) лицом из «ящика», - в данной статье не рассматривается; чаще всего это non fiction, а если и fiction, то, за исключением Сергея Доренко, полная лажа.
Заслуженно знаменитая книга, став «мылом», переживает второе рождение и в печатной форме («Идиот», «Мастер и Маргарита» и прочая бортковиана, включая еще не реализованную). Скорее среднего качества современный книжный бестселлер становится долгоиграющим («Черный ворон» или «Бандитский Петербург»); несусветную чушь, посмотрев сериал, массовидно пытаются читать («Московская сага»); возникшую сразу в «мыле», как Венера Спидоносительница, «порнографию духа» переносят на бумагу дрожащими от старости руками («Сергей Есенин») или даже пересочиняют от имени ключевого персонажа («Бригада»).
Вновь обозначившиеся связи между литературой и кино видны и в возобновлении практики издания сборников киносценариев
Случаи провала книг, по которым сняты сериалы, единичны – и, как это ни парадоксально, свидетельствуют обычно о недурном качестве литературной первоосновы («Танцор» Андрея Тучкова). Есть писатель – Алексей Слаповский, – одной рукой (или ногой?) строчащий сценарии сериалов, а другой – выписывающий едкую, как ему представляется, сатиру на телевизионные и в основном «мыльные» нравы; успеха во втором качестве он, правда, не добивается.
Нынешняя формула литературного успеха возникла не на пустом месте: она пришла на смену другой, родственной, - кино + книга, - сохраняющей известное значение до сих пор. Мало кто помнит, что и «Крестный отец» (с сиквелами), и «Экзорцист», и «Ребенок Розмари» сняты по весьма недурным романам.
А вот о «Докторе Живаго» (с Омаром Шарифом) и об «Унесенных ветром» это знают вроде бы все.
Любопытней, однако, другое: стоящие на книжной полке в одном ряду томики разных писателей имеют на удивление непохожую судьбу в кинематографе.
Так, экранизации книг только что отпраздновавшего семидесятипятилетие короля шпионского детектива Джона Ле Карре оказываются в лучшем случае полупровалами («Портной из Панамы» и «Преданный садовник» - два последних примера). По Фредерику Форсайту и Себастьяну Жапризо удачно снимают через раз («День Шакала» и, соответственно, «Человек дождя» тянут на шедевры). По Агате Кристи – тоже очень по-разному, а вот фильмы по романам сравнительно менее известной Патриции Хайсмит чуть ли не всегда оказываются просто прекрасными (кроме, разве что, «Игр мистера Рипли», но там, кстати, подкачал и роман).
Что же касается отечественного кино, то еще вчера (а тем более позавчера) ему было не только не до экранизаций, но и не до «кина» как такового. Потому что, как в детской присказке, заболел кинщик…
Но вот он поправился и, засучив рукава, принялся строить мультиплексы. И литература тут же оказалась открыта заново.
Появилась книжная серия «Смотрим фильм – читаем книгу» («Амфора»). Есть аналогичные проекты у издательств «АСТ» и «ЭКСМО». Не только сериалы (вроде «Остаться в живых» или того же «Есенина»), но и полнометражные фильмы переводятся теперь на язык прозы (это называется беллетризацией или новеллизацией).
Скажем, только что, одновременно с всероссийской премьерой фильма «Живой», на прилавки легла одноименная книга, сочиненная Дмитрием Быковым и К*, - и представляет она собой не литературную основу кинокартины, а, ровно наоборот, литературную фантазию по следам фильма. Любопытно, кстати, что эту работу (как ранее и «Есенина») в издательстве предложили было известному петербургскому прозаику Сергею Носову: «Есениным» он побрезговал, а «Живого» не захотел. Быков же - захотел, а закажи ему кто «Есенина» - наверняка не побрезговал бы.
Книга Юрия Арабова из серии «Библиотека кинодраматурга» |
Комбинация «кино плюс книга» срабатывает и напрямую, и опосредованно. В один день вышли роман Жапризо «Затянувшаяся помолвка» и одноименный фильм с Одри Тату в главной роли (она же, естественно, на обложке; «Лимбус пресс»).
Роман «Корабельные новости» опоздал по сравнению с фильмом года на полтора; и пусть, обладая серьезными достоинствами, успех они имели умеренный, но даже умеренный успех лучше провала, не правда ли?
А вот роман «Дневник гейши» не имеет к одноименной кинокартине никакого отношения, кроме позаимствованного из нее кадра на обложке (в обоих случаях - «Амфора»)!
Успех или даже сам факт экранизации тянет за собой переиздание не только экранизованной, но и других книг того же автора. А славу только что вышедшей книги подкрепляют зачастую распускаемые нарочно и даже необоснованно слухи о том, что ею «уже заинтересовались продюсеры».
Бывает, автор так польстит герою, что тот решит финансировать экранизацию. Льстить с этой целью следует олигархам. И фильм так и будет называться – «Олигарх», а роль Бориса Абрамовича Березовского сыграет Владимир Машков.
Наряду с формулами литературного успеха – новой и заново открытой старой – в наши дни оказалась открыта и формула абсолютного литературного счастья: полнометражный фильм по твоей книге, спродюсированный и разрекламированный Первым (который всегда первый) телеканалом.
Или, на худой конец, Вторым.
Впрочем, в таких случаях, «до кучи», наряду с киношной, как правило, выпускается и телевизионная версия.
«Антикиллер»! «Антикиллер-2»! «Ночной дозор»! «Дневной дозор»! (По «Дозорам», кстати, подготовлена целая киноведческая и литературоведческая энциклопедия; сам принимал в ней участие, от щедрот Константина Эрнста мне обломилось сто пятьдесят американских рублей, причем, что характерно, «по-белому».) «72 метра»! «Девятая рота»!
И наконец, зато буквально только что, - «Меченосец»!
В этом перечне отсутствуют акунинские проекты – и в кино, и на телевидении они разве что не провалились. Хуже того, именно на экранизациях акунинский пузырь, похоже, и лопнул, хотя сам писатель об этом еще не догадывается.
Любопытно также, что нет фильмов по Пелевину, а вот по куда более сложному, с точки зрения экранизаторов, Сорокину кино снимают весьма качественное: «Москва» Зельдовича, «Копейка» Дыховичного и в особенности увенчанные международными премиями «4» Хржановского.
Правда, как раз на продажу книг Сорокина фильмы по ним почти не влияют; не зря же издатель Иванов из Ad Marginem сбыл этот «неликвид» «Захарову»!
Счастливые семьи счастливы одинаково, и кино в этом отношении ничуть не отличается от дома Облонских.
И без того суперпопулярный Даниил Корецкий после выхода «Антикиллера» переиздал старые книги и вовсю выпускает новые. При том что пишет он сейчас куда хуже прежнего, а вполне кондиционный «Антикиллер» подвергся на экране чудовищной вивисекции, превратившись из бандитско-милицейской саги, в которой при общей рассогласованности «органов» едва не убивают президента страны, в красочный, но совершенно бессмысленный клип длиной в два часа (а в телеверсии – в четыре).
Постер фильма «Меченосец» |
Мой земляк Александр Покровский, сочиняя бесконечные и неодинаково смешные «Расстрелять!» (по которым сняты «72 метра»), заблаговременно обзавелся собственным издательством, и сейчас его дела должны пойти в гору.
Наконец, автор «Меченосца» молодой Евгений Даниленко только что удостоился двухтомника – практически полного собрания сочинений, - и это в условиях, когда фильм, по общему ощущению (цифры еще не подоспели, только критические оценки), оказался скорее провальным!
Я взял на себя труд прочитать «Меченосца» и посмотреть киноверсию Филиппа Янковского. Все, конечно, не так скверно, вернее, не так однозначно скверно.
Роману (как и прозе Даниленко в целом) – не столько фантастическому, сколько безумному – присущ несомненный драйв на уровне давней (и лучшей у них) «(голово)ломки» Гарроса-Евдокимова, правда, без присущего этим авторам стилистического блеска. И снимать «Меченосца» следовало бы в стилистике «Бойцовского клуба» или даже «Американского психопата», на которых, кстати, сознательно ориентировались рижские соавторы.
Янковский, разумеется, понял это, но у него, на мой взгляд, не хватило режиссерского темперамента. И вместо «шума и ярости» он пошел по пути темных садо-мазохистских и даже некрофильских ассоциаций. Что не так банально, а в кино, рассчитанном на массового, по преимуществу молодежного зрителя, просто забавно. Однако ассоциации и реминисценции в картине Янковского при всей их порочности столь тонки, что не воспринимаются не только широким зрителем, но и кинокритикой. Отсюда и ощущение провала.
Иной провал, впрочем, стоит иной победы. У молодого Даниленко вышло полное собрание сочинений: один том – «Пленники тумана» (три романа и две повести) - стартовым тиражом в семь тысяч экземпляров, другой – «Меченосец» (два романа и повесть) – стартовым тиражом в пятьдесят тысяч. А вообще-то таких авторов принято издавать стартовым тиражом в три тысячи, максимум - в пять.
(Любопытно, кстати, что один из романов Даниленко называется «Кино» - и представляет собой несколько невнятную, но яростную сатиру не столько на нравы, сколько на заведомую антитехнологичность отечественного кинопроизводства.)
Если формула литературного счастья сработает – и «Меченосец» покатит, - исходные тиражи вырастут многократно.
Ну а если, не дай бог, не покатит?
Тогда книги допечатают всего по два-три раза.
И тем, кто утверждает, что это провал, впору приглядеться попристальнее к собственным успехам!