В рамках проекта «Клуб читателей» газета ВЗГЛЯД представляет текст нашего постоянного читателя и комментатора Ивана Церулика о том, почему внешняя привлекательная оболочка зачастую бывает обманчива.
Человек, меняющий фамилию, достоин, по моему твердому убеждению, порицания (если, конечно, он не женщина, вышедшая замуж). Этим поступком он выказывает неуважение и даже презрение к своим предкам, веками гордо носившими «отказное» прозвище.
Петр Алексеевич Порошенко (в миру Вальцман) знает толк в обманчивых, но столь привлекательных обертках: у него конфетных фабрик, как у собаки блох
Если бы не «дальновидная» причуда папы, взявшего фамилию жены, то Петр Алексеевич Порошенко звался бы Петр Алексеевич Вальцман, что наверняка помешало бы ему получить широкую поддержку бандеровской скачущей братии на внезапно выскочивших из-под вооруженного переворота выборах президента Украины в 2014 году.
Фамилия – как красивая обертка, которая вызывает желание прикупить конфетку. И уже неважно, что на поверку она может оказаться весьма сомнительного качества, а может – и того хуже: под оберткой вместо сладости соль или перец горький окажется. Но, увы, люди доверчивые на красивую обвертку клюют, как молоденькая щука на яркую блесну.
Петр Алексеевич Порошенко (в миру Вальцман) знает толк в привлекательных обертках, у него конфетных фабрик – как у собаки блох, в том числе и в «ненавистной России», в Липецке.
С помощью красочной упаковки, разработанной в тесном содружестве с заокеанскими маркетологами, Петр Вальцман стал самым-пресамым главным украинцем (после посла Соединенных государств Америки). И вот стали раскрывать Петину оболочку клюющие на художественное исполнение оберток граждане незалежнейшей из незалежных и...
Русская писательница Вера Панова (кстати, ростовчанка, как и я) в повести «Сережа», ставшей широко известной благодаря одноименному фильму Данелии и Таланкина, описала следующую историю.
«Дяди Пети, например, Сережа сторонится: у него лицо противное, а голова бледно-розовая и голая, как целлулоидный мячик. И смех противный: «гы-гы-гы-гы!». Однажды, сидя на террасе с мамой – Коростелева не было, – дядя Петя подозвал Сережу и дал ему конфету, большую и редкую – «Мишка косолапый».
Сережа вежливо сказал: «Спасибо», развернул бумажку, а в ней ничего – пустышка. Сереже стало совестно – за себя, что поверил, и за дядю Петю, что тот обманул. Сережа увидел, что и маме совестно, она тоже поверила...
– Гы-гы-гы-гы! – засмеялся дядя Петя.
Сережа сказал не сердито, с сожалением:
– Дядя Петя, ты дурак?
Он был уверен, что мама с ним согласна».
Я думаю, что Сережа ошибся: дядя Петя не дурак. А кто тогда? Спросите у Андрея Дещицы. Он знает...