Тема получения Украиной гарантий «по аналогии с пятой статьей устава НАТО» впервые появилась во время мирных переговоров в Стамбуле в марте 2022 года. Теперь она снова всплывает: в ходе последнего раунда консультаций спецпредставитель президента США Стивен Уиткофф опять привез проект гарантий в виде «облегченной» пятой статьи.
Отсюда вопрос – что такое пятая статья, как она работает, что может (и чего не может) получить по ней Украина.
Прежде всего никакого «устава НАТО» не существует, есть Североатлантический договор от 4 апреля 1949 года. Слово «облегченный» нигде официально не поясняется, но по умолчанию оно означает гарантии безопасности без членства в альянсе.
Такие «гарантии по аналогии» не уникальны. В двусторонних договорах с США они распространяются, например, на Японию и Южную Корею (почему это смешно – опять же ниже).
А вот как звучит пресловутая пятая статья:
«Договаривающиеся стороны соглашаются с тем, что вооруженное нападение на одну или нескольких из них в Европе или Северной Америке будет рассматриваться как нападение на них в целом и, следовательно, соглашаются с тем, что в случае если подобное вооруженное нападение будет иметь место, каждая из них, в порядке осуществления права на индивидуальную или коллективную самооборону, признаваемого Статьей 51-й Устава ООН, окажет помощь Договаривающейся стороне, подвергшейся подобному нападению, путем немедленного осуществления такого индивидуального или совместного действия, которое сочтет необходимым, включая применение вооруженной силы с целью восстановления и последующего сохранения безопасности Североатлантического региона.
О любом подобном вооруженном нападении и всех принятых в результате него мерах немедленно сообщается Совету безопасности. Подобные меры будут прекращены, когда Совет безопасности примет меры, необходимые для восстановления и сохранения международного мира и безопасности».
Поскольку в структуре НАТО органа под названием «Совет безопасности» нет, а значит, имеется в виду СБ ООН, о способностях которого в деле «восстановления и сохранения международного мира и безопасности» все наслышаны.
За все 70 с лишним лет существования блока пятая статья применялась аж один раз – после терактов 11 сентября 2001 года. Никаких последствий это не имело, просто те же действия, которые страны – члены НАТО осуществляли против Ирака в 1991-м или Югославии как бы сами по себе, теперь могли осуществляться от имени НАТО. Могли, но не стали: вторжения в Афганистан в 2001-м и в Ирак в 2003-м операциями НАТО по документам не считаются, а там миссия НАТО, которая действовала в Афганистане, действовала во исполнение резолюции СБ ООН. И это важно.
Статья договора оперирует словом «нападение», но Афганистан на страны НАТО не нападал. Вторжение обосновывалось необходимостью борьбы с террористами, но придать видимость справедливости действиям наркокоалиции (а главным результатом было увеличение производства и экспорта наркотиков) лучше было через ООН.
Статья с подвохом
Ключевым моментом в статье считают «применение вооруженной силы», но ключевой другой – «осуществление действия, которое сочтет необходимым». То есть каждая страна альянса сама принимает решение относительно того, как она отреагирует на нападение.
Поэтому пятая статья не требует от членов НАТО ничего такого, что от суверенного государства не требовалось бы и без НАТО.
Пример – действия альянса в отношении Украины, начиная с 2022 года. Сначала страны НАТО оказывали ей всю военную помощь, которую могли оказать с учетом финансовых, логистических и военно-политических ограничений, а потом вдруг резко ее сократили.
Другой пример – действия Великобритании и Франции во время Судетского кризиса 1938 года. Они сочли необходимым выкатить ультиматум Чехословакии, потребовав от нее передачи спорных территорий Германии. За 11 лет до образования НАТО они действовали так, будто пятая статья уже была.
Поэтому гарантией того, что все страны НАТО предпримут реальные действия в отношении общего врага, является не пятая статья, а другие моменты. То, что вооруженные силы каждой из стран-членов являются частью вооруженных сил альянса. И то, что на территории почти всех стран-членов имеются объекты общей военной инфраструктуры альянса, выведение которых из строя наносит ущерб всем. И наконец, общее командование, мнение которого очень важно для каждого правительства альянса.
Таким образом, пятая статья для страны – члена НАТО и для страны, в альянс не входящей, это две большие разницы, как говорят в Одессе.
Также существует механизм консультаций, предусмотренный статьей 4. С обывательской точки зрения они являются вещью необязательной, но с юридической имеют как раз таки обязывающий характер.
Пример из истории Украины, согласно конституции которой президент может распустить Раду только после консультации с депутатскими фракциями. В 2007 году Виктор Ющенко собрал руководителей фракций и предложил распуститься. Они не захотели. Тогда он распустил Раду своим указом. Все по букве закона.
К вам принц Флоризель с попугаем!
В 2022 году администрация США (тогда демократическая) неофициально проконсультировала Польшу относительно того, что если на территорию Украины во исполнение «пакта Зеленского – Дуды» будут введены польские войска, нормы пятой статьи НАТО в отношении Польши действовать не будут.
В этом инциденте ответ на вопрос, почему пятая статья так хитро сформулирована. Это предохранитель, исключающий манипулирование главными военными силами альянса (прежде всего США) со стороны формально равноправных, но трудно различимых на карте членов НАТО.
Если условная Бакардия (в оригинале Стивенсона – Богемия, а Бакардию придумали советские кинематографисты, чтоб не возникло вопросов у чехов и словаков), не согласовав свои действия с Вашингтоном, будет задирать заведомо более сильного соседа, провоцируя большую войну, она должна иметь в виду, что в соответствии с пятой статьей, может рассчитывать только на принца Флоризеля, но никак не на американскую армию. А принц (пусть даже неплохой фехтовальщик и при воздушной поддержке со стороны попугая Ферри) в современной войне не котируется.