Соединенные Штаты открыто угрожают ключевым торговым партнерам России. США планируют ввести санкции против Китая, Индии и Бразилии, чтобы «добиться прекращения боевых действий на Украине», заявил постпред США при НАТО Мэтью Уитэкер.
Однако пока такие угрозы не производят впечатления на адресатов. Президент Бразилии Лулу да Силва заявил: «Сегодня Бразилия не так зависима от Соединенных Штатов, как раньше. У Бразилии теперь очень широкие торговые связи со всем миром. С экономической точки зрения мы гораздо более свободны». Более того, Бразилия работает над ответными мерами на пошлины США. Индия также продолжает импортировать нефть из России.
Такова политическая позиция наиболее зависимых от торговли с США стран БРИКС. В чем дело? Почему Лулу да Силва и Нарендра Моди не пугаются угроз Трампа?
Нельзя показать себя слабым перед политическими оппонентами
И в Бразилии, и в Индии заявления политических лидеров об отношениях с США во многом определяются внутриполитическими резонами.
Для Бразилии – это противостояние между относительно левой, провозглашающей следование социалистическим идеалам Партии трудящихся (молодой Лулу да Силва был в числе ее организаторов в далеком 1980 году) и консервативного бразильского политического клана Болсонару. Самый яркий представитель этого клана – Жаир Мессиас Болсонару, президент Бразилии в 2019–2023 годах. Он сменил множество партий, но последовательно оставался на правоконсервативных позициях, а во внешней политике последовательно выступал за строгое следование Бразилии в фарватере Вашингтона.
Для Лулы да Силвы важно обвинить своего оппонента – одного из консервативных лидеров в парламенте Эдуарду Болсонару (сына экс-президента Жоира Болсанару) – в нацизме и предательстве интересов страны. И поскольку Болсонару-младший, стремясь получить поддержку Вашингтона, демонстративно поддерживает все решения хозяина Белого дома, для Лулу да Силвы естественно занять антитрамповскую позицию.
Аналогичная ситуация и у Нарендры Моди. Правда, он представляет правую часть индийского политического спектра – Bharatiya Janata Party, или в переводе на русский – Индийскую народную партию. Обвиняемый своими политическими оппонентами в национализме (и действительно провозглашая приоритет национальных интересов Индии при принятии внутри- и внешнеполитических решений), он не может без сопротивления уступить американскому президенту в важных для развития страны вопросах внешней торговли.
Представить договоренность между Моди и Трампом несложно. И тот, и другой в той или иной форме провозглашают стремление «сделать свою страну снова великой». И тот, и другой рассматривают Китай как своего геополитического противника.
Но на этом схожесть интересов двух политиков и заканчивается. Моди не желает ввязываться в военную конфронтацию с Китаем в интересах США (да еще в условиях разрыва связей с Россией). Как не желает отказываться от военно-технического сотрудничества с Россией даже в обмен на допуск к возможности купить американские F-35.
Есть и еще одна причина, общая для правого Моди и левого Да Силвы.
Фантик вместо конфетки
Импульсивность Трампа, его способность по несколько раз на дню менять свою позицию и высказывать противоречащие друг другу тезисы дают американскому президенту возможность сохранять свободу рук в борьбе против американского истеблишмента. Но это же обстоятельство работает против него в международных переговорах. Партнеры по переговорам никогда не могут быть уверены, что уступки, на которые они пошли ради достижения договоренности, не окажутся напрасными, а договоренности не будут обесценены очередным трамповским постом в Truth social.
Кроме того, велика вероятность, что угрозы Трампа окажутся блефом. Угрожая, Трамп стремится к быстрому успеху в результате договоренности на своих условиях, а не к затяжной конфронтации. И поэтому, когда американский мастер быстрых сделок сталкивается с твердой позицией собеседника, он снимает свои чрезмерные требования, называет собеседника хорошим парнем и объявляет, что между ними почти нет никаких противоречий (самый яркий пример – отношения Трампа с Ким Чен Ыном).
С кем работают приемы Трампа
Почему же трамповская переговорная тактика все-таки срабатывает? И с кем она работает?
Как это ни удивительно, лучше всего агрессивная манера ведения переговоров действует на американских союзников. Канада, Великобритания, ЕС, Япония, Южная Корея. Все они должны были согласиться с существенным ухудшением условий торговли с США и взять на себя ряд нелегких обязательств.
Почему они оказались в переговорах слабее Бразилии и Индии (не говоря уже о России и Китае)? Потому что они сильнее зависят от США. Потому что им больше надо от Вашингтона, в первую очередь в сфере военно-политической.
Европе нужна американская защита для проведения более агрессивной политики в отношении России. Японии и Южной Корее нужны гарантии американской защиты против Китая. Наконец, все эти страны долгие годы получали свою долю выгод от долларовой эмиссии в США – и надеются сохранить эти выгоды, хотя бы в урезанном виде.
Но именно это и толкает ведущие страны Глобального Юга к более независимому поведению в отношении США. Если уж ближайших американских партнеров Дональд Трамп пытается выжать досуха, то какой смысл идти ему на уступки?
Надо понимать, что в жесткую конфронтацию с США ни Бразилия, ни Индия вступать не готовы (как бы не намекала на обратное китайская Global Times накануне китайско-американского саммита в верхах). И Да Силва, и Моди будут официально заявлять о стремлении достичь взаимоприемлемого соглашения с США. И Бразилия, и Индия не будут делать демонстративных шагов, способных вызвать эмоциональную реакцию Дональда Трампа.
Работа над сопряжением платежных систем стран БРИКС под руководством Дилмы Руссеф продолжится без громких заявлений. Индия, возможно, снизит объем закупок российской нефти, но продолжит ее покупать, чтобы загрузить свои нефтеперерабатывающие заводы и продолжать зарабатывать на поставках нефтепродуктов в Европу. А мировой экономический Pax Americana продолжит постепенное таяние, как мартовская льдина на Волге, медленно плывущая в сторону Каспийского моря.