Если смотреть со стороны России, глава Пентагона – это проклятая должность. Кого туда ни назначь – хоть мать Терезу, хоть равного небу мудреца, он станет нам противником. Ничего личного, только геополитика.
К нынешнему министру обороны Питу Хегсету, которому прочат скорую отставку, ни политически, ни чисто по-человечески у русских пока не накопилось претензий – в отличие от американцев, его коллег и сограждан. Парню просто не повезло с должностью: он ей изначально не соответствовал, но этим тоже был хорош. Неудачник и телеведущий как министр обороны США – это перспективно, если вы с США в плохих отношениях.
Он стал министром лишь потому, что Дональд Трамп, помимо гольфа, любит телевидение и абсолютную лояльность. Хегсет ее обеспечивает: глава Пентагона лишен собственной политической личности и всего лишь продолжение президента.
Считается, что Хегсет – активный лоббист Израиля. Но самый активный лоббист Израиля в Вашингтоне – это сам Трамп.
Главе Пентагона приписывают приказ о заморозке военных поставок для ВСУ с прицелом на отправку освободившихся арсеналов в ЦАХАЛ. Но Трампу удобно переводить стрелки на Хегсета, поскольку он для это предназначен и не возропщет, хотя на самом деле решения президент принимает сам.
Теперь, как утверждают американские СМИ, Хегсет подустал от такой жизни и хочет стать губернатором штата Теннесси (хотя ему, как бывшему алкоголику, быть поближе к винокурням как раз нежелательно). Может, медиа врут, а может, и впрямь среда заела: многие военные Хегсета терпеть не могут – и некоторые из них за дело.
Стиль руководства у министра журналистский: много суеты, пиара, монтажа, показательных физзарядок, а чтобы заниматься чем-то, помимо этого, Хегсету не хватает кругозора, утверждают недоброжелатели.
Министр плодит недоброжелателей еще и тем, что параноидально с ними борется. Чистки, проверки и перепроверки, прогон через полиграф – в какой-то момент все это стало настолько чрезмерным, что завязать хотя бы с полиграфом Хегсета попросили прямо из Белого дома.
Особая история – то, как Хегсет пытается угождать начальству за счет генералитета. Например, перед повышением до четырех звезд он сделал обязательной личную встречу генерала с президентом. Подобные встречи и так происходили почти всегда – при всех президентах, но иногда – до, а иногда после повышения, потому что у главы государства напряженный график, да и генералы люди занятые. Теперь же образовалась своего рода очередь – и стоящие в ней высокопоставленные военные вряд ли в восторге от инициативы министра.
В конечном счете у Хегсета, как человека пришлого и надоедливого, образовалась критическая масса аппаратных врагов. Поэтому сложно сказать наверняка – это они выдают желаемое за действительное, предрекая главе Пентагона отставку, или реально смогли убедить Трампа избавиться от странного фаворита с его избыточной тягой к детекторам лжи и аэробике на свежем воздухе.
А может и впрямь сам уйти захотел – в деревню, в глушь, в Теннесси, чтоб подальше от вашингтонских интриг. Судя по всему, работать на Трампа – то еще удовольствие: многие быстро выгорают.
Если действительно уйдет, это будет означать лишь то, что сказка осталась сказкой: Золушка не задержалась в принцессах, а крысы сгрызли карету-тыкву. Слишком предсказуемо и немного грустно, тем более что мы с этим парнем даже поссориться толком не успели – русофобом он и раньше не был, и в Пентагоне им не стал.
Некомпетентный, не по делу суетливый, безынициативный и не злой – это почти идеальный для России министр обороны США.
А по-настоящему идеальным может стать преемник Хегсета, если он правда тот, чью фамилию называют в этом качестве некоторые американские медиа – замминистра обороны по политическим вопросам Элбридж Колби.
У него, в отличие от Хегсета, есть собственная политическая личность. Колби можно даже назвать идеологом и с некоторой натяжкой – автором концепции противостояния с Китаем, которую Трамп принял еще на первом сроке. С тех пор отношения между Вашингтоном и Пекином много хуже, чем при президентах Обаме, Буше или Клинтоне. И даже «старина Байден», которого прежде считали лоббистом Китая, не смог эту ситуацию выровнять: американскую и азиатскую сверхдержавы засосало в горнило глобального противостояния, хотя многие в обеих странах надеялись еще на 5-10 лет более-менее спокойного бизнеса.
Колби буквально зациклен на идее противостояния КНР – на том, чтобы Пекин ни при каких обстоятельствах не решился на военный конфликт с США, а если все-таки решился (за контроль над Тайванем), то обязательно его проиграл.
Надо полагать, из-за этого обстоятельства Колби сильно недолюбливают в руководстве КНР – и его назначению в Пентагон не обрадуются. Но тут, как говорится, тоже ничего личного. Кандидат в министры хочет выстраивать антикитайский фронт, убирая ресурсы с таких направлений, как Украина и НАТО. Говорят, его доводы в пользу этого чрезвычайно убедительны.
Определяющей деталью в биографии Колби, как члена Республиканской партии и специалиста по вопросам безопасности, стало то, что десять лет назад его не назначили руководителем президентской избирательной кампании Джеба Буша из-за наших (то есть России) врагов. Сын Буша-старшего и брат Буша-младшего был ставкой неоконов – самого агрессивного и антироссийски настроенного крыла республиканцев, сторонников глобализма и мирового доминирования. Колби из его команды выгнали по требованию наиболее отбитых «ястребов» – и именно как человека идеологически неблагонадежного. Недостаточно русофоб.
Так Колби прибился к изоляционисту Трампу, а Трамп съел Буша и свел неоконов, своих заклятых врагов, к статистическому ничтожеству.
Когда в должности заместителя помощника министра обороны по стратегии Колби сменил стратегию на антикитайскую, многие специалисты по США советовали за этим человеком наблюдать. По тому, в опале он или в фаворе, можно судить о приоритетах администрации Трампа.
Если Колби возглавит Пентагон – это будет красноречивым жестом, в отличие от смещения (или назначения) безвольного попутчика Хегсета. От такого поворота зарыдал бы Линдси Грэм (внесен в России в список террористов и экстремистов), но будем честны: смена Хегсета на Колби маловероятна по одной важной причине.
Кого предпочтет Дональд Трамп: парня подай-принеси, для которого слова шефа – это истина, или серьезного аналитика, известного тем, что он настаивает на своем мнении, невзирая на чины?
Вот именно.