Атаку на Эстонскую православную церковь Московского патриархата (ЭПЦ МП) государство начало год назад. Сначала был депортирован в Россию глава ЭПЦ МП – митрополит Евгений. Затем заместитель Евгения митрополит Даниил был вызван в Министерство внутренних дел. Глава МВД Эстонии Лаури Ляэнеметс потребовал: либо церковь «добровольно» рвет канонические связи с Московским патриархатом, либо ее постигнут тяжкие последствия – вплоть до запрета.
Церковь попыталась отделаться малой кровью. Собор ЭПЦ МП в августе 2024 года принял новую редакцию церковного устава, из которой было убрано упоминание Московского патриархата. Кроме того, название сократили до Эстонской православной церкви (кстати, на такой форме названия – ЭПЦ МП – в свое время настояло именно государство, когда после десятилетия отказов согласилось зарегистрировать церковь в начале 2000-х). Также в уставе закрепляется «самостоятельность в делах церковно-административных, церковно-хозяйственных, церковно-просветительских и церковно-гражданских».
В заседании, на котором были приняты эти решения, удаленно участвовал митрополит Таллинский и всея Эстонии Евгений, депортированный из страны по распоряжению эстонских властей в начале прошлого года и ныне проживающий в Москве. Факт участия в соборе митрополита Евгения очень разозлил власти – чиновники называют недопустимой ситуацию, когда высланный ими предстоятель продолжает руководить церковью. «Близкие к президенту Российской Федерации лица не должны иметь возможность руководить церковью в Эстонии», – подчеркивает премьер-министр страны Кристен Михал.
Однако вариант избрания нового предстоятеля церковью не рассматривается. «Он остается главой нашей Эстонской православной церкви», – пояснил епископ Даниил, второе лицо в ЭПЦ.
В октябре прошлого года МВД отклонило предложение ЭПЦ МП взять новое название «Эстонская православная церковь». А 24 января 2025 года епископ Даниил заявил, что они подали заявление на регистрацию другого варианта названия – Эстонская христианская православная церковь. Но, судя по всему, снова последует отказ. Ведь новые устав и название должен утвердить патриарх Кирилл. А это само по себе означало бы, что связи с Москвой остаются.
Правительство Эстонии уже заготовило свой план в отношении непокорной церкви. Так случилось, что с начала 1990-х в стране параллельно действуют две независимые друг от друга православные институции: одна подчиняется Москве, а другая – Константинополю. По мнению эстонского правительства, ЭПЦ должна влиться в Эстонскую апостольскую православную церковь.
ЭАПЦ, находящаяся под юрисдикцией Константинополя, в несколько раз уступает ЭПЦ по величине своей паствы – 7 тыс. верующих против 100 тыс. Зато ЭАПЦ, по мнению властей, «правильная»: поскольку она всегда жестко противостояла Московскому патриархату, стремясь лишить его всяческого влияния на территории Эстонии. Возглавляет ее митрополит Стефан – он был отправлен Константинополем в Эстонию в 1999 году и с самого начала проявил себя, как ярый враг ЭПЦ МП.
От лица ЭАПЦ наступление на русское православие повел священник Кристьян Отсманн. Он заявил, что Эстонская православная церковь должна войти в состав ЭАПЦ на правах отдельного викариатства (епископства), поскольку сейчас является агентом влияния Москвы.
Аналогичный ультиматум был предъявлен Пюхтицкому (от эстонского Pühtitsa – «святое место») ставропигиальному женскому монастырю, напрямую подчиняющемуся Московскому патриарху. Это один из крупнейших центров притяжения русских православных, находящийся за пределами Российской Федерации, наряду с русскими монастырями на Афоне и в Израиле. За все время существования обитель ни разу не закрывалась. В настоящее время там проживают 96 монахинь, большинство находится уже в преклонном возрасте. Руководит им игуменья Филарета (в миру – Ксения Викторовна Калачева). Мать Филарета – уроженка Самары, послушницей в Пюхтицкую обитель она поступила в 1992 году в возрасте 24 лет.
Весной прошлого года в обитель приехал глава МВД Ляэнеметс, сказавший матери Филарете, что монастырь обязан порвать «с Москвой и Кремлем». Он пригрозил неприятностями для обители в случае неподчинения. «Государство в какой-то момент вынуждено будет через суд ходатайствовать о принудительном прекращении деятельности», – предупредил эстонский министр внутренних дел, находясь в монастыре.
Но настоятельница Филарета дала понять, что обитель не подчинится шантажисту.
Осенью прошлого года игуменья отправила в МВД обширное письмо, в котором напомнила, что по уставу монастыря органами его управления являются патриарх РПЦ, настоятельница и духовный собор. «Ни у настоятельницы, ни у духовного собора монастыря нет права принимать такое (о выходе из подчинения Московскому патриархату. – прим. ВЗГЛЯД) решение», – написала Филарета. «Вопрос о предоставлении или отмене ставропигиального статуса является преимущественным правом Патриарха Московского и всея Руси», – отметила она. Но даже и патриарх не может принять подобное решение единолично, оно требует коллегиального подхода. Филарета добавила, что устав монастыря также не предусматривает возможности обращения к патриарху с подобной просьбой. «У членов монастыря нет своей воли, мы живем в послушании», – подчеркнула она.
Филарета добавляет, что они были вынуждены основательно изучить ситуацию в контексте внутрицерковных отношений. «В результате мы можем сказать, что такая инициатива (о разрыве с Москвой – прим. ВЗГЛЯД.) со стороны монастыря означала бы в прямом смысле духовную смерть для наших монахинь, потому что тогда пропадет единение со Вселенской церковью и, что самое страшное, присутствие Святого духа», – говорится в ответе монастыря министерству.
6 ноября матушка Филарета выступила на прошедшей в Таллине международной конференции «Православная церковь в Эстонии – самостоятельность: возможности развития, риски, последствия». Там она заявила, что Пюхтицкий монастырь стал заложником политической ситуации, что угрожает его существованию. По логике эстонских властей, монастырь с его насельницами превращается в некую подрывную организацию.
«Нас принуждают нарушить церковный устав, нас, по сути, выдавливают из правового поля и превращают в изгоев, людей второго сорта, с которыми можно поступать, не считаясь с требованиями закона и нравственности», – с горечью сказала настоятельница.
Эти заявления вызвали негодование представителей эстонской политической элиты. По мнению бывшего директора Полиции безопасности (КаПо) Арнольда Синисалу, слова настоятельницы Филареты свидетельствуют о том, что монастырь «находится под влиянием нарративов Российского государства». Мол, это только кремлевские пропагандисты могут утверждать, что русские Эстонии находятся в неравноправном положении. Экс-главу КаПо беспокоит, что в какой-то момент Москва может начать раскачку русского населения Эстонии, подбивая его на бунт против государства и используя православную церковь в качестве своего орудия.
23 января правительство Эстонии одобрило законопроект, в соответствии с которым «действующие в Эстонии церкви, монастыри или другие религиозные объединения не могут быть связаны с зарубежным руководящим органом, представляющим угрозу для нашего государства». По словам Лаури Ляэнеметса, данные законодательные поправки необходимы потому, что «подчиняющаяся Московскому патриархату православная церковь является для России и Кремля самым важным инструментом их влияния в Эстонии». Министр подчеркнул: «Этому надо положить конец». В ближайшее время этот законопроект рассмотрит парламент. Сомнений в утверждении нового закона нет.
Что будет после того, как закон примут? Церковь должна будет изменить свой устав, полностью разорвав канонические связи с Москвой и сменив своего предстоятеля. В случае отказа у нее отберут регистрацию, поставив церковь вне закона. В свое время правительство создало точку уязвимости ЭПЦ – ее храмы ей не принадлежат, она арендует их у государства за символическую цену. Власти в любой момент могут отобрать эти храмы и передать их в распоряжении ЭАПЦ.
Политик Индрек Таранд (бывший депутат Европарламента от Эстонии) предлагает не церемониться. Он отрезал: «Желающие могут реализовать религиозную свободу в эстонских православных храмах, подчиненных Константинопольскому патриарху. Точка».
А как Таранд предлагает поступить со священниками, монахинями и монахами, не желающими подчиняться? «Все очень просто – биржа труда предоставляет им подходящую, честную работу, на которой не надо просить милостыню. Для упирающихся есть пограничные мосты на реках Нарва и Пиуза», – советует Таранд. Экс-евродепутат подчеркивает, что монастырь в Куремяэ является «большой проблемой» и угрозой для безопасности эстонского государства.
Однако руководство православной церкви держится мужественно. «Планируемые ограничения затрагивают каноническое право, и выполнение требований может оказаться невозможным по причинам, не зависящим от церкви и ее приходов. Принудительный канонически незаконный разрыв связей со своим патриархатом и переход в другой патриархат является вмешательством во внутреннюю жизнь религиозных объединений», – пояснил епископ Даниил. Церковь наняла опытных юристов и пытается выпутаться из поставленной ей государством ловушки.
Недавно эстонские православные получили удар в спину от человека, тоже называющего себя христианином. Это архиепископ Эстонской евангелическо-лютеранской церкви Урмас Вийльма, параллельно возглавляющий действующий в стране Совет церквей.
Ранее ЭПЦ неоднократно обращалась к нему с мольбой о заступничестве и просила, чтобы Вийльма и Совет церквей возвысили голос против творящегося произвола. Однако Вийльма сказал, что соответствующий законопроект «не является угрозой для свободы вероисповедания». Единственное, что беспокоит Вийльма, – как бы государство, войдя во вкус, не начало вмешиваться в дела остальных конфессий. Вот этого, по словам Вийльма, допустить никак нельзя, а что касается православной церкви, то пусть светские власти поступают с ней, как хотят.
Депутат парламента от Центристской партии Вадим Белобровцев отмечает: «Мы имеем дело с ситуацией, когда конкретных претензий в данный момент нет. Нет никаких признаков того, что Эстонская православная церковь Московского патриархата вела бы себя как-то неподобающе по отношению к эстонскому законодательству, по отношению к безопасности нашей страны». Но это, по мнению эстонских властей, ничего не значит – они уверяют, что церковь хоть и не занималась «подрывной деятельностью», но может начать ее когда-нибудь в будущем.
Политолог Максим Рева, уроженец Эстонии, хорошо знающий обстановку в этой стране, сказал газете ВЗГЛЯД, что власти Эстонии пойдут до конца. «Они уже не могут свернуть без потери лица – после всех слов и угроз, которые они высказали. Но могу отметить, что если речь действительно дойдет до запрета церкви, отъема храмов и здания монастыря, это вызовет взрыв ненависти со стороны русского населения Эстонии. Своя церковь – это последнее, что у них осталось: после ликвидации русских школ, сноса памятников советским воинам, ликвидации братских кладбищ, повсеместных запретов на русский язык», – резюмирует Рева.