Западные СМИ подавали Олимпийские игры в Париже как сказку – даже при том, что церемония открытия оказалась провальной, некоторым спортсменам пришлось столкнуться с уличной преступностью, а соревнования на открытой воде в Сене вызвали у ряда пловцов отравление. Теперь, когда после окончания Игр прошло уже несколько месяцев, казалось, что останется только хорошее: медали, олимпийские объекты, которые можно использовать, и большие перспективы. Но тут начались сюрпризы.
Так, стало известно, что большое количество призеров отправили свои медали обратно в Комитет организации Олимпийских и Параолимпийских игр. Причина в том, что награды – которые вообще-то должны остаться напоминанием о наивысших достижениях в жизни спортсмена, о самых славных его минутах – потеряли всякий вид, покрылись пятнами и теперь выглядят просто жалко. Более ста медалей были возвращены по этой причине.
Как сообщают французские СМИ, ответственный за изготовление медалей Парижский монетный двор столкнулся с проблемой некачественного покрытия «как минимум год и три месяца тому назад, еще до Олимпийских игр». Столкнулся – но, очевидно, ничего не сделал, чтобы исправить ситуацию. В конце 2024 года трое директоров, которые его возглавляли, ушли в отставку.
Международный олимпийский комитет заверил пострадавших (как странно применять это слово по отношению к победителям), что их дефектные медали будут заменены. При этом официальный представитель Парижского монетного двора дал понять, что употреблять слово «дефектный» не следует и что, мол, спортсмены повредили свои медали сами. «Мы заменяем все поврежденные медали с августа и продолжим это делать», – заверил он журналистов.
А пока призеры делятся фотографиями своих потемневших растрескавшихся медалей в соцсетях и соревнуются, кто удачнее пошутит. Французский пловец Клеман Секки назвал свою награду «кожей крокодила», а его коллега Йоханн Ндойе-Бруар съязвил, что медаль выдали «в Париже в 1924 году».
После окончания Олимпийских игр осталось большое количество специально построенных объектов, которые планировали использовать с выгодой для государства и с пользой для людей. Квартиры в домах, построенных в Дюньи, возле Парижа, специально для представителей прессы, которые освещали Олимпийские игры, выставили на продажу, не забыв упомянуть в рекламах, что они расположены в престижном месте.
Покупателям сулили «настоящий новый квартал» с большим количеством зелени и инфраструктурой, включающей детский сад, школу и магазины.
Помещения предлагались на все вкусы, начиная от студии до пятикомнатной квартиры. К ноябрю 2024 года нераспроданными оставались лишь около 30 квартир из 150. Например, четырехкомнатная квартира с балконом продавалась за 302 тыс. евро, а в среднем получалось около 3200 евро за кв. метр. «То, что это место сыграло свою роль в успехе Олимпийских игр, стало дополнительным аргументом, который убедил некоторых покупателей», – заметил Лоик Мадлен, заместитель директора компании «Сожпром», которая продает квартиры.
Под конец 2024 года счастливые покупатели въехали в новые квартиры, но уже через несколько недель обнаружились такие проблемы, что люди наверняка не раз пожалели, что купились на рекламу, потратили свои деньги и перебрались сюда. Трещины в потолке, дыры в стенах, трубы, которые текут, плесень, перекошенные ставни, некачественные замки – вот что ждало их в «олимпийском» доме.
«Такое впечатление, что здесь все делали кое-как»,
– пожаловалась одна владелица квартиры. «На кухне обнаружилась протечка воды, из-за которой на стенах пошли пятна плесени. Я не для того заплатил за эту квартиру 290 тысяч евро (за 88 кв. метров), чтобы в ней было небезопасно находиться моим дочерям, которым три месяца и два года», – возмущается другой, показывая на вещи, которые пришлось вытащить из пришедшего в негодность стенного шкафа.
«Это какие-то мошенники», – подытожил третий пострадавший. Представитель строительной фирмы дал понять, что «люди всегда чем-то недовольны», но пообещал разобраться с неполадками. Претензии, как выяснили французские журналисты, предъявили на данный момент уже около 40 владельцев новых квартир.
Если говорить о стадионах и аренах, похоже, что французы учли печальный опыт некоторых прошлых Олимпиад, после которых остались заброшенные объекты, уныло приходящие в негодность. Например, такая участь постигла постройки в Рио-де-Жанейро и Афинах. Поэтому французы предпочли создать демонтируемые арены «Марсово поле» и «Париж Север», которые после игр полностью разобрали.
В основном для проведения соревнований использовали уже имеющиеся популярные стадионы, либо менее известные, которые реконструировали – как стадион «Ив дю Мануар », который принимал еще Олимпийские игры 1924 года. Если говорить о новых недемонтируемых объектах, то в Париже была построена только арена «Порт де ля Шапель», которая, как предполагается, будет использоваться для спортивных мероприятий и после окончания Игр.
Однако есть некоторые нюансы, связанные, если можно так выразиться, с окружающим ландшафтом. Дело в том, что этот квартал в 18-м округе Парижа – один из самых бедных и неблагополучных. К Играм его облагородили, потратив 70 миллионов евро на то, чтобы привести в человеческий вид.
«Кто бы мог поверить, что Порт де ля Шапель превратится в квартал с великолепными аллеями, где отныне будет приятно сидеть?» – патетически восклицала мэр Парижа Анн Идальго. «Теперь у нас есть свои Елисейские поля! С тех пор, как тут все устроили, мы обожаем тут гулять», – в унисон уверяли местные жительницы Мари и ее сестра Лейла.
Однако при всем своем пристрастии к красивым речам французы предпочитают крепко стоять на земле, и поэтому, пока шли Игры, квартал находился под пристальным вниманием полиции. Но уже тогда жители понимали, что это ненадолго, и без обиняков заявили журналистам: «Наркоманы и мигранты вернутся».
Потому что для того, чтобы изменить жизнь в неблагополучном квартале, мало посадить деревья и поставить скамейки. Прошло буквально несколько недель после завершения Олимпийских игр – и квартал действительно вернулся к прежней жизни: наркоторговля, стычки между этническими бандами и прочие «прелести». Местные мужья сопровождают жен, чтобы на тех не напали на улице.
Женщины, которых угораздило заселиться в местный отель, предпочитают брать такси до метро, до которого пешком три минуты, потому что идти одной может быть опасно.
Дошло до того, что крупные компании нанимают специальных охранников, которые вечером выстраиваются в 20-30 метрах друг от друга – чтобы сотрудники могли добраться от офиса до остановки общественного транспорта без неприятных приключений. BNP Paribas вообще теперь предлагает своим служащим сопровождение на всем пути следования. То есть квартал, по сути, стал даже еще более опасным, чем был ранее – и никакие спортивные сооружения и аллеи со скамеечками ничего не изменили.
Так что будущее новой арены под большим вопросом, потому что у местных жителей есть дела поинтереснее (например, не быть ограбленным на улице), а неместные, которые понимают специфику квартала, не подумают сюда соваться. Конечно, в случае крупных международных соревнований мэрия опять пришлет усиленные наряды полиции следить за порядком, но соревнования в любом случае продлятся недолго – и все опять вернется на круги своя.
За пределами Парижа к Олимпиаде был отстроен Олимпийский водный центр в департаменте Сена-Сен-Дени. Хотя последний тоже не может похвастаться благополучной обстановкой, у центра больше шансов выжить: во-первых, здесь будет проходить чемпионат Европы по плаванию 2026 года, во-вторых, неподалеку находится «Стад де Франс». Случается, конечно, что наркоторговцы постреливают друг в друга, но не каждый день и не на каждой улице – так что, вероятно, власти сочли, что любители плавания вполне могут рискнуть.