Про Леонарда Пелтиера знает или хотя бы слышал едва ли не каждый житель бывшего Советского Союза старше 35 лет от роду. В СССР была развернута целая кампания под лозунгом «Свободу борцу за права американских индейцев!», по масштабам сравнимая с такой же кампанией в поддержку чернокожей активистки Анджелы Дэвис. СССР сделал из Пелтиера икону и утверждал, что индеец брошен американским империализмом в тюрьму за свои убеждения и политическую активность.
Число подписей граждан СССР в поддержку Пелтиера исчислялось десятками миллионов. Едва ли не в каждой школе портретами «самого знаменитого индейца» оформлялись «красные уголки», проходили собрания рабочих коллективов и митинги колхозников. Причем зачастую люди выступали в поддержку незнакомого им усатого индейца с длинными волосами совершенно искренне, а не по разнарядке из райкома партии.
Историю Пелтиера освещал романтический флер, отчасти разогретый фильмами про индейцев и приключенческими книгами. Митинговать за свободу индейца было как-то приятней на эмоциональном уровне, нежели просто просиживать часы на политинформациях.
Сегодня знаменитому индейцу 80 лет, он пережил инсульт, почти ослеп, у него гипертония и диабет. Опасности для американского государства умирающий не представляет. Но ранее ему несколько раз отказывали в помиловании, а слухи о пересмотре его приговора сразу же вызывали ответную волну ненависти.
Когда при президенте Клинтоне дело о возможном освобождении Пелтиера дошло до апелляционной комиссии, перед Белым домом собрались 500 сотрудников ФБР, протестовавших против пересмотра. И это несмотря на то, что в поддержку Пелтиера за все эти годы высказались многие ведущие интеллектуалы и политики человечества.
И вот сбылась мечта советских старшеклассников, рисовавших плакаты «Свободу Пелтиеру!» и подписывавших воззвания в его поддержку. Пелтиер помилован президентом Байденом в последние часы его пребывания в должности и будет отбывать дальнейшее наказание под домашним арестом.
Но почему именно сейчас? Для ответа на этот вопрос стоит напомнить, за что и как Пелтиер был осужден.
В 1975 году Леонард Пелтиер, активист и один из лидеров Движения американских индейцев (ДАИ), был обвинен в том, что в ходе перестрелки на ранчо семьи Скачущего Быка в резервации Пайн-Ридж в Дакоте убил двух оперативников ФБР в штатском. Сам Пелтиер говорил, что стрелял только в ответ «на звук» и не знал, что это сотрудники ФБР. Однако агенты были убиты в упор контрольными выстрелами из ружья, которое официально принадлежало Пелтиеру. В его машине нашли пистолет одного из убитых с отпечатками пальцев Пелтиера.
По злой иронии судьбы погибшие сотрудники ФБР к политической борьбе индейцев претензий не имели: они приехали на ранчо Скачущего Быка в поисках простого вора и угонщика. Обычно этим занимаются люди шерифа, но они не имеют права заходить на территорию резервации. Это дозволено только ФБР и полиции племени.
В конце концов некая подружка Пелтиера Миртл Бедный Медведь дала письменные показания, что видела, как Пелтиер убивает агентов. Впоследствии утверждалось, что якобы ФБР запугало Бедного Медведя. Вообще вся линия защиты сводилась к повторению: ФБР – зло, все улики нам подкинули, а дело имеет политическую подоплеку. Так суды не выигрывают, ибо по сути дела опровержений выводов следствия предъявлено не было.
Кроме того, и у лично Пелтиера, и у всего ДАИ была уже сложившаяся репутация. Некоторое время до убийства агентов ФБР ДАИ организовало захват крошечного населенного пункта Вундед-Ни (Раненое Колено). Это знаковый поселок: еще в XIX веке в нем американская армия расправилась с безоружными индейцами-сиу, включая женщин и детей.
Несколько сотен вооруженных активистов ДАИ захватили Вундед-Ни, провозгласили независимость «индейского государства» и потребовали переговоров по поводу «возвращения индейских земель» и пересмотра почти 400 договоров Вашингтона с племенами с середины XIX века.
Обычно ДАИ устраивало громкие, но бескровные перформансы типа захвата здания МВД в Вашингтоне и блокады офиса Бюро по делам индейцев. Но в Вундед-Ни они принялись рыть окопы и встретили полицию племени и агентов ФБР пулями. Осада Вундед-Ни длилась 71 день и считается самым крупным вооруженным противостоянием на территории США после окончания Гражданской войны. Погибли один индеец и двое полицейских. В конце концов мятежники сдались, потому что у них кончились патроны.
Потом, правда, выяснилось, что кроме призывов к независимости у дела могли быть и финансовые мотивы. Часть членов племени лакота была недовольна вождями, которые много прикарманивали из государственной помощи. А ДАИ вмешалось в этот спор.
ДАИ внесли в список экстремистских организаций, а ФБР вплоть до конца 1980-х считало, что индейские движения и организации – потенциальный рассадник терроризма и агентуры КГБ.
Пелтиер после убийства агентов ФБР бежал в Канаду, но был арестован и выдан в США. Его дело изначально продвигалось исключительно как обычный криминал без какой-либо политической подоплеки. Кстати, в тюрьме ему никто не мешал встречаться с советскими журналистами, поскольку американская судебная система не считала его «политическим». В результате этих интервью «культ Пелтиера» в СССР был раздут до больших размеров, но при этом широкая советская общественность о реальных обстоятельствах событий в резервации Пайн-Ридж не знала.
В 1977 году Пелтиер был приговорен к двум пожизненным заключениям. За Пелтиера впряглась вся мировая левая общественность. Он, как Мандела и Анджела Дэвис, стал культовой фигурой леваков, гуманитариев, борцов за права всех мастей. Обстоятельства дела никого уже не волновали. Освобождение Пелтиера стало частью того, что сейчас принято называть «левацкой повесткой». «Зеленый переход», гендерные нововведения, освобождение слонов в Таиланде и Леонард Пелтиер.
Неслучайно попытки пересмотреть дело Пелтиера предпринимались в период правления в США демократов, причем наиболее ярых – Билла Клинтона и Барака Обамы. Для республиканцев он – убийца сотрудников правоохранительных органов, а не борец за права меньшинств.
Кроме того, на территории резервации Пайн-Ридж откопали тело индианки Энни Мэй Эквош, еще одной подруги Пелтиера и активистки ДАИ. В 2009 году двое активистов – женщина-адвокат Тельма Риос и некто Грэм (обоим за 70 лет) – были обвинены в похищении, изнасиловании и убийстве Эквош. Следствие считает, что Эквош была информатором ФБР, и ее так потрясло убийство Пелтиером агентов, что она хотела пойти и донести на него. За что Пелтиер и отдал приказ ее ликвидировать.
Завели новое уголовное дело, что и поставило формальный крест на возможности пересмотреть приговор Пелтиеру во времена Клинтона и Обамы. Помимо чисто эмоциональной реакции консервативного сообщества спецслужб, появился и юридический довод: пока дело об убийстве Эквош не закрыто, Пелтиера отпускать нельзя.
Тем не менее из «левой повестки» он никуда не пропал, просто его стали подзабывать. В СССР он перешел в персонажи частушек («с техасского кичмана бежали два уркана»), а в новой России и вовсе превратился в экзотическое развлечение для читателей «желтых» газет.
И вот «левая повестка» взяла свое. Понятно, что при президенте Трампе никакой амнистии Пелтиеру не светило. Неизвестно, кто напомнил Джо Байдену о 80-летнем индейце, но шаг этот оказался знаковым.
Амнистия Леонарду Пелтиеру в текущем политическом контексте – это не какой-то там рядовой акт гуманизма, а политическое высказывание уходящей в лету «левой повестки». Сложно придумать более выразительную и жирную точку, которую авторучкой Джо Байдена поставила Демократическая партия с ее «актуальными» темами «деколонизации», положительной дискриминации и прочей крайней левизной.
Ну и всем, кто еще в СССР симпатизировал Леонарду Пелтиеру, приятно. И хотя здесь мало кого интересовало, за что Пелтиер был осужден на самом деле, перед нами все равно сбывшаяся мечта почти каждого советского человека.