До момента инаугурации избранного президента США Дональда Трампа остались считанные дни. Эксперты, журналисты, политики – все ждут от него резких и радикальных действий. Вряд ли Трамп отдаст приказ об аннексии Канады, Панамского канала или Гренландии. Однако ряд инициатив, которые он обещал в ходе предвыборной кампании, новый американский лидер попытается реализовать.
Основные, конечно, действия ожидаются на внутриполитическом треке. Трамп уже заявил, что после прихода к власти он развернет самое настоящее наступление на достижения неолиберализма – прежде всего на доминирование идеологии ЛГБТ (организация, запрещенная в России) в Соединенных Штатах. Выкинет трансгендеров из армии и из женского спорта, а также будет исходить из принципа «существует всего два пола – мужской и женский».
Здесь на стороне Трампа окажется не только его республиканский электорат, но и значительная часть бизнеса, уставшая нести убытки из-за необходимости следовать «повесточке» и продвигать ЛГБТ-идеологию в массы. И уже видно, что даже само намерение Трампа бороться с гендерными перегибами приносит результат. Так, некоторые компании уже досрочно разогнали дармоедов из «департаментов инклюзивности».
Кроме того, Трамп намерен всерьез бороться с притоком незаконной миграции из Мексики. Речь пойдет как об укреплении границ, так и о массовой депортации уже живущих на территории США нелегалов.
Это не просто выполнение наказа избирателей южных штатов, а вопрос самого существования Республиканской партии. Ведь этот приток (помноженный на легализацию и возможность через разные схемы голосовать) приводит к размыванию республиканского электората Юга и к резкому «посинению» региона, еще недавно считавшегося красным (то есть республиканским) электоральным заповедником.
Однако Россию, Европу, Ближний Восток и Азию интересуют скорее внешнеполитические и внешнеэкономические инициативы нового президента США. То есть моменты, которые коснутся их лично и приведут к трансформации миропорядка.
Так, Трамп с практически стопроцентной вероятностью будет заниматься протекционизмом. В частности, вводить новые пошлины на импорт – причем не только в торговле с противниками типа Китая, но и с союзниками в лице Канады и Евросоюза.
Логика американского президента понятна – он шел на выборы с идеей защиты американского бизнеса и экономического возрождения США за счет производственного сектора. Однако принцип свободного доступа на американский рынок всегда являлся одним из важнейших американских внешнеполитических инструментов. Средством поощрения тех, кто выбрал следование в фарватере Соединенных Штатов. Лишая их этого свободного доступа, американцы тем самым не только банкротят экспортно ориентированные экономики своих союзников, но и вынуждают их ориентироваться на другие рынки – например, на китайский.
Трамп, конечно, считает, что этого не произойдет. Что лидерам ЕС (у которых на США приходится почти 20% всего экспорта) будет проще выполнить его ультиматум – повысить объемы импорта американских товаров, чтобы сократить торговый профицит. И поскольку по состоянию на 2023 год он составлял почти 150 млрд евро (Европа вывозила в США товары на 500 млрд, а ввозила на 350), то это означает десятки миллиардов долларов новых прибылей для американских производителей. Однако выдержат ли европейские производители и экономики такой рост импорта?
Тем более куда больше европейцев беспокоит намерение президента США договориться с Москвой о завершении украинского конфликта.
И здесь многочисленные утечки о «мирных планах Трампа», где написаны неприемлемые для России условия (заморозка конфликта, продолжение оккупации российских территорий, временный мораторий на вступление Украины в НАТО, отказ от полного снятия санкций) не должны вводить в заблуждение. Москва устами главы МИД Сергея Лаврова прямо говорит, что на данный момент, до инаугурации Трампа, даже заявления его соратников не считает официальными.
И все же можно ожидать, что вначале Трамп, возможно, выкатит Москве эти условия. Даже начнет угрожать эскалацией в случае, если Кремль их не примет.
Однако все это – переговорная стратегия Дональда Трампа, которую он не раз и не два использовал (например, в отношениях с Северной Кореей). Причем стратегия, в которой Трамп выступает в слабой позиции. Разборки с американскими либералами, дрессировка европейских союзников, курс на сдерживание Китая и попытка добить Иран после его поражения в Сирии – все это не позволит действующему президенту США сконцентрироваться на реализации угроз против России. А значит, Трампу придется перейти к реальным, сущностным переговорам с реальных позиций.
И Трампу важно будет закончить их побыстрее – пока у него не появилась своя собственная история поддержки киевского режима. Сейчас он может переложить всю вину за эскалацию и трату денег американских налогоплательщиков на администрацию Джозефа Байдена. Однако после прихода к власти ему придется решать – либо тоже финансировать киевский режим (вопреки желанию своего электората), либо радикально снизить поддержку – и тогда получить ситуацию, когда Москва возьмет свое даже без каких-то уступок Соединенным Штатам.
И ирония в том, что последний вариант американцам выгоден. Он сам по себе позволит им добиться ряда ключевых задач.
Во-первых, не нужно будет больше тратить деньги на Украину. Но это не означает, что американский ВПК потеряет заказы – впереди у него грандиозные задачи по перевооружению европейских армий. И если Трампу еще удастся выбить у Европы увеличение оборонных расходов до 5% ВВП, то американские концерны будут обеспечены работой на годы вперед. И это все без риска ядерной войны из-за продолжения столкновения с Россией.
Во-вторых, собственно, исчезнет тот самый риск ядерной войны – но при этом сохранится образ России как врага, консолидирующего коллективный Запад. Нынешние европейские элиты воспримут окончание СВО не как сигнал для начала нормализации отношений с РФ, а как начало защиты самого европейского пространства от «российской агрессии». Которую они без американской помощи обеспечить не смогут.
В-третьих, в любом случае Украина сохранится как государство, в тех или иных границах. Российское руководство не раз давало понять, что СВО идет вовсе не ради территориальных приобретений. А значит, при любом исходе конфликта США могут заявить о том, что выполнили свою задачу по сохранению украинской независимости в тех границах, на которые соглашается сама Украина.
Да, на эти границы не согласится Владимир Зеленский, изначально вставший в оппозицию Трампу. Но – и это в-четвертых – резкое сокращение помощи киевскому режиму позволит американцам от него избавиться. Увидев, что Зеленский больше не в фаворе у Вашингтона, главу киевского режима просто съедят его политическое оппоненты. А сам Трамп тем самым еще и пошлет сигнал другим руководителям режима о том, что нужно быть ему лично лояльным.
Договоренности между Москвой и Вашингтоном, и прежде всего по поводу Украины, выглядят реальной возможностью. Как они будут реализованы, и покажет 2025 год.