5–6 августа в саудовском городе Джидда пройдет второй (после июльского в Копенгагене) саммит по урегулированию ситуации на Украине. Таких встреч за последние полтора года Запад устроил немало, но в данном случае у саммита есть две особенности: он пройдет без России и с участием многих лидеров Коллективного Юга. Так, в Джидду, как заявляется, приедут представители примерно трех десятков стран (включая Бразилию, Индию, Южную Африку). Всем им отправлены приглашения и некоторые уже дали согласие. На данный момент идет проработка формата саммита.
«Скорее, это будет встреча на уровне советников по нацбезопасности с участием глав отдельных государств», – поясняет газете ВЗГЛЯД политолог-международник Елена Супонина. Одним из этих глав, вероятно, станет президент Украины Зеленский. Ожидается и приезд советника президента США по нацбезопасности Джейка Салливана. «Вашингтон и Европа надеются, что переговоры, которые исключают Россию, смогут привести к международной поддержке условий мира в пользу Киева», – так описывает цели саммита Wall Street Journal.
Конечно же, цели организаторов саммита – в том числе Соединенных Штатов – не ограничиваются лишь представлением сцены для украинского лидера. «Идея американцев проста – оторвать от России страны Глобального Юга и сблизить их позиции с США и их союзниками», – поясняет Елена Супонина. Именно поэтому их привлекают к переговорному формату, пытаются втянуть в какую-то антироссийскую риторику, антироссийские декларации или же, в идеале, присоединить их к антироссийским санкциям. Ну или хотя бы поучаствовать в антироссийских саммитах.
«Отсутствие в Джидде позиции одной из сторон конфликта вызывает сомнения в том, что организаторы реально настроены на какой-то результат. Разве что сама по себе встреча не есть цель», – объясняет газете ВЗГЛЯД политолог-международник Аббас Джума. «Урегулирование кризиса вокруг Украины объективно невозможно без участия России и без учета ее законных интересов, – сказал по этому поводу источник РИА Новости. – Оно также объективно невозможно на основе ультимативной «формулы Зеленского». Любые встречи по данной тематике должны учитывать эти обстоятельства». «Формула Зеленского», напомним, требует, в частности, отказа России от Крыма и Донбасса.
И в этой связи для России возникают три вопроса. Во-первых, сможет ли саммит ухудшить ее отношения с лидерами Глобального Юга? Во-вторых, насколько неприятными для России могут оказаться решения этого саммита? И, в-третьих, имеет ли значение отсутствие России на этой площадке?
Отделаются словами
По первому вопросу наиболее важной является позиция Королевства Саудовская Аравия (КСА) – номинального хозяина этого саммита. Если проведение аналогичного антироссийского мероприятия в Копенгагене было понятно (Дания – одна из стран – членов ЕС и занимает весьма антироссийскую позицию), то КСА придерживается партнерско-дружеских отношений с Россией, а сейчас принимает саммит с антироссийским подтекстом. Получается, отношения изменились?
Отнюдь нет. КСА просто защищает свои интересы. В частности, занимается пиаром. Де-факто правитель королевства Мохаммед бин Салман хочет использовать саммит для укрепления позиций своего королевства на Ближнем Востоке (где КСА конкурирует за лидерство с иранцами и турками), для вывода Саудовской Аравии на уровень глобальной дипломатии, а также для поднятия личного статуса среди других мировых лидеров.
Кроме того, королевство защищается от слухов о том, что оно, мол, поддерживает Россию – например, через поддержание высокой цены на нефть.
«Саудовская Аравия, конечно, тогда помогла сама себе. Никто из ОПЕК+ ради России ничего не делал. Просто всем плохо от низких цен, даже КСА верстает свой бюджет без дефицита лишь примерно при 80 долларах за баррель», – поясняет газете ВЗГЛЯД преподаватель Финансового Университета, эксперт Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Ну и, наконец, за счет принятия саммита КСА отчитывается перед Соединенными Штатами, требующими от королевства куда более жестких антироссийских шагов, например, выхода из ОПЕК+. «Саудовская Аравия вынуждена балансировать. Поэтому и Зеленскому, когда тот был на саммите ЛАГ в той же Джидде, дали слово провести саммит в КСА. При этом понимая, что это вряд ли что-то глобально решит», – говорит Аббас Джума.
И такую же линию заняли другие страны Глобального Юга. Ни Азия, ни Африка, ни Латинская Америка не хотят победы США в конфликте, и в то же время в массе своей не готовы открыто вставать на сторону России.
«Давление на многие государства оказывается беспрецедентное, и даже КСА немного поддается этому давлению. Эр-Рияд будет лавировать – как и все остальные, пытающиеся ответить на западное давление при помощи миротворческой риторики. В итоге существует вероятность того, что любые решения предстоящего мероприятия будут выхолощены и превратятся в пожелания мира на Украине и во всем мире», – говорит Елена Супонина.
«Все просто скажут, что за мир, но при этом никаких механизмов претворения решений саммита не будет и быть не может. Поэтому эти мирные инициативы могут поддержать близкие для России страны – тот же Иран, который за счет этой поддержки получит хорошее реноме и улучшит отношения с соседями», – продолжает эксперт.
Без России говорить не о чем
Именно это они и скажут по итогу саммита – поэтому (тут и ответ на второй вопрос) решения данного слета не будут иметь каких-то последствий для Москвы. Они могли бы иметь в том случае, если бы, например, Соединенные Штаты и Украина предложили бы на саммите что-то более-менее конструктивное. Например, реальный мирный план.
Да, Киев вроде как что-то предлагает – тот самый «план Зеленского» из 10 пунктов. По словам руководителя офиса президента Украины Андрея Ермака, реализация украинского мирного плана «не только обеспечит мир Украине, но и создаст механизм для предотвращения будущих конфликтов во всем мире». Однако весь план, по сути, сводится к обязательству всего мира финансировать восстановление Украины, поразить в правах Россию (в частности, ограничить ее возможности в области экспорта углеводородов), заставить Москву вывести войска с новых территорий, дать Украине гарантии в рамках НАТО и организовать трибунал, где будут судить «российских военных преступников».
Конечно, в любом плане должны быть какие-то «запросные требования» – то есть пункты, на выполнение которых не надеется даже сам автор, включивший их лишь для того, чтобы потом на что-нибудь разменять. Однако в украинском перечне фантазий почти все пункты являются именно запросными – а значит, он попросту не подлежит какому-то серьезному обсуждению. Он может годиться лишь как основа либо для акта о капитуляции России (что невозможно без нанесения Москве военного поражения), либо для каких-то громких политических заявлений и требований – что и происходит, например, на различных западных площадках, где он обсуждается. И что будет проходить в Джидде.
Что же касается третьего вопроса – последствий российского отсутствия на саммите, то, казалось бы, сей факт является неким ударом по реноме Москвы. Однако, как бы ни парадоксально это звучало, хуже было бы, если бы Россия на нем присутствовала.
Официальная позиция Москвы проста: Россия поддерживает любые попытки реальных мирных переговоров. Но реальные переговоры о мире должны предусматривать признание киевским режимом новых территориальных реалий. Киев должен согласиться с тем, что не только Крым, ДНР и ЛНР, но также и Херсон с Запорожьем отныне являются регионами Российской Федерации. Нет признания реалий – нет и предмета для настоящих мирных переговоров. А значит, нет и присутствия России, которое подняло бы статус слета в Джидде до уровня реального саммита мира.
Сейчас же, без Москвы, саммит приобретает вид бессодержательного слета для разговоров «за все хорошее». Однако рано или поздно предпосылки для реальных переговоров сложатся. Поэтому, резюмирует Елена Супонина, «Россия хоть и без ненужной спешки, но на максимуме возможностей должна продвигаться на фронтах для усиления переговорных позиций».