После 31-летнего перерыва в столице западноафриканской страны Буркина-Фасо Уагадугу вновь открылось посольство Российской Федерации.
На церемонии открытия со стороны Буркина-Фасо выступил министр иностранных дел, регионального сотрудничества и по делам буркинийцев за рубежом Карамоко Жан-Мари Траоре. С российской стороны выступал посол РФ в Кот-д'Ивуаре и по совместительству в Буркина-Фасо Алексей Салтыков.
«Кроме того, на церемонии присутствовали премьер-министр Буркина-Фасо Аполлинер Йоахимсон Кьелем де Тамбела, а также министры обороны, энергетики, спорта, образования, заместитель председателя законодательного собрания переходного периода, российские соотечественники и буркинийские журналисты, представители иностранных дипкорпусов», – отметили в российском посольстве.
Министр Траоре торжественно презентовал золотую табличку, которая будет висеть на здании посольства, после чего гостям продемонстрировал фильм о России. Посол Салтыков в небольшой речи подчеркнул, что открытие посольства придаст импульс отношениям двух стран.
«Мы прибыли в Уагадугу, чтобы возобновить деятельность российского посольства в этой стране, которая является нашим давним партнером, с которой у нас прочные дружеские связи, – заявил ранее в интервью ТАСС Алексей Салтыков. – Несмотря на отсутствие физического присутствия здесь, двустороннее сотрудничество в политической и экономической областях не приостанавливалось».
Дипломатические отношения РФ с Буркина-Фасо никогда формально не прерывались. Но российское (советское) посольство в Уагадугу закрылось по техническим причинам в 1992 году. Москву покинули и буркинийские дипломаты. Формально обязанности дипломатического присутствия РФ в Буркина-Фасо исполняло посольство и посол в соседнем Кот-д’Ивуаре.
И сейчас посол Салтыков будет исполнять обязанности посла в Буркина-Фасо по совместительству. Тем не менее посольство в Уагадугу будет работать полноценно. Посол Салтыков сообщил, что численность российского дипломатического персонала в Буркина-Фасо будет «среднестатической» для российских посольств в странах Западной Африки. То есть очень небольшая.
Даже в такой структурированной и населенной стране, как Сенегал, штатная численность посольства редко превышала пять аккредитованных дипломатов (посол, советник, военный атташе, консул и еще кто-нибудь). С Сенегалом традиционно сохранялись отношения по линии рыболовства, потому требовалась специфическая квалификация. В Буркина-Фасо почти наверняка потребуется специальная позиция по экономическому сотрудничеству.
Буркинийские дипломаты вернулись в Москву еще в начале 2000-х годов, но обязанности посла в Москве исполнял посол в Берлине, а в двух комнатах в доме УПДК на Коровьевом валу в основном занимались выдачей виз редким российским туристам.
О планах по возобновлению работы российских посольств в Буркина-Фасо и Экваториальной Гвинее говорил президент РФ Владимир Путин, выступая в июле на пленарной сессии саммита Россия – Африка. Он подчеркивал, что это станет реальным практическим шагом по существенной активизации работы со странами Африки в политической, деловой и гуманитарной областях, а также в сфере культуры и туризма.
В августе премьер-министр РФ Михаил Мишустин подписал распоряжения о возобновлении в 2023 году деятельности посольств России в Экваториальной Гвинее и Буркина-Фасо. Мария Захарова анонсировала открытие посольства в Уагадугу до конца текущего года. Уложились в срок. С Экваториальной Гвинеей несколько сложнее по техническим причинам и внутренним обстоятельствам жизни в этой самой бедной и запущенной стране Черной Африки.
В этот же день в Уагадугу прошло еще одно заметное мероприятие. В центре буркинийской столицы у мемориала Тома Санкара – главного героя панафриканизма и левой идеи, придумавшего само название страны – состоялось вручение премии Владимира Путина «за борьбу за свободу народа». Ее учредил ивуарийский писатель, член общественной организации «Тотальная поддержка Владимира Путина в Африке» Сильвен Такуэ.
Основатель организации панфариканист Махамади Савадого заявил, что награда призвана поощрять заслуги лидеров, участвующих в борьбе за освобождение народа. Организация эта охватывает пока страны Сахеля (Буркина-Фасо, Мали и Нигер), но она весьма активна, в том числе и на уровне традиционной карнавальной африканской культуры. Ее активисты ходят в майках с портретами Владимира Путина, устраивают уличные перформансы, публичные чтения и вечера русской культуры, на которых матрешки соседствуют с африканскими танцами и масками.
Их усилиями сейчас Буркина-Фасо чуть ли не вся увешана российскими флагами. Они даже на перекрестках дорог.
При этом ситуация в Буркина-Фасо продолжает оставаться сложной. Армия страны при помощи российских советников ведет бои против мятежников-сепаратистов. Накануне открытия российского посольства возле своего дома был арестован бывший глава МИД страны Аблассе Уэдраого. Его переписка с французами, в которой он выступал против переходного правительства, попала к силовикам.
Скорее всего, это стало результатом ареста четырех французских дипломатов, которых Буркина-Фасо обвинила в том, что они являются сотрудниками французской разведки, что привело к отставке главы французской разведки в Париже. 70-летнего политика задержали, и он будет подвергнут «мерам гражданского воспитания». В Буркина-Фасо на практике это означает отправку на фронт в Сахель. Нескольких антиправительственных активистов в начале декабря так уже принудили отправить в действующую армию. Но сейчас Верховный суд Буркина-Фасо признал такую практику незаконной, и Уэдраого, скорее всего, просто попадет под домашний арест.
Открытие российского посольства в полноценном виде сейчас – это наглядная демонстрация возвращения России в Западную Африку.
Таким образом, роль Москвы в Черной Африке институционализируется. Это более не вопрос частных лиц, хотя и это важно (в последние несколько дней только в той же Буркина-Фасо побывали руководители нескольких частных российских фирм, включая, например, учебный центр «Синергия»). Россия возвращается в некоторые регионы Африки именно как государство, а это совершенно иной поворот событий.
В Москве уже есть стройная стратегическая концепция восстановления добрых отношений с теми африканскими государствами, с которыми уже есть такая историческая традиция. При этом, правда, никто не забывает о том, что ситуация на континенте радикально меняется, в том числе и на уровне мышления. Новые правительства требуют к себе уважения и отношения как к равным, а не может быть равных отношений без полноценного дипломатического сотрудничества и представительства.