Координатор по стратегическим коммуникациям Совета национальной безопасности Белого дома Джон Кирби 21 декабря сообщил, что США прорабатывают возможность выдвинуть новое предложение России по обмену заключенными. «Мы усердно работаем над тем, чтобы, возможно, выработать еще одно предложение, которое с большим успехом могло бы помочь вызволить американцев Пола (Уилана – прим. ВЗГЛЯД) и Эвана (Гершковича – прим. ВЗГЛЯД) из России», – сказал он в ходе брифинга. По его словам, США в последние несколько дней «выдвинули серьезное предложение» по вопросу возможного обмена Уилана, но РФ якобы «отвергла его». Кроме того, еще 19 декабря Кирби говорил, что США пытаются найти пути обмена Гершковича и Уилана.
Президент России Владимир Путин 14 декабря в ходе «Итогов года» выразил надежду, что будет найдено решение в вопросе обмена между РФ и США Гершковича и Уилана. Путин обратил внимание на то, что гуманитарные соображения должны лежать в основе таких решений. Президент добавил, что американская сторона тоже должна услышать Россию и принять соответствующее решение.
А накануне заявления Кирби сам Пол Уилан обвинил власти США в том, что они бросили его, упустив несколько возможностей для обмена. «Я знаю, что у США есть самые разные предложения, но это не то, чего хотят русские. Поэтому они ходят туда-сюда, словно швыряют спагетти в стену, чтобы посмотреть, что прилипнет. Проблема в том, что пока они это делают, моя жизнь утекает. Прошло пять лет!» – сказал Уилан, назвав происходящее «серьезным предательством» со стороны Вашингтона.
По мнению американца, администрация бывшего американского лидера Дональда Трампа последовательно отказывалась обменивать его на Виктора Бута. В декабре 2022 года Бута, который провел в американской тюрьме 14 лет, обменяли на баскетболистку Бриттни Грайнер. «Мне очень тяжело осознавать, что я мог бы быть дома много лет назад. Очень неприятно осознавать, что они допустили эти ошибки. Они практически бросили меня здесь», – сказал Уилан, подчеркнув, что все обещания властей США «оказались пустыми».
И все это на фоне вынесения обвинительных приговоров 14 гражданам России, Белоруссии и Украины в Польше по обвинению в шпионаже в пользу РФ и даже в неких диверсиях типа расклеивания листовок на сельских железнодорожных станциях в Юго-Восточной Польше. По версии польской контрразведки, одна из главный ролей в этой «шпионской сети» была у 20-летнего российского хоккеиста, игравшего в провинциальном клубе польской второй лиги. Эту смесь детского сада и сельской самодеятельности поляки гордо именуют «самой крупной российской шпионской сетью».
То есть хронология событий такова. 14 декабря Владимир Путин на «Итогах года» «выражает надежду», что решение по обмену может быть найдено, если «Россию будут слушать». 19 декабря Кирби говорит, что США «пытаются найти пути обмена задержанных». 20 декабря на Би-би-си выходит интервью Уилана, в котором он клянет Вашингтон, говорит, что его «забыли». В его словах звучит странная фраза о том, что с каждым новым задержанием американцев в России «его дело отходит в конец очереди».
В таких интервью все слова выверены. Понимающие люди могут воспринять эту фразу Уилана как завуалированное предупреждение о том, что аресты американских агентов в РФ могут продолжиться, и тогда очередь на обмен увеличится еще больше.
Она ведь строится не по принципам «кто последний?», а по условной значимости фигуры обмениваемого. А «чистый вес» того или иного кандидата часто не связан с его положением в обществе, воинским званием или иными заслугами. Главным критерием может стать тот объем информации, которым обладает задержанный. Чем дольше человек сидит – тем больше шанс, что он что-нибудь еще разболтает. Просто от обиды или усталости. Иногда меняют людей только после того, когда от них уже нечего узнать.
Но всегда вопрос решается настолько индивидуально, что публичные обращения кандидатов на обмен никогда еще роли не играли. Это все – инструмент традиционной игры где-нибудь в нейтральной точке мира в симпатичном ресторане. Информационное давление, которое сопровождает личные переговоры.
Кстати, не стоит такое давление недооценивать. Спецслужбы традиционно нагнетают туман вокруг своей деятельности, но газетные публикации и даже иногда мемуаристика ветеранов были и навсегда останутся одним из методов давления на противника и/или его информирования в «нашей игре» (our game – британский термин, которым называют совокупно все виды и формы конфиденциального взаимодействия различных разведок).
21 декабря Кирби снова говорит о том, что «США прорабатывают новое предложение» по обмену, которое может иметь «больший успех», чем прежние. И тут еще встревают поляки, вынося разнообразные приговоры «крупнейшей российской шпионской сети». То есть игра вдруг резко убыстрилась в темпе.
Уилан сидит уже пять лет. Осталось 11. Темная перспектива. А он, видимо, всерьез рассчитывал, что его обменяют на Бута. По крайней мере, это казалось логичным и ему, и его адвокатам. Он кадровый сотрудник военной разведки США, а в Штатах принято бороться за своих военнослужащих. Но Бута и Ярошенко в итоге обменяли на баскетболистку-лесбиянку Бриттни Грайнер.
Судя по всему, у Грайнер группа поддержки в Вашингтоне была серьезнее, чем у Уилана, потому она и оказалась неожиданно «наверху списка». Кандидатуру Грайнер лоббировало все вашингтонское ЛГБТ-лобби во главе с пресс-секретарем Белого дома Карин Жан-Пьер, не говоря уже о том, что Грайнер еще и чернокожая.
Партнер(ка) Карин Жан-Пьер – Сюзан Мальво – известный журналист CNN, которая чуть ли не раз в неделю давала душещипательные репортажи про «бедную девочку в русском ГУЛАГе». И если Жан-Пьер работала советником Байдена, когда он был еще вице-президентом, то луизианская креолка Мальво работала в Ситуационной комнате Белого дома еще во времена атаки на Нью-Йорк 11 сентября. Вдвоем эта парочка может пролоббировать что угодно. Правда, пару месяцев назад они вроде как расстались, но Уилану от этого теперь ни горячо, ни холодно. У него – белого, гетеросексуального бывшего морского пехотинца – такой группы поддержки нет и не предвидится.
Когда эта вашингтонская кампания пролоббировала обмен Бута и Ярошенко на Грайнер, а не на Уилана, она объективно сыграла на стороне России. Грайнер – никто, она была задержана по «уголовке», и объективно именно она должна была оказаться внизу списка. Ее вообще можно было просто помиловать в качестве жеста доброй воли. Но шум, поднятый вокруг ее фигуры, дезавуировал Уилана, который, вообще-то, просто выполнял свою работу как курьер разведки.
Москве по большому счету все равно, на кого менять наших граждан, находящихся в американской или европейской тюрьмах. Если они сами предлагают неадекватный по статусу обмен – так это их проблема. Мы же только выигрываем от этого. Уилан, как обменный ресурс, сохранился, а Бут и Ярошенко вернулись домой в обмен на дурочку-наркоманку.
Сейчас, по неподтвержденным данным, главным субъектом для обмена может быть Красиков, обвиненный в Берлине в убийстве близкого к ЦРУ чеченско-грузинского боевика Хангошвили. Есть кандидатуры в Норвегии, Словении и вот теперь в Польше. Теперь в эту конструкцию могут добавить осужденных в Польше. Но в любом случае американцы сами себя загнали в ситуацию, когда их попытки минимизировать потери при обмене Уилана и еще Гершковича уже не работают. История с Грайнер резко подорвала их переговорные позиции.
Главным американским переговорным аргументом остается сейчас то, что Красиков и другие потенциальные российские кандидаты на обмен находятся не на территории США и не под американской юрисдикцией. Ответ из Москвы: это ваши проблемы, договаривайтесь с немцами, с норвежцами и т. д.
Американцы начинают рассказывать, что там везде демократия, судебная система, внутренние проблемы немецкого и норвежского правительств и т. п. Ответ из Москвы: не смешите. Обмен заключенных и сотрудников разведок всегда лежит вне компетенции «демократий». Приходите, когда будете в состоянии что-то обсуждать предметно. Дезориентированный Кирби, два раза подряд повторяющий готовность к «новым предложениям», – то, что выходит с американской стороны на поверхность в ответ на все эти косвенные предложения и намеки.
Ну пусть думают и готовят предложение. В конце концов, будущее Уилана определено российским судом еще на 11 лет вперед. А вот у российской стороны остается возможность для маневра даже без учета мнения американской стороны. Сложно, но возможно. А они сами виноваты.