Для России, казалось бы, эти выборы особо и не важны. Нидерланды – это ж не Германия, не Франция и даже не Польша. Небольшое государство Западной Европы, которое, как принято считать, не играет особой роли в европейской политике и в российско-европейских отношениях.
Однако на самом деле это не совсем так. Во-первых, «Голландия – одна из богатейших стран Европы, один из ее главных кошельков, годами входившая в число главных торговых партнеров ЕС. Королевство во многом играет роль «связующего звена» между континентальной Европой и англосаксами, и тем самым является «зеркалом» всего Запада», – говорит газете ВЗГЛЯД доцент РГГУ Вадим Трухачев. Во-вторых, на сегодняшний день Нидерланды являются одной из самых русофобских стран Западной Европы и одним из главных моторов антироссийских санкций.
«Нидерланды – это проамериканская страна в ЕС. Они ведут себя так, как хотели бы американцы – и даже немного переигрывают», – объясняет газете ВЗГЛЯД одну из причин старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Дмитрий Офицеров-Бельский.
«Значительная часть голландской русофобии при уходящем премьере Марке Рютте – реакция на гибель «Боинга» над Донбассом в 2014 году. Это был шок для Голландии. И там сделали однозначный вывод: если бы Россия не поддержала «сепаратистов» Донбасса, не было бы войны, и «Боинг» бы не упал. А раз так – то Россию надо наказать. Потому именно Рютте и стал автором третьего пакета санкций, который определял отношения ЕС и России до 2022 года, – продолжает Вадим Трухачев. – Но были и иные причины. Голландия – страна, более других в ЕС обращающая внимание на ценности вроде прав ЛГБТ. А сам Рютте – человек, тесно связанный с США».
При этом сам Рютте является одним из патриархов европейской политики. Он находился у власти в своей стране 13 лет и после ухода Ангелы Меркель с поста канцлера ФРГ стал своего рода дуайеном западноевропейских руководителей. Да, сейчас он уходит со своего поста (сами выборы были назначены потому, что в июле возглавляемое им коалиционное правительство рухнуло из-за разногласий в миграционном вопросе), однако политическую карьеру не завершает. Он намерен пойти на повышение – занять пост генсека НАТО. Которое, скорее всего, и займет – авторитет Марка Рютте в Европе куда выше, чем у прибалтийских кандидатов на эту роль.
Четыре кандидата
И вопрос в том, какую политику будет проводить его преемник на посту премьер-министра? А также кто будет этим преемником? Вариантов всего четыре.
Первый и самый экзотичный – новый лидер Народной партии за свободу и демократию (НПСД, которую раньше возглавлял Рютте) Дилан Йешилгез-Зегериус. Мигрантка из Турции, сделавшая карьеру в Нидерландах и взлетевшая на самый верх политического Олимпа. Которая по одному из трех ключевых вопросов выборов (миграция) занимает жесткую позицию.
Второй – самый знакомый. Герт Вилдерс, крайне правый политик и глава «Партии Свободы». Да, в последнее время Вилдерс аккуратно дистанцировался от своих ранее сделанных заявлений о необходимости закрывать мечети и сжигать Коран, но лишь для того, чтобы стать менее токсичным для других партий, с которыми он может войти в коалицию.
Третий – самый левый. По сути, единственный левый политик, имеющий более-менее высокий рейтинг. Речь о Франсе Тиммермансе, бывшем еврокомиссаре по вопросам изменения климата, возглавляющем ныне альянс местных зеленых и лейбористов.
Наконец, четвертый – самый протестный. Питер Омциг, возглавляющий партию «Новый общественный договор» и выступающий за глубокую реформу политической системы в Нидерландах. В том числе и для решения третьей важной темы выборов – падения уровня жизни в стране. Проще говоря, он собирает протестные голоса.
Атомарная политика
Казалось бы, кто-то из них должен победить и собрать правящую коалицию. Однако на деле не все так просто. Ведь никто из них, скорее всего, не наберет более 20% голосов – а значит, не наберет больше 30 мест в парламенте. Который, напоминаем, состоит из 150 мест. Значит нужно будет собирать коалицию, которая будет состоять как минимум из трех партий.
Дело в том, что у нидерландской политической системы есть две особенности. Первая в том, что там нет избирательных округов. Выборы имеют общенациональный характер – люди голосуют за партийный список, а доля полученных голосов автоматически конвертируется в долю парламентских мандатов. Во-вторых, в Нидерландах нет традиционного избирательного порога. Чтобы пройти в парламент, партия должна набрать достаточное количество голосов хотя бы для одного места. То есть общее количество поданных голосов делится на 150 (таково количество мест в парламенте), и если партия набрала 1/150 от всего объема, то она проходит. При этом голосами можно делиться. Если, например, партия набрала голосов на два с половиной мандата, то она бесполезные для себя полмандата может отдать другой политической силе, чтобы та добрала нужное количество голосов.
В итоге из 26 участвующих партий в парламент имеют шанс пройти 17. И возможно, победителю выборов придется набирать пазл из множества партий – ведь договориться «большой четверке» будет очень непросто.
Так, Тиммерманс слишком левый – его повестка правым не особо интересна. Вилдерс вряд ли будет сотрудничать с партией, возглавляемой этнической турчанкой, даже если она придерживается антииммигрантской политики. Питер Омциг, в свою очередь, уже заявил, что у него есть «фундаментальные разногласия» с Вилдерсом. Поэтому эксперты полагают, что договариваться победители будут очень долго. А страна, таким образом, попадет во временный политический ступор. Первое заседание нового парламента должно уже состояться 6 декабря, однако новый премьер там может не появится ни к концу этого года, ни даже к середине следующего. Так, например, для формирования ныне рухнувшего кабмина потребовалось 299 дней.
Собирайте
И для России, как ни странно, это самый хороший вариант. Ведь новый премьер, скорее всего, вряд ли будет испытывать к Москве какие-то новые чувства.
От НПСД ждать теплоты бессмысленно. «Вся эта партия относится к России крайне плохо. Она глубоко атлантическая, отстаивающая свободу бизнеса и «права человека», готовая вооружать Украину до упора. Рютте на фоне однопартийцев еще умеренным казался. А новому лидеру, как светской турчанке, необходимо показать готовность идти в фарватере западных элит. То есть бороться с Россией до последнего», – считает Вадим Трухачев.
С бывшим еврокомиссаром Тиммермансом и его левой политической силой все понятно. «Партия защиты животных сочетает в себе идеологию зеленых и троцкистов. Она ругает нас с правозащитных, пацифистских позиций. Ничего хорошего ее участие в правительстве нам не сулит», – говорит Вадим Трухачев.
Да, Омциг и Вилдерс являются более приемлемыми кандидатами (первый даже скептически относился к правительственному расследованию катастрофы с малайзийским «Боингом»), но премьерами они вряд ли станут. А если и станут, то наличие значительной части русофобов внутри коалиции не позволит им как-то изменить отношение к России. Поэтому, как считают эксперты, пусть лучше нидерландские политики занимаются не сдерживанием России, а сложением поствыборного пазла. И удерживают Нидерланды в политическом ступоре как можно дольше.