Прежде всего, танк не существует как вещь в себе (как, впрочем, и любой другой сложный военный инструмент). Он требует постоянного техобслуживания, запчастей, боеприпасов и эффективной тыловой структуры. Экипажи тоже желательно иметь сменные.
Например, расконсервированные со складов компании Rheinmetall «Леопарды» должны иметь серьезный довесок в виде инженерного обеспечения. Сейчас на Украине этого попросту нет. Для успешного применения танков ВСУ необходимо создать сеть тыловых пунктов, в которых будут сосредоточены технические службы и люди, обученные с этой техникой работать.
Украинцев, умеющих чинить и обслуживать «Леопарды», «Челленджеры» и «Абрамсы», на данный момент в наличии также нет. Их можно (с какими-то ограничениями) подготовить за несколько месяцев. Можно предположить, что на первом этапе эту роль будут выполнять поляки. Но это в любом случае будет ограничивать перспективу использования Украиной западной бронетехники, поскольку такие пункты снабжения должны располагаться как можно ближе к линии фронта – и в то же время защищены от российских ударов. Однако одно явно противоречит другому.
Украине требуется создать минимум пять таких пунктов снабжения: три для «Леопардов» просто в силу их ожидаемого количества, один для британских «Челленджеров» и еще один для газотурбинных «Абрамсов». Таких пунктов снабжения не может быть десятки, и, следовательно, их расположение становится крайне уязвимо для российских ракетных и авиационных ударов.
Но главное – как именно и с какой целью будет использоваться эта техника? Ответ на этот вопрос принципиально важен для понимания всей украинской военной стратегии на данный момент.
Изначально ВСУ предпочитали размазывать бронетанковые части по всей линии фронта. Бронетехника сведена в крупные части (бригады), но иерархически эти бригады подчиняются командованиям так называемых направлений. Например, 17-я танковая бригада подчиняется направлению «Запад», в результате чего превратилась в оперативный резерв, которым ВСУ затыкали дыры у Соледара и Артемовска.
В более сложных случаях танки растаскивались чуть ли не по отдельному экземпляру по укрепрайонам и пехотным частям. Они использовались просто как самоходная артиллерия. Выстрелил – убежал, в том числе в городской застройке.
Звучат предположения, что западная бронетехника, поставленная на Украину, будет в какой-то форме находиться под управлением западных же командующих. Это означает, что сами поставки западной бронетехники будут определять их организационную структуру. Их не растащат по отдельным бригадам, а сведут в танковую армию под единым командованием. Три разных вида западных танков будут означать и три типа армий.
Такие подразделения создаются исключительно для наступлений. Если «Джавелины» должны были «остановить российские полчища», то «Леопарды» и «Абрамсы» – залог наступательного успеха. Но их требуется интегрировать в текущую структуру ВСУ.
Сама эта интеграция – долгий и сложный процесс. На Украине не так много мест (полигонов), где это можно сделать. Одно из главных – танковый учебный центр «Десна» под Черниговом, сохранившийся с советских времен. Главная его проблема – близость к российской и белорусской границам, широкая известность и моральная старость. Кроме того, Черниговская область далека от районов потенциального применения новой техники. Сложная логистика ставит под сомнение возможность наладить боевое слаживание новых танковых бригад с действующими пехотными бригадами ВСУ.
Обычные учебные центры (не специализированные танковые), на базе которых сейчас ВСУ формируют новые номерные бригады, расположены в центральной части Украины и на Подолии: в Полтаве, Кривом Роге, Днепропетровске, Виннице. Предположительно, именно в этом регионе и планируется проводить боевое слаживание ВСУ и новых танковых бригад на западной технике. Теоретически Полтава может стать тем регионом, где для ВСУ логично расположить пункты снабжения и обслуживания.
Есть минимум три направления, на которых ВСУ изначально предполагали использовать крупные танковые формирования.
Первое: планировавшееся Киевом крупное наступление на южном (он же запорожский) участке в направлении к побережью Черного и Азовского морей. Стратегическая цель: перерезание сухопутного коридора на Крым, занятие знаковых городов типа Мелитополя и Бердянска. До последнего времени ВСУ пытались с этой целью создать на данном направлении ударный кулак.
Второе: северная часть ЛНР. Политическая составляющая понятна: занятие городской агломерации Северодонецка и взлом фронта ЛНР с выходом к старому участку российской границы. Использование здесь крупных танковых подразделений затруднено рельефом местности (реки, а также крупные лесные массивы).
Важно иметь в виду, что западные танки тяжелее российских (советских). Это ограничивает области их применения (танкоопасные направления). Например, «Абрамсы» вряд ли преодолеют мостики через Северский Донец и почти наверняка завязнут в Шервудском лесу осенью. Из всей номенклатуры бронетехники, которую Запад предлагает Украине, для условий Украины подходят только «Леопарды», которые изначально для этого театра военных действий и проектировались.
Третье направление: попытка контратаки ВСУ на Соледар и Артемовск (Бахмут) из городской агломерации Славянск – Краматорск – Константиновка. На первый взгляд, это наименее очевидное направление, но все может измениться за ближайшие месяцы.
Ситуация на линии соприкосновения меняется довольно быстро. К осени для ВСУ может оказаться политически необходимым отбить хотя бы сколько-нибудь значимый населенный пункт. Уже сейчас ВСУ предпринимались разовые попытки контратак на Соледар. Но теоретически это направление может быть рассмотрено как танкоопасное, учитывая сохраняющуюся тыловую структуру в Славянске и Краматорске.
Последний превращен ВСУ в тыловой пункт снабжения и командования, в котором вполне можно развернуть удобную базу для «Леопардов». То есть на данный момент именно Краматорск стоит рассматривать как наиболее подготовленную базу для развертывания Украиной танковой армии.
Не исключено, что к осени для Украины вообще может отпасть необходимость в создании ударной бронетанковой группировки. А вся эта техника и далее будет использоваться в качестве самоходной артиллерии для поддержки пехотных укрепрайонов.
Но скорее всего, анализ применения танков в реалиях ВСУ приведет западных военных специалистов к пониманию того, что без дополнительной поддержки собирать любой танковый кулак на Украине бессмысленно. От Украины поступят заявки на мобильную ПВО, аналогичную российским «Торам» и «Панцирям», которые могли бы сопровождать танковые колонны на марше. За ними последуют заявки на снаряды повышенной дальности и с обедненным ураном. Иначе говоря, перед нами только начало очень большой истории – если ей не положат конец действия российских Вооруженных сил.