«Если Варшава хочет от Германии новых компенсаций, пусть сначала вернет немцам те немецкие территории, которые Сталин подарил Польше. Силезию, Померанию, большую часть Восточной Пруссии – то есть, проще говоря, нынешнюю Западную Польшу».
Эту фразу можно часто услышать от российских экспертов и даже политиков, комментировавших очередные, выражаясь словами пресс-секретаря российского президента Дмитрия Пескова, «проявления политического экстремизма» со стороны польского руководства в адрес ФРГ. В частности, требование к Германии выплатить Польше репараций на сумму 1,3 триллиона евро.
До последнего времени считалось, что власти ФРГ из-за чувства исторической вины вопрос о Силезии, Померании и части Восточной Пруссии поднимать не будут. Причем не только вопрос о возвращении этих территорий, но и вопрос об ответственности польских властей за совершенные там этнические чистки немцев. Тех, которых поляки выгоняли с этих земель. Предполагалось, что немцы, скованные чувством вечной вины, будут просто терпеть польское хамство и ограничиваться лишь ответами из серии «федеральное правительство считает, что все уже выплатило много лет назад».
Однако слухи о скромности канцлера Шольца оказались преувеличенными. В присутствии бывшего премьер-министра Польши Дональда Туска (при правлении которого отношения между Берлином и Варшавой были вполне цивилизованными) канцлер ударился в историю.
«Глядя на Дональда Туска, я хотел бы сказать, насколько важны соглашения, заключенные Вилли Брандтом (бывший канцлер Германии, правивший с 1969 по 1974 г. – прим. ВЗГЛЯД) о том, что граница между Германией и Польшей установлена навсегда после сотен лет истории», – заявил Шольц. И, по словам канцлера, ему не хотелось бы, чтобы кто-то сейчас «рылся в книгах по истории, чтобы провести ревизионистские изменения границ».
Немецкие СМИ на эту ремарку канцлера практически никак не отреагировали. А вот польские журналисты и политики зажглись в праведном гневе. Особенно возмущались члены правящей в Польше партии «Право и Справедливость» (PiS) – они восприняли слова канцлера как угрозу вернуть Померанию, Силезию и часть Восточной Пруссии в состав рейха.
«Я хотел бы охарактеризовать неизменную политику Германии одним предложением: Германия не изменилась, – уверяет депутат европарламента от PiS Богдан Пек. – Шольц ясно обращался к польскому правительству и польскому народу… Он сказал: «Будьте осторожны, потому что если вы будете так играть с нами, требуя очевидных, должных репараций, мы вернемся к ревизионизму». По мнению пана Пека, «Германия стремится построить европейское государство, в котором она будет играть главенствующую роль. Они хотят европейскую империю или Четвертый рейх. Это должно было произойти за счет таких стран, как Польша».
Снова пошли разговоры о том, что Четвертый рейх за счет таких стран, как Польша, будет строиться при помощи таких польских «национал-предателей», как Дональд Туск. Туска – лидера польской либеральной оппозиции, который присутствовал при словах Шольца, активисты PiS давно обзывают немецким агентом, целью которого является капитуляция Варшавы перед Берлином.
«Пощечина жертвам войны. В этот момент каждый польский политик должен покинуть комнату. Туск в Потсдаме – это отвратительная подстава», – уверяет польский журналист Войцех Бедронь.
«Я не видела ни брифинга Туска, ни записи, осуждающей скандальные слова Шольца. В принципе, не должно быть сюрпризом, если (скоро услышим или скажут – прим. ВЗГЛЯД): «Польша – это ненормальность», а Германия – «это благословение для Европы». При помощи оппозиции, может быть, они хотят уничтожить Польшу, а из поляков сделать батраков?» – вопрошает депутат Европарламента от PiS Беата Мазурек.
После журналистов и депутатов активизировались и польские власти. «Чтобы вернуть после этих слов доверие, с немецкой стороны, со стороны непосредственно канцлера должны прозвучать глубоко поясняющие слова», – заявил глава польского Бюро национальной безопасности Павел Солох.
Поясняющие слова последовали – но не от канцлера, а от немецкого посольства в Варшаве. «Эта подача и интерпретация абсолютно неверны. Все как раз наоборот. 15 сентября, говоря об агрессивной войне России против Украины, канцлер еще раз дал понять, что нерушимость границ и территориальная целостность составляют основу международного порядка. Слушайте внимательнее», – заявил посол Германии в Польше Томас Баггер.
Однако поляки как раз слушают внимательно и рассматривают слова Шольца в контексте общего изменения немецкой позиции. Не только по Польше, но и вообще по внешней политике страны.
«Олаф Шольц и его члены правительства из числа социал-демократов вводят новый, очень агрессивный язык. Недавно глава Минобороны произнесла очень жесткие, нехарактерные для послевоенной Германии слова о том, что Германия должна иметь хорошо вооруженную силу, с которой всем придется считаться», – напоминает польский журналист Петр Семка.
Казалось бы, каким образом усиление Германии должно беспокоить Польшу? «Я не знаю, зачем канцлеру угрожать ревизией границ, которую он не осуществит и не может осуществить, потому что Германии пришлось бы, ну я не знаю, напасть на нас для этой цели», – говорит польская журналистка Александра Рыбинска. Однако, как верно отмечает Петр Семка, «само по себе заявление о том, что такая возможность есть, уже является сигналом, и именно этот сигнал был послан полякам».
Возможность ведь не обязательно должна быть реализована здесь и сейчас. Ее можно будет реализовать тогда, когда для нее наступит подходящее время.
Например, когда границы в Европе будут пересматриваться (что может произойти после победы России на Украине), польская дерзость и наглость всем надоест (поляки, вон, уже требуют территорий даже от Чехии), общеевропейские институты в виде ЕС и НАТО ослабнут. И тут главным моментом как раз является принципиальная готовность Германии – а точнее, как тонко отметил Шольц, некоторых ее сил, роющихся в книгах по истории, – поднять вопрос об этих границах.
И эта готовность появляется не только благодаря действиям России на Украине (о чем прямо сказал Шольц), но и благодаря нынешним атакам PiS на Германию. Атакам, которые пробуждают лишь гнев и ответные требования, ревизионистские желания пересмотреть границы. Так что именно требования поляков вернуть деньги порождают требования немцев вернуть территории.