«Возможность посещать Европу – это привилегия, а не базовое право человека». Это не фраза из «Майн кампф» или же других произведений известных нацистов, а точка зрения премьер-министра Эстонии Каи Каллас. Госпожа премьер таким образом поддержала президента Украины Владимира Зеленского, который в своем интервью американской Washington Post призвал Запад коллективно наказать всех россиян за спецоперацию на Украине – в том числе и отменой выдачи им туристических виз.
И если кто-то считает, что этой точки зрения придерживаются лишь маргиналы, то их надежду развеяли в Берлине. Официальный представитель ФРГ Штеффен Хебершртайт заявил, что проект запрета выдачи россиянам шенгенских виз «внесен некоторыми странами в ЕС и тем самым находится на повестке», и дал понять, что внутри немецкого правительства есть разные точки зрения на этот вопрос.
В МИД Германии пояснили, что предложение будет обсуждаться еще и на саммите министров иностранных дел стран-членов ЕС в Праге. И это необходимая процедура, ведь, как отмечали в Еврокомиссии, Визовый кодекс ЕС не предусматривает процедуры запрета выдачи краткосрочных туристических виз какой-то стране. А значит, единственный способ ее ввести – это принять соответствующее решение на евросоюзовском слете.
И на нем, вероятно, столкнутся две группы стран. Группы, разделенные не только и не столько отношением к России, сколько отношением к самому проекту европейской интеграции.
В первой группе находятся европейцы. Те, кто считает, что европейская интеграция должна проходить на основе европейских, а также базовых человеческих ценностей, частью которых и является право людей на свободное передвижение. Те, кто помнят, что свободное перемещение людей (как и товаров, услуг и капиталов) является базовыми основами для формирования любого единого рынка. И вообще базовой ценностью для Европы.
Да, Россия не входит в единый европейский рынок, однако, по мнению ряда европейцев, Москву нужно втянуть в культурную, политическую и экономическую сферу влияния Европы. Для того чтобы контролировать ее – или хотя бы жить за ее счет. «Ведь российские инвестиции, туристы и энергоносители – это та кровь, которой питается европейский организм. И если отключить этот организм от подачи внешних ресурсов, то никакие катарцы, никакие азиаты, никакие американцы не спасут европейскую экономику от полного разрушения», – поясняет газете ВЗГЛЯД генеральный директор Центра политической информации Алексей Мухин.
Втягивать же в свою элиту возможно через создание в российском гражданском обществе – прежде всего, в рамках среднего класса – прослойки проевропейски настроенных людей. Тех, кто отдыхает в Европе, покупает европейское, мыслит европейскими категориями. Именно на это была направлена в России вся «мягкая сила» Евросоюза, начиная аж с 1990-х годов.
Однако сейчас против этого лагеря выступает другая группа, состоящая в основном из «младоевропейских» политиков. Им чужды реальные европейские ценности. Чужды принципы наднациональной культурной интеграции с какими-то правами для «унтерменш». Восточноевропейские страны, в отличие от западных, в 1990-е годы развивались и формировались на основе принципов этнического национализма и сейчас пытаются перенести этот этнический фактор на весь Евросоюз.
В итоге национализм, «глобализированный» через призму европейской идентичности, превращается в этих странах во всем известный европейский нацизм. В концепцию о том, что само право на посещение Евросоюза «унтерменшами» есть привилегия для этих «унтерменш».
И особенно для русских. В понимании ряда восточноевропейских элит русские – это не просто проблемные соседи, не просто «чужие» или даже варвары, а банальные недочеловеки. Поэтому именно прибалты, поляки и иже с ними выступали не за интеграцию, а за изоляцию России. И создание нового железного занавеса, идея прекратить выдачу виз полностью укладывается в данную концепцию.
«Они не просто нарываются на экскурс в историю международных отношений и принципов ОБСЕ. Увы, они в шаге от нацистской концепции специальных географических зон для народов и государств, которые их не устраивают. Возникает вопрос: это вы о ком, господа? Неужели дома некому поставить вас на место и призвать к здравому смыслу?» – говорит замминистра иностранных дел России Григорий Карасин.
Здравым смыслом же, по мнению «сверхчеловеков», является использование нынешнего российско-европейского конфликта для навязывания «концепции изоляции России» всей Европе
– в том числе и интеграторы из условной первой группы. В частности, изоляции через запрет на выдачу виз. «Изоляторы» пытаются доказать, что проевропейскую часть россиян, которую взрастили условные интеграторы, нужно запугать и использовать в своих целях.
«Попытки демотивировать, деморализовать Россию предпринимаются со всех сторон – и это комплексное воздействие. Задача – вывести российское гражданское общество из зоны комфорта, чтобы мы что-то сделали с властью и со специальной военной операцией. Ведь для того, чтобы российское руководство вынуждено было уступать, нужно демотивировать тылы», – говорит Алексей Мухин.
При этом «изоляторы» либо не понимают, что, как верно отметил Григорий Карасин, все эти нацистские подходы «порождают чувства неприятия, если не ненависти», либо понимают – и тогда меняют аргументацию с «запугать» на «наказать». Мол, все русские все равно поддерживают Путина, они безнадежны, поэтому их нужно изолировать. Как заявил Владимир Зеленский, «они должны жить в своем мире, пока не изменят философию».
И вопрос теперь в том, чья точка зрения одержит победу на саммите в Праге. И от ответа на этот вопрос зависит не судьба России (которая, если что, и без «шенгена» проживет), а судьба Евросоюза, который сейчас переживает опасную трансформацию.
«По мере сокращения возможностей Европы влиять на мировую политику и экономику, провинциализация ее собственного поведения оказалась весьма своевременной. От этой трансформации оказались не свободны даже страны, вся история которых, на первый взгляд, протестовала против того, чтобы принимать решения на интеллектуальном уровне сельского самоуправления восточноевропейской глубинки», – говорит программный директор клуба «Валдай» Тимофей Бордачев.
Так что Европа должна решить, как она видит себя в будущем. Останется самым успешным в мире интеграционным проектом – или все-таки докатится до уровня хуторянского сознания ряда восточноевропейских элит?