19 мая в онлайн-формате состоялась встреча министров иностранных дел стран-членов БРИКС. Организации, куда входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и Южная Африка. Чиновники, как обычно, подводили итоги и смотрели в светлое будущее. Ведь несмотря на ряд проблем (связанных, прежде всего, с экономическим кризисом внутри стран-членов), БРИКС действительно может похвастаться рядом успехов.
Успехи и перспективы
Так, работают экономические институты – в частности, Новый банк развития. В период с 2022 по 2026 год банк намерен профинансировать проекты на 30 миллиардов долларов (удвоив тем самым свой пакет одобренных кредитов). «Мы сосредоточимся на проектах, которые могут стать катализатором устойчивого развития», – говорит президент Банка Маркус Троихо.
Успехов БРИКС достиг и во внешней политике – например, смог дистанцироваться от глобальных политических противостояний (что сейчас уже само по себе достижение). «Страны-участницы БРИКС неоднократно повторяли: объединение не направлено против кого-то, оно не призвано заменить собой сотрудничество с развитыми странами, а, скорее, позволит вести его с более равных позиций», – пишет директор Института Латинской Америки РАН Дмитрий Разумовский.
Во многом это стало возможным потому, что все страны БРИКС обладают полным суверенитетом, и их крайне сложно продавить коллективному Западу. Не случайно ни одно из этих государств – даже Индия, которую так обхаживали и обхаживают Соединенные Штаты – не только не присоединилось к антироссийским санкциям, но и даже не выступило с жестким осуждением действий Москвы.
Однако, уверены эксперты, БРИКС может больше – и нынешнее состояние международных отношений дает структуре возможность проявить себя.
По сути любая организация должна постоянно адаптироваться к изменению окружающей среды. Как отмечает Дмитрий Разумовский, «вопрос адаптации БРИКС к новым реалиям зависит от того, является ли текущий кризис коренным изменением миропорядка (game changer) или это вызов для системы, но не угроза для прежнего вектора ее развития».
Если Российская Федерация побеждает на Украине и достигает там всех поставленных целей (как внутриукраинских, так и глобальных), то речь идет именно о коренном изменении миропорядка. И тогда БРИКС, вероятно, нужно будет брать на себя новые функции – и прежде всего по поддержанию миропорядка. Более того, по мнению председателя КНР Си Цзиньпина, эти функции нужно брать уже сейчас. «Необходимо ввести стабильность и позитивную энергию в переживающие эпоху турбулентности и радикальных перемен международные отношения», – заявил товарищ Си.
Теоретически и практически
Логика в его словах есть. Соединенные Штаты в своих попытках добиться коллективного бойкота России и политизировать все глобальные институты фактически парализуют структуры управления миропорядком. В Совбезе ООН невозможно провести серьезные резолюции – его пытаются превратить в инструмент пропаганды «украинских страданий». На G20 нельзя принимать серьезные решения, поскольку Вашингтон и его союзники хотят саботировать ноябрьский саммит организации. Они угрожают бойкотировать его в случае, если туда поедет Владимир Путин, и дают понять, что приедут лишь в том случае, если на саммит пригласят Владимира Зеленского (который, понятно, превратит серьезное мероприятие в фарс и шоу).
По сути Соединенные Штаты перестали справляться с управлением миром. Отдавать их роль какой-то одной стране нельзя, поскольку: а) слишком затратно, и б) слишком страшно, поскольку никто не хочет появления нового единоличного мирового гегемона в лице того же Китая. А значит БРИКС (как сообщество мощных, независимых и ответственных государств) вполне способен взять на себя эту роль.
Теоретически. На практике же, по всей видимости, это будет куда сложней.
Так, БРИКС собирается бороться с международным терроризмом, который сейчас (на фоне изменений в миропорядке) может обрести новые возможности. «Министры выразили приверженность борьбе с любыми формами и проявлениями терроризма, включая трансграничные перемещения террористов, финансирование терроризма и предоставление убежища террористам», – говорится в заявлении глав МИД стран-членов организации. Среди целей может быть и борьба с распространением ядерного оружия массового поражения, а также другие вопросы, касающиеся поддержания глобальной безопасности.
Проблема в том, что для реального участия в решении этих проблем нужна способность проецировать свою силу, то есть, проще говоря, проводить военные операции в различных регионах мира. А у БРИКС этого нет. Некоторые из стран-членов (Индия, Бразилия, Южная Африка) занимаются исключительно своими регионами и не лезут в чужие. Возможности России (успешно проецировавшей силу в Сирии) ограничены из-за ее концентрированности на решение украинской проблемы. Китай же пытается входить в дальние регионы (ту же Латинскую Америку), однако у него все еще недостаточно военно-технических возможностей, а также отсутствует политическая воля для полномасштабной экспансии интересов.
Конечно, чисто теоретически можно закрепить за каждой из стран какой-то свой регион, назначить ее условным «шерифом». Однако, во-первых, ни у одного из членов БРИКС (кроме, пожалуй, России и Китая) нет ресурсов для осуществления операций, аналогичных действиям Москвы в Сирии. Во-вторых, делегирование им миротворческих или антитеррористических функций будет негативно воспринято другими странами региона, претендующими на лидерство. И будет рассматриваться как, например, мандат БРИКС тому же Китаю на экспансию в Юго-Восточной Азии.
Желающие и кандидаты
У этой проблемы есть теоретическое решение, озвученное министром иностранных дел КНР Ван И, – привлечь в организацию новых участников. «Китай предлагает запустить процесс расширения БРИКС, изучить стандарты и процедуры расширения, постепенно сформировать консенсус», – заявил председатель КНР.
По сути речь идет о превращении в этакую «G20 без Запада». В орган, который защищает и продвигает интересы развивающегося мира, нуждающегося не в идеологических крестовых походах и гуманитарных интервенциях, а в устойчивом развитии и безопасности. Где из каждого региона (кроме, пожалуй, Западной Европы) будет несколько стран, которым можно доверять решать местные проблемы в духе кооперации.
Казалось бы, отличное решение. Тем более что рассматривающих возможность вступления в БРИКС множество. Египет, Аргентина, Мексика, Иран и многие другие. «Такие страны, как Вьетнам и Бангладеш, уже сейчас достаточно развитые страны, чтобы укрепить этот альянс и стать ценным активом в экономическом противостоянии», – уверяет член комитета Госдумы по международным делам Светлана Журова.
Однако проблема в том, что желающих много, а достойных кандидатов единицы. Ведь кандидат в БРИКС должен по сути соответствовать четырем условиям. Во-первых, он должен быть достаточно мощным – как минимум региональным лидером. Во-вторых, обладать полным национальным суверенитетом в вопросе принятия решений. В-третьих, его кандидатура не должна встречать сопротивления со стороны действующих государств-членов. В-четвертых, он сам должен хотеть войти в БРИКС – и тем самым если уж не бросить, то хотя бы оспорить американское единоначалие.
Получается, что единственным однозначным кандидатом является Турция. Двумя менее однозначными, но все-таки вариантами, могут стать Саудовская Аравия или Иран (именно «или» – учитывая конфликт между этими странами, их одновременное вхождение парализует организацию, в которой и без того достаточно индо-китайского соперничества).
Другие страны к роли суверенного участника совета директоров банально не готовы. И их включение вряд ли усилит организацию. Чем ей, например, «в экономическом противостоянии» поможет Бангладеш – одна из беднейших стран Азии, в которой постоянно возникают гуманитарные катастрофы? Включение в БРИКС не готовых к этому стран скорее усложнит процесс принятия решений, сделает ее этакой «Лигой Наций», погрязшей во внутренних разногласиях.
Таким образом, по мнению большинства экспертов, БРИКС пока не готова к роли организации, способной вести мир в период «турбулентности и радикальных перемен». При всей важности и нужности этой организации данную роль может исполнять лишь Совет безопасности ООН. Если, конечно, США прекратят саботировать его работу.