Постоянный представитель России при Европейском союзе Владимир Чижов заявил, что Россия не планирует предпринимать действия против Украины в том случае, если не будет провокаций с украинской стороны. «Мы не станем вторгаться на Украину, если нас на это не спровоцируют. Если украинцы предпримут атаку против России, не удивляйтесь, если мы ответим», – заявил Чижов. Он отметил, что атакой на Россию будет считаться в том числе нападение на российских граждан.
Ранее пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявлял, что угроза вооруженного наступления Украины на Донбасс сейчас очень высока. «Угроза есть, и сейчас она очень высока. Она выше, чем ранее», – сказал Песков журналистам. А в Донецке еще 1 февраля заявили, что в Киеве готов план наступления на Донбасс.
Что может представлять собой украинский план наступления на Донбасс? Украинский генштаб исходит из двух стратегических посылов.
Во-первых, Вооруженным силам Украины (ВСУ) необходимо в течение максимум двух суток разрушить оборону ЛДНР. Или, по крайней мере, достичь нескольких промежуточных целей при наступлении, что должно привести к потере ополчением ЛДНР способности к централизованному сопротивлению.
Во-вторых, требуется создать ситуацию, при которой Россия будет вынуждена втянуться в конфликт при невыгодных для нее стартовых обстоятельствах. А это, в свою очередь, даст время потенциальным союзникам Украины прийти на помощь Киеву.
Исходя из этого понимания стратегических задач в Киеве и формируется тактический план наступления. Сейчас мы не рассматриваем возможную непосредственную причину (повод) эскалации. Это может любая провокация, в том числе и в информационной сфере. В частности, в СМИ порой можно встретить обсуждение потенциальной роли полка химзащиты на полигоне Анадоль между Мариуполем и Волновахой, а также задач 8-го полка спецназначения ВСУ, в котором англичане сформировали шесть диверсионных групп.
География Донбасса, как и конфигурация линии фронта, принципиально с 2015 года не изменились. Это и определяет тактику достижения стратегического преимущества для ВСУ. Изменились, правда, средства ведения войны и сократилось, так скажем, «свободное пространство» для маневрирования. В частности, некоторые населенные пункты на территории ЛДНР превратились в крепости (Ясиноватая, Дебальцево, Торез), штурмовать которые в лоб бессмысленно. В то же время в обороне ЛДНР объективно есть слабые зоны. Украинская сторона также продолжает питать странную любовь к выступам линии фронта, которые традиционно нагружает свежими частями.
С украинской точки зрения, наиболее разумной была бы попытка решить несколько стратегических задач одним ударом, используя слабости обороны ДЛНР. Таких потенциальных направлений два.
Первое. На юге из района полуокруженного Докучаевска начать движение по степи в направлении на Тельманово. На этом участке до российской границы примерно 200 километров. И именно этот участок остается наименее укрепленным. Там нет крупных населенных пунктов, которые можно было бы превратить в крепости, и рельеф местности позволяет осуществлять прорыв по прямой. Выход ВСУ к российской границе сразу поставит Россию в невыгодное положение, поскольку пограничное столкновение – это именно то, чего и добивается Киев (вместе с западной группой поддержки): «вторжение России на Украину».
Параллельно это движение может быть поддержано атакой вдоль берега Азовского моря также в направлении российской границы. Возможна высадка воздушных десантов в глубине обороны ЛДНР, о чем свидетельствует передислокация нескольких воздушно-десантных бригад ВСУ на первую линию.
Второе. Поскольку лобовой штурм Донецка и Луганска невозможен и нецелесообразен (займет много времени, отвлечет много сил и средств и повлечет за собой критичные потери), предполагается обойти городские агломерации с общей целью отрезать ДНР и ЛНР друг от друга. А в дальнейшем снова выход к российской границе на другом участке, окружение Донецкой городской агломерации, окружение Луганска, их блокаду и захват.
Наступление предполагается вести из района Сокольники – Трехизбенка – Славяносербск, куда постепенно переброшены тыловые части 80-й отдельной десантно-штурмовой бригады (одшбр) со Львова и 92-й отдельной механизированной бригады (омбр), ранее в основном стоявшей на горловском направлении. После прорыва западнее Луганска предполагается повернуть в восточном направлении на Лутугино, что приводит к окружению Луганска и разрыву его связи с Донецком. Дальнейшее движение на Краснодон даст выход к российской границе на наиболее востребованном направлении (знаменитый КПП «Изварино»). Привлекает внимание и активность в районе аэродрома в Краматорске, где также готовятся десантно-штурмовые группы из состава 80-й одшбр для заброски в тыл милиции ЛНР по линии основного продвижения ударной группы.
В случае успешного осуществления этих двух ударов территория ЛДНР окажется расчлененной на три части, и минимум в двух критически важных точках украинские войска достигнут границы с Россией. В качестве отвлекающих ударов предполагается организовать давление непосредственно на Донецк с запада (Куракино – Марьевка) и с севера (из района аэропорта), а также со стороны так называемой Светлодарской дуги в общем направлении на Дебальцево.
Успех хотя бы одного из этих ударов будет критически важен, поскольку создаст предпосылки для частичного политического успеха. Украинская сторона оценивает потенциал обороны ЛДНР в пять–шесть часов, а по истечении этого срока вмешательство России считается неизбежным. Следовательно, именно скорость продвижения при наступлении становится для ВСУ особо важной. Достичь этого предполагается традиционно: ВСУ обладает превосходством в артиллерии по всей линии фронта, и это считается главным козырем Киева. Концентрация артиллерийского и ракетного огня на узком участке фронта и считается залогом успеха прорыва.
Относительно новым фактором в этом плане по сравнению с обострением 2014–2015 годов стало предложение использовать вертолетные десанты в глубине территории ЛДНР. Ранее именно 80-я одшбр отрабатывала эту тактику с участием американских инструкторов. Использование ударных беспилотников по «карабахскому образцу» предполагается, но не может быть критично важным, поскольку ВСУ пока не обладают ни достаточным их количеством, ни обученным персоналом. При этом некоторые части ВСУ морально готовы к уличным боям в Донецке, формируются штурмовые группы, которым Великобритания передала легкие ПТУР NLAW шведского производства, специально создававшиеся для ближнего боя в городских условиях.
Детализация и развертка на местности этого плана, предположительно, была закончена в конце января. Его осуществление возможно только при максимальной скорости продвижения хотя бы одной из двух ударных групп. Это исключительно наступательная стратегия, не предусматривающая никакой оборонительной альтернативы. С политической точки зрения оборона возможна только при широком привлечении союзников.
По большому счету это авантюра, ибо не предусматривается условного «плана Б». Если что-то пойдет не так, то уже не будет никакой возможности отмотать ситуацию назад. Высока угроза образования новых «котлов», особенно на участке северной ударной группы.
России в этом плане отводится пассивная роль. Она либо должна все это время молча наблюдать за событиями, либо должна быть вовлечена в боевые действия на позднем этапе и с невыгодных позиций. При этом высокая численность наступающих групп может сыграть с ВСУ злую шутку. Их настолько много, что узкое пространство предполагаемого прорыва не позволит сходу ввести туда все развернутые части. Создастся угроза «пробки», которая легко ликвидируется с помощью РСЗО.
Украина способна осуществить этот план только при политической поддержке третьих стран. Он даже на бумаге не выглядит идеальным, хотя куда более проработан, чем хаотичные метания 2014 года. С другой стороны, он вполне соответствует старому украинскому принципу «сгорел сарай – гори и хата». Выходить каким-либо иным способом, кроме военного, из тупиковой ситуации, в которой оказался Киев, очень сложно. Кроме того, прогнозируемы большие потери среди мирного населения, поскольку ставка делается на внезапность и скорость, следовательно, никакой предварительной эвакуации не предусматривается.
Бросается в глаза и тот факт, что практически вся украинская армия, по крайней мере 80% ее боеспособных частей, собрана именно в Донбассе. И это при постоянных криках о «российском вторжении на Киев». Так обороняйте ж Киев. Но продолжается постоянная передислокация новых частей на первую линию, маневрирование на линии, ввод новых частей из резерва. Создается впечатление, что именно украинская сторона готовится к наступлению. А какой будет предлог – это уже совсем другая история.