В 2014 году министр по делам ветеранов Хорватии Предраг Матич на одном из круглых столов вдруг задал вопрос скандальный и риторический:
«Почему среди хорватских ветеранов войны (имеется в виду война 1991–1995 годов – прим. ВЗГЛЯД) так много случаев посттравматического синдрома, хотя они выиграли войну и имеют много прав, а среди бывших сербских военнослужащих, которые войну проиграли и прав не имеют, ничего подобного нет?»
Это положило начало самым длинным в истории страны протестам, продолжавшимся 555 дней. Период с красивой цифрой вобрал в себя митинги и шествия разной степени многочисленности, палаточный лагерь – аналог украинского «майдана», прорывы полицейского оцепления, беспорядки, захват церкви Святого Марка (она делит площадь со зданием правительства; это как если бы в Москве протестующие захватили храм Василия Блаженного) и минимум одного погибшего.
Как нетрудно догадаться, по своему содержанию протест был правым, националистическим, с вандализмом от футбольных «ультрас». Сперва ветераны и сочувствующие желали только отставки Матича, но потом затребовали и голову «главного» – премьер-министра, лидера хорватских социал-демократов Зорана Милановича. Национал-озабоченные давно имели на него зуб.
Например, когда двумя годами ранее страну охватили так называемые антикириллические протесты, участники которых требовали отменить дублирование названий в городе Вуковар на сербской кириллице, премьер-министр назвал их «шовинистическим шабашем».
С точки зрения хорватских правых, слова Милановича – такое же непростительное преступление против национальной гордости, как и риторический вопрос министра Матича. Дело в том, что битва за Вуковар с преимущественно сербскими силами Югославской народной армии занимает одно из исключительных мест в героике хорватов, но сербов в городе по-прежнему около трети, а Совет Европы требует уважать их культурные права.
В конечном итоге хорваты наплевали на Совет Европы и кириллицу из Вуковара убрали. Протест «палаточников» (так недовольных ветеранов называли их противники из числа левых и аполитичных, но уставших от бардака горожан) тоже завершился не в пользу премьера. Своего министра он не сдал, сам в отставку не ушел, но на фоне протестов в Хорватии дважды прошли парламентские выборы – сперва очередные, потом досрочные, и выборы те Миланович проиграл, после чего оставил посты главы правительства и председателя Социал-демократической партии (СДП).
Когда отставник устроился советником к премьер-министру Албании Эди Раме, казалось, что националисты окончательно изгнали Милановича из хорватской политики. Но в 2019 году он выдвинул свою кандидатуру на выборах и уже в первом туре обошел действующего президента Колинду Грабар-Китарович – эффектную блондинку, которую должны у нас помнить. Она приезжала в Россию на мундиаль и стала тут медиазвездой – потому что обаятельна, умна и раз от разу призывала Запад сотрудничать с русскими.
Это одна из приятных особенностей Хорватии, о которой в России мало кто догадывается: это русофильская страна, что для славянских стран нетипично. Для этого есть множество субъективных причин, о которых газета ВЗГЛЯД подробно писала здесь, но суть в том, что симпатии к России в среде хорватов удивлять не должны, хотя среди самих русских принято симпатизировать их историческим врагам – сербам.
Ностальгия по временам «соцдружбы» и охота до российских инвестиций отразились даже на правой атлантистке Грабар-Китарович. Что и говорить о Милановиче; у него дед – красный партизан, отец – коммунист, партия, наследующая от правящей в Югославии, а самого его дразнят «югославом».
Националисты-«палаточники» даже лозунг такой использовали: «В 1991-м – против Югославии, в 2016-м – против югославов». То есть тех, кто недостаточно ненавидит сербов, а потому недостаточно хорват.
Однако даже искреннему русофилу из числа хорватских леваков в общем и целом необязательно было скатываться в ту антиамериканскую фронду, в которую вдруг скатился Миланович. После возвращения в большую политику из небытия его как будто подменили.
В юности этот человек, по собственному признанию, был хотя и отличником, но бунтарем. Однако это не помешало ему сделать ровную карьеру в хорватском МИДе, где он отвечал по большей части за атлантический курс – за контакты с ЕС и НАТО. Более того, пойдя на несколько обидных для хорватских патриотов компромиссов со словенцами, уже премьер-министром Миланович привел свою страну в ЕС и никогда не давал поводов заподозрить себя в принципиальной нелояльности к политическому Западу (в этом обычно упражняются как раз хорватские националисты, недовольные требованиями считать сербов за равноправных и прочей «либеральной повесточкой»).
Но в 2020 году, при президенте США Дональде Трампе, Миланович в предельно резком тоне обрушился на важнейший проект Вашингтона по сбыванию Европе американского сжиженного газа. Причина, побудившая его к этому, была озвучена прямо – нежелание ссориться с Россией, притом что именно Хорватия в рамках американского проекта должна была приютить порт для СПГ.
Теперь, при президенте США Джо Байдене, Миланович называет его политику на российском направлении «непоследовательной и опасной». Поэтому Хорватия не будет принимать в ней участия и на роль «пожарного» не подпишется.
«Если будет эскалация, то мы выведем из региона последнего хорватского солдата», – заявил президент страны, являющейся полноправным членом НАТО.
Заодно Миланович оттоптался на самых больных мозолях Украины, что вызвало истерику в Киеве с занесением на сайт «Миротворец». Теперь в украинском МИДе требуют опровержения этих слов:
«Украине нет места в НАТО. Когда там сменилась власть, это не было демократическим движением, это было госпереворотом, при котором погибло 50 человек. История была такова: Украина идет на запад, с Россией не советуется, а в ЕС для нее будут мед и молоко. Украина до сих пор одна из самых коррумпированных стран, ЕС Украине ничего не дал».
В этом месте особенно хочется позлорадствовать, поскольку в среде украинских националистов в последние годы сложился настоящий культ Хорватии и «хорватского опыта борьбы с сепаратистами» (строго говоря – культ военных преступлений в Сербской Краине). А теперь брат-хорват украинца головой макает в украинскую сущность. Обидно должно быть.
Увы, эта обида, как и констатация некой дрожи в натовских рядах, – единственное, чем может удовлетвориться Россия. По крайней мере пока.
Реальных полномочий у президента Хорватии немного. Он имеет определенное влияние на вопросы политики и обороны, но в основном власть сосредоточена в кабинете министров. Его председатель Андрей Пленкович не ищет ни ссоры с США, ни конфликта с ЕС, ни особых отношений с Россией, а с президентом Милановичем находится в затяжном и остром конфликте.
Собственно, свое громкое выступление Миланович посвятил как раз Пленковичу, имея в виду, что это он гонит хорватов на Украину тушить американский пожар. В ответ Пленкович сравнил недруга с российским чиновником и подчеркнул суть – хорватских военных в украинском регионе нет, а те, что несли дежурство в Польше, вернулись домой несколько дней назад. То есть эти крики – ради криков, не ради перемен. Пока так.
Это повторяющееся «пока» тут тоже не случайно. Задача – смотреть в будущее, а совсем не в том, чтобы найти и определить в Евросоюзе самого пророссийского президента из числа тех, у кого нет полномочий. Пусть им теперь считается Миланович, как раньше считался президент Чехии Милош Земан. На его родине даже подсчитали: Земана в РФ любят настолько, что упоминают в СМИ гораздо чаще других «декоративных» президентов Европы вроде немецкого, итальянского или австрийского. Но скоро в любом случае перестанут – Земан тяжело болен и малоактивен, через год он оставит свою должность, остатки его влияния растворятся в истории.
Не то – Миланович. Его невозможно назвать идеологическим союзником российских консерваторов (например, как и все социал-демократы Европы, он несет «нагрузку» вроде поддержки гей-браков), но в том, что касается скепсиса по отношению к Америке и нежелания ссориться с Россией, его подход вполне перспективен и не встречает в Хорватии массового сопротивления.
За Милановича в новом, «антиатлантическом» издании активно голосовали не пенсионеры, как за Земана, а крупнейшие города Хорватии и молодежь. То есть у его партии и взглядов на внешнюю политику есть будущее. А это дает робкую надежду на то, что план Вашингтона по окончательному выдавливанию российского влияния с территории Балкан будет реализован не до конца.