Президент Эстонии Керсти Кальюлайд вызвала настоящую бурю в некоторых странах, бегущих за евроатлантическим поездом. «Я бы хотела, чтобы Евросоюз был смелее в вопросе расширения. Нужно какое-то решение для восточных партнеров: либо мы предлагаем им полноценное членство, либо создаем новый формат для трех государств, которые имеют амбиции», – заявила политик в интервью изданию «Европейская правда» (Украина).
Здесь эстонский политик имела в виду Украину, Грузию и Молдавию. Эти три страны «Восточного партнерства» в мае этого года договорились о создании Ассоциированного трио – формата координации евроинтеграционных усилий между их МИДами, а также как инструмент диалога с ЕС по вопросам, затрагивающим интересы всех трех стран. Кроме того, именно эти страны объявили вступление в Евросоюз целью своей внешней политики, закрепив ее в конституциях.
Однако в своей дальнейшей оценке Керсти Кальюлайд устроила данному трио холодный душ: «Вступление в ЕС имеет кучу условий. И откровенно, ни одно из ваших государств не выполняет критерии членства. Вам понадобится 20 лет работы, пока вы дойдете до этой готовности... Все три страны имеют проблемы с судами. Вы не подходите под требования членства в ЕС! ... Мы готовы помогать этим изменениям, но работу выполнять вам. И это тяжелая работа».
А ведь каких-то тридцать-сорок лет назад Эстония была такой же республикой СССР, как Украина, Грузия и Молдавия. Причем Грузия была гораздо более богатой, Украина – более промышленно развитой, а Молдавия – куда более туристически привлекательной. И вот теперь представитель Таллина свысока учит жить другие осколки советской империи.
Отсюда понятно, почему заявление президента Эстонии не понравилось грузинским политикам. В частности, мэр Тбилиси и генсек правящей «Грузинской мечты» Каха Каладзе высказался довольно резко: «Пусть все приглядывают за своими странами. А мы как-нибудь сможем осуществить реформы и сделать все для того, чтобы наша страна как можно скорее стала членом ЕС».
Керсти Кальюлайд упомянула о туманных перспективах европейской интеграции в тот момент, когда Тбилиси получил еще одну возможность продемонстрировать Западу свою верность. Это связано с афганским кризисом.
«Мы – ответственный партнер США, Европы и всего международного сообщества», – заявил премьер-министр Грузии Ираклий Гарибашвили. Так он прокомментировал размещение в Тбилиси военно-транспортной авиации НАТО, а также выполнение чартерных рейсов из Кабула – в страну уже прибыло около 2000 сотрудников Национального фонда поддержки демократии, Международного республиканского института, Азиатского банка развития, МВФ и Всемирного банка. Им дают здесь временное убежище. Вроде бы все за это благодарят Грузию – и тут такое заявление Керсти Кальюлайд.
МИД Грузии пока не ответил президенту Эстонии. Интересно, что в начале августа глава ведомства Давид Залкалиани говорил об иных временных промежутках в отношениях Грузии и Евросоюза. Тогда он заявлял, что Грузия намерена в 2024 году внести заявку на членство в ЕС, а в 2030-м получить статус кандидата. «Мы будем участвовать во всех возможных проектах ЕС и гармонизируем наше законодательство с законодательством Евросоюза», – пообещал он.
Летом этого года в Батуми собрались президенты Грузии, Украины и Молдавии – «ассоциированного с ЕС трио», которые также подтвердили свои устремления в присутствии главы Евросовета Шарля Мишеля.
Но все же когда эти планы могут воплотиться? В интервью газете ВЗГЛЯД авторитетный грузинский эксперт по вопросам внешней политики Сосо Цинцадзе предложил ЕС «честно сказать Грузии, чего ожидать». «Понятно, что Эстония не правит балом в ЕС, но мы должны понять: ее президент высказывает свое личное мнение или же это согласованная позиция Евросоюза. Лучше это знать!» – считает аналитик. Он напомнил, что работавший специальным представителем ЕС на Южном Кавказе до 2011 года Петер Семнеби «как-то сказал, что Грузия может стать членом ЕС через тридцать лет». «Ну вот, десять уже прошло, осталось двадцать. Но надо наконец понять, что реально нас ждет, на что можем претендовать», – отметил Сосо Цинцадзе.
По его словам, «не исключено, что членом НАТО Грузия станет раньше, чем членом ЕС». Эксперт считает, что такой подход может быть обусловлен «изменениями в позиции России, на которую оглядываются в НАТО при решении вопроса Грузии». «Но захотят ли такую страну, как Грузия, в ЕС, пока мы сами не наладим правила порядочной жизни, сомневаюсь», – отметил он.
Похожую реакцию заявление Кальюлайд вызвало и на Украине. «Не Эстония решает, когда Украина будет в ЕС. Там есть такие серьезные страны, как Германия и Франция, – заявил Андрей Рева, бывший министр социальной политики Украины. – Сегодня мы видим, что ни в Германии, ни во Франции рассматривать серьезно вопрос по поводу вступления Украины в ЕС не хотят».
Вице-премьер по вопросам европейской и евроатлантической интеграции Украины Ольга Стефанишина уверена, этими словами президент Эстонии не указывает на проблемы трио, а демонстрирует слабость ЕС: «Лично я вижу в этом заявлении госпожи Кальюлайд очередной сигнал о неготовности ЕС к расширению и попытку объяснить это якобы неготовностью самих стран восточного соседства. Скорость интеграции зависит не только от Украины, но и от ЕС, от политической воли его стран к принятию новых членов. Сегодня мяч на стороне Евросоюза: я считаю, у Украины есть все основания получить официальный статус страны-кандидата в члены ЕС».
По словам вице-премьера, в ЕС не учитывают тех сложностей, через которые вынуждена проходить Украина на пути структурных трансформаций. Она считает, что эффективность реформ, которых ждут от Украины, напрямую зависит от внешней поддержки. А ЕС в этой поддержке отказывает.
Позицию Ольги Стефанишиной можно объяснить на простом примере. Украина – это ослик. ЕС – пассажир. Пассажир не хочет держать над головой ослика хрестоматийную удочку с морковкой. Но обещает дать морковку в конце пути. Ослик то ли не верит пассажиру, то ли не может/не хочет везти его без осязаемой мотивации. Такой вот тяни-толкай.
Любопытно, что рядовым украинцам позиция президента Эстонии даже понравилась. «Она отступает от дипломатичности в пользу честности, и мне это нравится. Надо не радовать себя мыслями, что нас куда-то возьмут, а работать над этим», – написал в комментариях под интервью один из читателей «Европейской правды».
Поддержал позицию президента Эстонии и украинский финансист Сергей Фурса. В своем Facebook*-аккаунте он указал на объективные причины такого нежелания со стороны ЕС: «...лучшая оценка – это оценка деньгами. Потому что люди с деньгами всегда ищут возможность заработать. И если бы они видели в Украине такую возможность, то заработали бы. Уже бы локтями друг друга расталкивали. Ибо где есть недооценка, там есть возможность. Недооценка означает, что сейчас что-то дешевое, а скоро станет дорогим. И что? Толкаются? Бегут? Нет? Так, может, надо подумать почему?..
А что касается 20 лет до вступления в ЕС – это, честно говоря, еще оптимистичная оценка. И это тоже правда. И все об этом знают. Просто вслух сказать стесняются».
Тут следует отметить, что Фурса не только финансист, но и известный лидер мнений. Его позиция обычно совпадает с оценками так называемых еврооптимистов, а также прослойкой молодых украинских политиков, которых принято называть «соросятами». И если в правительстве решили сыграть в «сам дурак» и отзеркалить претензии ЕС, то позиция людей вроде Фурсы скорее такова: президент Эстонии и ЕС все верно говорят и даже смягчают.
Несколько иной взгляд на ситуацию предлагает бывший народный депутат Украины Виталий Журавский. В своем Telegram-канале «Журавский на связи» политик пишет о том, что коррупция, отсутствие правосудия – лишь дежурные отговорки. Настоящей причиной является то, что системные санкции против России не достигли своей цели, а привели даже к ее усилению на международной арене. «Французские, немецкие частные компании хотят отмены санкций против России. И при этом активно развивают свой бизнес в Российской Федерации. На это не могут не реагировать ни Макрон, ни Меркель и их политические силы. Отсюда и нежелание входить в клинч с россиянами».
В Молдавии, еще одной стране, упомянутой Кальюлайд, и власти, и политологи отметились в ответ на это высказывание тягостным молчанием. Маловероятно, что эстонское заявление не заметили, однако возразить на него оказалось нечего.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ