Прежде всего напомним о том, как идет реформа американской морской пехоты. Если кратко – эти войска из десантных превращаются в средство ведения войны на море, вооружаются противокорабельными ракетами и беспилотниками и учатся действовать совместно с флотом против флота противника. Теперь они должны занимать острова и плохо охраняемые важные участки суши, скрытно развертывать на них пусковые установки и экспедиционные передовые базы, на которых будет обеспечиваться дозаправка для вертолетов и, возможно, пополнение боекомплекта, а также действовать против флотов.
Это вполне рабочий концепт, хотя он вызывает серьезное возмущение в США среди консерваторов, не готовых к таким радикальным переменам. Вызывало вопросы и то, что единственной зоной, где такие войска могли бы эффективно применяться, американская общественность видела острова в Южно-Китайском море. Новую морскую пехоту даже называли войсками для одной войны – с Китаем в Южно-Китайском море.
Но вот американцы объявили о новых учениях, в которых реорганизованные части морской пехоты будут отрабатывать новую модель применения – и тут-то и начались сюрпризы. Потому что эти учения пройдут не в Южно-Китайском море против Китая. Они пройдут на Алеутских островах и на Аляске – то есть явно против России. В чем специфика этого ТВД и как «новая морская пехота» может тут себя проявить?
Американская война на востоке Арктики и на Чукотке
Аляска в силу географических факторов имеет существенно более благоприятный для человека климат, нежели наша Чукотка. Так, на Аляске растут деревья, которые на Чукотке выжить не могут почти нигде. Как следствие, на Аляске выше численность населения, намного больше аэродромов и гаваней. На Аляске располагаются базы ВВС США, армии США, Береговой охраны и есть большие резервы по наращиванию их численности.
На Аляске также расквартированы армейские части. Стоит отметить важный момент – это воздушно-десантные части, а именно 172-я воздушно-десантная бригада. Армейская группировка на Аляске чисто наступательная, она активно отрабатывает воздушно-десантные и десантно-штурмовые операции в холодном климате.
Для ВМС США это благоприятный театр военных действий. Он хорошо изучен за время холодной войны. Американские военно-морские группировки могут свободно развертываться южнее Алеут под прикрытием американских сил на островах и потом через проливы между островами сразу же выходить в районы, где идут военные действия. В их тылу при таком развертывании находится крупнейший порт – Сиэтл, до которого несколько десятков часов хода, и там же крупнейшая военно-морская база (ВМБ) Китсапп с ремонтными мощностями и доками. Дотянуться до Сиэтла та же Россия в случае реальной войны сможет только баллистическими ракетами. До флота за Алеутами не может вообще – мобильную цель на таком расстоянии нам сегодня достать нечем. В советские времена эту задачу решала (в том числе там) морская ракетоносная авиация, сегодня ее у России нет.
Опора на отдельные базы
В противоположность США позиции России на Тихом океане крайне уязвимы. Можно даже сказать, что в данном регионе оборона российских границ наиболее беззащитна. Наша оборона на Курилах сводится к буквально нескольким гарнизонам и аэродрому на Матуа, на котором нет постоянной авиационной группировки. Отбить авиаудар с моря с Курил почти нечем, а десант в большинстве случаев туда будет высаживаться без сопротивления – острова всерьез не обороняются.
Севернее идет Камчатка с военным аэродромом в Елизово и рядом аэропортов и аэродромов с бетонными ВПП, в ее тылу, в примерно 800 километрах – Магадан, где тоже есть аэродромы. Здесь есть возможность какое-то время вести войну в воздухе. Но от северной части Камчатки до Певека на береговой линии почти в 3000 километров у России всего два аэродрома с бетонным покрытием – в самом Певеке и в Анадыре, плюс одна бетонная полоса в Провидения. Оба аэродрома находятся на берегу, обороны со стороны моря там нет. Никаких значимых военных сил в Анадыре нет.
Гипотетический захват воздушным десантом США хотя бы Анадыря поставит ВС России в крайне трудное положение. Дойти туда по суше никакие войска не смогут. Вместо этого нужно будет проводить широкомасштабную воздушную наступательную операцию с опорой на буквально пару аэродромов, находящихся на расстоянии 650-1500 километров, завоевывать господство в воздухе в условиях, когда у американцев за спиной масса аэродромов Аляски и авианосцы, и потом через нашу же куцую сеть аэродромов проводить воздушно-десантную операцию по освобождению этого стратегически важного узла.
Если же будет захвачен или выведен из строя еще и Певек, то тогда вообще не остается никаких вариантов – только уничтожать свои же аэродромы вместе с захватчиками и отказываться вернуть свою территорию силой.
В глубине нашей территории на Чукотке у нас никаких аэродромов с бетонным покрытием просто нет, есть горстка вертолетных грунтовых площадок и взлетных полос для легких самолетов. Фактически утрата нескольких аэродромов на Чукотке означает утрату контроля над всей территорией России севернее Магадана и Камчатки и восточнее Колымы. Вернуть ее будет невозможно технически – туда не попасть иначе, чем по морю и воздуху, но по воздуху неоткуда стартовать, а на море – ВМС США. На таком бедном коммуникациями театре военных действий контроль за буквально несколькими точками означает контроль над огромными пространствами, который никто не сможет оспорить. Дело за малым – нанести удар первым, и ситуация станет для атакованного противника безвыходной.
При этом ядерное оружие служит слабой гарантией того, что всего это не произойдет. Ведь противник обязательно ответит на наш ядерный удар своим, и неизвестно, на каком уровне остановится ядерная эскалация.
Ракетная морская пехота
Какую роль в этом всем смогут сыграть американские морские пехотинцы в своем новом облике? Могут ли американцы использовать своих морских пехотинцев с пользой в таких операциях? Да, и с немалой.
Еще до начала военных действий части морской пехоты с противокорабельными ракетами могут быть развернуты на том же Адаке, на острове Святого Лаврентия недалеко от Берингова пролива, на американской стороне этого пролива. Это создаст зоны, через которые российские корабли в ходе военных действий не смогут ходить, не попадая под ракетный удар с берега. Так, Берингов пролив будет блокирован полностью, в Аляскинский залив надводным силам тоже будет не попасть.
С началом военных действий подразделения морской пехоты смогут высадиться на не обороняемых островах Курильской гряды, превращая этот архипелаг в американский оборонительный рубеж, и оборудовать там передовые площадки для вертолетов, которые смогут заправляться на них и пополнять боекомплект. Такие же пункты обслуживания могут быть оборудованы и на континентальном побережье РФ. Это даже без поддержки основных сил ВМС даст американцам возможность находить с помощью вертолетов и БПЛА не уничтоженные еще российские корабли и атаковать их с земли с помощью ракет. Флот же, не скованный необходимостью обеспечивать в контролируемых морпехами акваториях постоянное присутствие крупных сил, сможет вести дальнейшие наступательные действия, не раздробляя силы.
Таким образом, при гипотетическом вторжении США в Россию с востока (как и предполагалось сделать в 1980-х в ходе войны с СССР), морская пехота оказалась бы для США весьма полезной, и именно в своем новом облике.
До недавнего времени все это было голой теорией. Скептики всегда могли бы сказать, что все это ерунда – и вообще, США готовятся воевать с Китаем, а не с нами. Но теперь этот аргумент не работает. Уже объявлено, что в начале мая ВМС США и морская пехота начнут на Аляске и в акваториях вблизи российской территории учения по отработке именно таких операций.
Учения Northern Edge
C 3 по 14 мая на Аляске и в Аляскинском заливе пройдут учения Northern Edge – что примерно переводится «Северная режущая кромка лезвия». В них американцы как раз и будут отрабатывать все вышеописанное, только без армейских частей – войну за захват господства в воздухе при полетах с Алеутских островов, взаимодействие с авиацией авианосной ударной группы и действия морской пехоты по созданию передовых площадок для посадок и обслуживания авиации на территории противника. Из состава морской пехоты будет действовать 15-й экспедиционный отряд (MEU – marine expeditionary unit). Отряд будет действовать с десантных кораблей и поддерживаться ракетными кораблями.
ВВС США направляют 200 боевых самолетов. На авианосце, видимо, будет стандартная группа из 24 перехватчиков и такого же количества ударников (все на самолетах F/A-18, просто подготовка пилотов разная), плюс самолеты дальнего радиолокационного обнаружения Е-2С «Хокай». Вероятно участие морпеховских «вертикалок» F-35B с десантного корабля, видимо, их будет не более шести единиц.
Предположительная численность сил, участвующих в мероприятии «на земле» – 10 000 человек, не считая сил морской пехоты и флота. Американцы радостно говорят, что в задачу учений входит показ молодым поколениям воинов облика войн будущего. Нам же стоит уже всерьез подумать о том, где американцы собираются вести эти «войны будущего». Точно ли в Южно-Китайском море? Может быть, на самом деле где-то еще?
Невеселые выводы
То, что Чукотка беззащитна, очевидно, но надо понимать, что у нас вообще в Арктике проблемы, если говорить о восточной части страны. Да, Минобороны по-крупному вложилось в военные базы в последнее время, но они все вытянуты вдоль берега, глубины у нашей обороны просто нет. Если внешнюю линию авиабаз уничтожить, то за ней огромная пустота размером с Сибирь. Стоило бы задуматься о создании небольшой сети тыловых аэродромов, хотя бы в 500-600 километрах от берега, в глубине, но не сильно далеко, и о том, как их прикрывать в случае войны.
Но можно было бы поставить вопрос и несколько шире. В некоторых слоях российского общества распространено опасное благодушие, описываемое выражением «войны все равно не будет». Присутствует убежденность, что ядерную державу никто не тронет. Но игнорировать подготовку к тому, чтобы все-таки «тронуть», уже невозможно.
Учения Northern Edge – еще одно маленькое звено в длинной цепи американских подготовительных мероприятий. И воевать их морпехи готовятся как минимум не только в Южно-Китайском море. Эти учения – ключевой сигнал о том, что американцы реально готовятся к агрессивным боевым действиям против России, в том числе на нашем Дальнем Востоке.