Вооруженные методы распространения «мягкой силы» зачастую порицаются как аморальные и неэффективные. Американская политика привнесения «демократии на крыльях бомбардировщиков» не привнесла в страны-реципиенты ни демократии, ни демократизации – лишь разрушения и сотни тысяч смертей. Что же касается торговли оружием, то Соединенные Штаты хоть и лидируют в этой отрасли, но их продажи уже не являются способом продвижения американского контроля над третьими странами – слишком много условий и ограничений Штаты ставят для потенциальных покупателей.
Однако там, где Вашингтон растрачивает успех, Анкара его увеличивает. Турции – а точнее, Реджепу Эрдогану – удалось успешно интегрировать торговлю оружием в общую турецкую концепцию «мягкой силы».
Создали с нуля
«Турецкие власти исповедуют идеологию хаба. Турция, не обладающая достаточным количеством ресурсов, пытается использовать ресурсы других стран. Формирует там подконтрольное лобби и работает с ним – в том числе и для того, чтобы именно Анкара получала заказы на те или иные образцы вооружений», – говорит газете ВЗГЛЯД старший научный сотрудник ИМЭМО РАН, доцент Дипломатической академии МИД РФ Владимир Аватков.
Благо туркам есть что продавать – за 10-е годы Анкара создала вполне себе конкурентную военную промышленность. «В последние годы Турция занимается активным развитием собственного военно-промышленного комплекса. Она создает танк «Алтай», вертолет «Атак», различные ракеты (в том числе крылатую). Все это стало возможным благодаря тому, что власти начали уделять большое внимание снижению зависимости от внешнего мира и развитию собственного ВПК. Для этой цели привлекаются лучшие умы Турции, а также специалисты из других стран, в том числе западных и постсоветского пространства (которым предлагаются очень выгодные условия взаимодействия с Анкарой)», – продолжает Владимир Аватков.
И венцом турецкого ВПК на сегодняшний день считаются ударные беспилотные летательные аппараты (БПЛА), в частности «Байрактар». «Мы входим в тройку лидеров в мире по производству БПЛА», – заявил Реджеп Эрдоган.
Если турецкий президент преувеличивает, то лишь ненамного – в четверку стран (вместе с США, Израилем и Китаем) Турция точно входит. В любом случае колоссальное достижение, учитывая тот факт, что 11 лет назад такого производства на турецкой территории вообще не было – Анкара покупала беспилотники у Израиля.
После того, как в 2010 году Эрдоган с Израилем разругался и Тель-Авив отменил все оборонные контракты с Анкарой, а Вашингтон отказался заменить поставки израильских беспилотников своими, турецкие власти приняли решение создавать собственные ударные БПЛА. В итоге фирма талантливого инженера Сельчука Байрактара сконструировала одноименный беспилотник, а сам инженер получил полную поддержку и признание Эрдогана (в том числе и в виде руки младшей дочери турецкого президента Сумейи). Явив тем самым редчайший пример того, когда подобный непотизм идет на благо государства – «Байрактары» очень быстро стали самой настоящей визитной карточкой турецкой оборонки.
Дешевые, надежные, рукопожатные
Эти дроны позиционируются как оружие нового времени – сравнительно недорогое средство, которое позволит сравнительно небогатым странам побеждать в региональных конфликтах. И логика в этом есть.
Так, БПЛА действительно стали новым словом в локальных войнах, особенно проходящих в труднодоступной местности. Их возможностями пользуются не только государства, но и различные группировки – в частности, йеменские хуситы, которые при помощи ударных беспилотников не только атакуют боевые порядки противников, но и совершают налеты на объекты инфраструктуры Саудовской Аравии.
Да, дроны сравнительно неэффективны для борьбы с противником, имеющим современную систему ПВО – что показали, например, попытки сирийских террористов использовать беспилотники для атаки на российскую базу Хмеймим, однако страны третьего мира и не собираются воевать против сверхдержав. Беспилотники нужны им для конфликтов с государствами их уровня, а также террористическими и иными группировками.
Из всех же дронов, имеющихся на рынке для стран третьего мира, «Байрактары» – самые доступные. Дело в том, что у американцев и израильтян существуют ограничения на продажу оружия в третьи страны (в том числе и внутриполитического характера), поэтому турецкие власти называют своим главным конкурентом Китай. И вроде бы как Китай должен быть впереди. «Да, турецкое оружие имеет свои преимущества, но все-таки оно достаточно сырое. И сложно говорить о его превосходстве над качественным российским или дешевым китайским», – говорит Владимир Аватков. Однако, с другой стороны, турецкие дроны более разрекламированные (за счет кадров их применения в Ливии и в Нагорном Карабахе), а также более рукопожатны.
Дело в том, что США продолжат вводить санкции против китайской оборонки – в том числе и наказывать тех, кто будет покупать китайскую технику. Кроме того, дроны нужно обслуживать и обеспечивать запчастями – а значит, необходимо продолжать сотрудничать с их производителем, в данном случае Китаем, попадая за это сотрудничество под новые санкции. Турция же является страной – членом НАТО, и против нее таких санкций вводить не будут.
Да, у турок тоже есть свои проблемы. Дело в том, что «Байрактары» не совсем турецкие дроны. Значительная часть их начинки импортируется из стран Запада и даже из Китая. И в 2020 году канадцы уже заявляли о приостановке продажи оптико-электронных систем (ОЭС) к «Байрактарам» из-за того, что «канадские технологии использовались в ходе войны в Нагорном Карабахе».
Казалось бы, это звучит странно – все-таки ударные беспилотники предназначены для ведения боевых действий, а не для полива садов. Однако, с другой стороны, Канаду тоже можно понять – она не хочет ассоциировать себя с участием в конфликте на стороне Азербайджана, к которому у западных стран много претензий. Ну и заодно канадцы – как и многие другие – недовольны резким ростом турецкого оружейного экспорта, который угрожает позициям других западных производителей.
Впрочем, турки решили проблему – разработали и внедрили свою ОЭС. Пусть в ней сейчас тоже достаточно иностранных компонентов, однако Анкара продолжает увеличивать локализацию производства.
Всем, всем, всем
В итоге на сегодняшний день турецкие дроны – одни из самых популярных и уж точно самые распиаренные. Их применение в ливийской гражданской войне многих впечатлило, а использование Азербайджаном во время боевых действий на территории Нагорного Карабаха впечатлило еще больше. Полтора десятка стран уже получили или подписали контракты на покупку «Байрактаров» – и в большей части из них дроны несут на своих крыльях турецкие национальные интересы. «Создав интеграционные платформы с тюркскими государствами постсоветского пространства в области науки, культуры, образования и политики, Турция теперь пытается формировать и общее пространство безопасности. Именно поэтому ей важно обучать военнослужащих тюркских государств, а также продавать свое оружие в эти страны», – говорит Владимир Аватков.
Однако «Байрактары» помогают Турции защищать свои интересы не только на тюркокультурном пространстве (в той же Киргизии, которая первой из государств ОДКБ, опасающихся экспорта радикалов из Афганистана, заинтересовалась «Байрактарами»). Так, например, договоренность о продаже «Байрактаров» Объединенным Арабским Эмиратам стала одним из элементов столь нужного Эрдогану улучшения отношений с этой важной на Ближнем Востоке страной (в ноябре 2021 года кронпринц Эмиратов посетил Турцию с официальным визитом – впервые с 2012 года).
Продажа «Байрактаров» Украине (которая стала для Киева крупнейшей покупкой в области боевой авиации за 30 лет) рассматривается как способ закрепиться в Незалежной и дать Анкаре инструменты контроля над течением украинского кризиса – своего рода ответ на действия РФ в Сирии, которую турецкие власти считают своей сферой влияния.
Это сотрудничество многостороннее – Турция рассчитывает получить на Украине столь важные для БПЛА авиадвигатели, которые сама производить не способна.
Кроме того, в октябре турки договорились о поставках «Байрактаров» в Эфиопию. Аддис-Абеба сейчас ведет не слишком удачные боевые действия против повстанцев в Тыграе, и ей очень нужны современные боевые дроны. Туркам же нужно усиление своих позиций в Эфиопии – в том числе и для оказания давления на Египет, который рассматривается Анкарой в качестве одного из основных соперников Турции на Ближнем Востоке. Отношения Каира и Аддис-Абебы балансируют на грани военного конфликта, поэтому египетские власти не хотят усиления боевых возможностей эфиопских коллег.
По некоторым данным, Каир попросил Америку и Европу каким-то образом заблокировать сделку – и эта просьба ни к чему не привела. Цифры показывают резкий рост показателей «авиационного и оборонного экспорта» из Турции в Эфиопию, однако точных данных о номенклатуре поставок пока нет. Впрочем, не исключено, что их скоро увидит весь мир – в виде новых рекламных роликов, посвященных эффективному применению «Байрактаров».