«Больше русских книг» – такой позицией поразила украинских читателей украинская же сеть книжных магазинов «Є». Поразила настолько, что особо патриотичные читатели собираются ее бойкотировать. Можно было бы поблагодарить такого неожиданного союзника, но эта ситуация настолько многослойна, что в ней стоит разобраться более детально.
Пелевин за полторы цены
Итак, сеть книжных магазинов «Є». Желание продавать больше литературы на русском языке возникло у ее руководства не от хорошей жизни. И уж, конечно, не от любви к русскому слову.
«...50-70% в обороте крупных книготорговых структур составляет российская книга (как импортированная, так и изданная на Украине. Главная причина продвижения ретейлом русской книги – привлекательные условия (большая маржа). Возможность создавать привлекательные условия определяется прежде всего преимуществами в себестоимости российского продукта по сравнению с украинским (меньшая стоимость авторских прав и перевода на один экземпляр). Российский книжный бизнес всегда может рассчитывать на поддержку собственного государства в продвижении своего продукта на Украине», – объясняют ее представители.
Какая-то особая поддержка государством российского книгоиздания – это, видимо, что-то из области украинской мифологии о России. Тем более, что эта самая поддержка есть как раз у украиноязычной литературы: украинские издательства освобождены от уплаты НДС. В отличие от российских.
Но это далеко не все. Изданную в России книгу еще нужно привезти на Украину. Учтем, что книги некоторых российских издательств (независимо от их содержания) продавать на Украине запрещено, они находятся под украинскими санкциями. Отдельно есть внушительный и регулярно пополняемый Index Librorum Prohibitorum – перечень книг, запрещенных к ввозу и продаже.
Но даже без этих оговорок «Непобедимое Солнце» Виктора Пелевина в книжных магазинах России можно приобрести за 829 рублей. А вот украинскому читателю она обойдется в 459-485 гривен (1232-1302 рубля). Разница почти в 50%. То есть эта наценка позволяет продавцам покрыть издержки, сложности с ввозом российских изданий на Украину, заплатить НДС и все равно оставаться в большем плюсе, чем если бы они торговали книгами ведущих украинских писателей.
Сеть магазинов «Є» заговорила об этом неслучайно. Дело в том, что в далеком 2007 году «Є» открывалась как принципиально украинский книжный магазин. Говорящие только на украинском продавцы (13 лет назад даже в Киеве такое было в диковинку), книги украинских издательств и, конечно же, на украинском языке. Нет, книги на других языках там, конечно, тоже были, но не на русском – такова была позиция, как и с языком персонала. Но тогда были другие времена и из политической позиции можно было лепить бизнес-стратегию. Хотя даже 10 лет назад только 42% украинцев покупали хотя бы одну книгу за полгода, а более 10 книг в год приобретали только 20% (результаты исследования GfK Ukraine за 2010 год).
Сегодня объективно оценить книжный рынок Украины сложно еще и потому, что он значительно «посерел»: контрабанда, контрафакт, левые тиражи. Зато известно, что в среднем на Украине печатают примерно 1-1,1 книги на человека в год (в России – четыре). Хотя сами по себе эти факты уже говорят о том, что работать по правилам и оставаться на плаву в украинском книжном бизнесе трудно. И книги на русском – то немногое, что пока держит украинские торговые сети на плаву: «Нравится ли нам это положение вещей? Нет. В силах ли мы, как книготорговая сеть, его изменить? Нет. Можем ли мы игнорировать эту реальность? Нет... «Книгарня Є» вынуждена учесть вышеуказанные обстоятельства при планировании своей дальнейшей работы».
Без русской книги украинским магазинам не выжить
Все это – не просто попытка оправдаться перед ультрапатриотами, которые все эти годы были основной целевой аудиторией сети. На самом деле «Є» таким образом отвечает на обвинения. Оказалось, предъявить есть что.
Во-первых, «Є» неспроста упомянули стоимость авторских прав. Основная беда украинской книги – постоянно сокращающийся рынок. Украинцев просто физически становится меньше. Соответственно, падают тиражи (средний тираж книги на Украине сегодня, по словам директора издательства «Фолио» Александра Красовицкого – 1200 экземпляров), издательства вынуждены экономить на переводчиках и повышать стоимость книг. Тогда как русский перевод той же книги можно купить дешевле и сам он, нередко, будет переведен качественнее. Поэтому книжные ультрапатриоты очень негативно относятся к продаже книжными магазинами русских переводов, если книга была переведена на украинский.
Яркий пример – посещение Владимиром Зеленским литературно-художественного фестиваля «Толока» в конце августа: «В руках у главы государства книга Бакмана «Медвежий угол». Хороший выбор, потому что это – лучший роман Бакмана... Правда, это книга московского издательства «Синдбад». Хотя «Медвежий угол» переведен на украинский язык замечательным киевским издательством «Книголав». Почему глава государства на украинском книжном фестивале перед камерами выбирает книгу, изданную в Москве? В то время, как на рынке есть такая же украинская? Особенно в условиях, когда украинские издательства страдают из-за конкуренции с московскими акулами, съедающими и без того маленькие отечественные тиражи?» – возмущалась тогда украинская журналистка Эмма Антонюк.
Оказалось, что сеть «Є» провинилась куда сильнее Зеленского. В ее ассортименте десятки русских переводов, имеющих украинские аналоги. Во-вторых, в вину сети ставят продажу книг издательства «Альпина» (украинская дочка российского издательства «Альпина Паблишер»).
Это еще прошлогодняя история. Из-за усложнения доступа на украинский рынок российские издательства стали открывать на Украине свои филиалы.
И тогда «Є» выступила с гневными обличениями, назвав такую практику «угрозой новой российской оккупации книжного рынка». В основном этот гнев и обличение сеть направила против Yakaboo – книжного интернет-магазина, который тут же взялся торговать продукцией издательства «Альпина»: «Мы призываем украинские издательства занять четкую позицию несотрудничества с каналами продвижения «русского мира». Причем тогда «Є» даже сама грозила издательствам, которые продолжат сотрудничать с Yakaboo, отлучением от своих полок.
Но после того, как ультрапатриоты начали в Facebook* ставить неудобные вопросы, «Є» оперативно удалила прошлогодний пост, посвященный «Альпине», Yakaboo и другим «книжным щупальцам русского мира». Объяснение происходящему дает Александр Красовицкий. В июле он опубликовал в Facebook своего рода прогноз на 2020 год. Он прогнозирует «закрытие 20% книжных магазинов, закрытие 10% издательств, падение суммарного тиража [на] 60%, трехкратное падение покупки прав на перевод зарубежных хитов, падение оборота книжной торговли на 40%». И это не только влияние эпидемии и карантина.
В 2016-2018 годах книжные ультрапатриоты торжествовали, радовались падению доли русскоязычной литературы, росту продаж украинской книги. Однако оказалось, что этот рост и это падение – лишь до тех пор, пока российские издательства не перестроили каналы продаж и не перенесли печать книг непосредственно на Украину. Попытались бойкотировать – не вышло. А потом грянул карантин и скрепя сердце пришлось признать, что русскоязычная литература дает большую маржу, без которой теплый ламповый мирок украинской книги просто не выживет.
***
По сути, в этой местечковой истории отражаются не только перипетии украинского книгоиздания, но и украинская самостийность во всех ее проявлениях. Суверенное украинское государство относительно неплохо себя чувствовало до тех пор, пока Россия была торговым партнером № 1, а ежегодный экспорт достигал 20 млрд долларов. Теперь же оно потихоньку валится на бочок, а граждане разбегаются кто куда.
Глядишь, и очередная власть заявит: «Нам это, конечно, не нравится, но посмотрите, как выгодно налаживать с этими русскими добрососедские отношения».
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ