Первый заместитель председателя комитета по вопросам финансов, налоговой и таможенной политики Верховной рады Ярослав Железняк заявил о том, что в бюджете Украины дыра – не хватает по меньшей мере 40 млрд гривен (1,41 млрд долларов США по текущему курсу). Нет, Украина пока не банкрот, уточняет депутат. Но текущих доходов ей хватает лишь на самый минимум: на зарплаты и пенсии бюджетникам, на обязательства по внешнему долгу, плюс оборонные расходы пока кое-как финансируются. На этом все.
Почти синхронно с заявлением Железняка Лычаковский районный суд Львова и Шевченковский районный суд Киева приостановили рассылку корреспонденции: в судебной системе Украины денег нет даже на марки и конверты.
Попробуем разобраться в хитросплетениях украинских финансов.
Политические интриги
Прежде всего следует сказать, что в заявлении Железняка нужно учитывать его партийную принадлежность. Железняк входит в депутатскую фракцию «Голос» – политическую силу, которую на выборы вел украинский певец Святослав Вакарчук. Партия тяготеет к ЕС Петра Порошенко, а потому заявление Железняка – это не «спасайся кто может», а скорее шпилька в бок правительству Украины и Зеленскому.
«Голос», как и партия Порошенко, упертые «заевропейцы» и поклонники прочих западных «друзей» Украины. Поэтому в заявлении Железняк всячески их выгораживает: «...Была огромная дыра в бюджете, которую хотели закрыть благодаря МВФ, ЕС и Всемирному банку. Но денег нам больше никто не даст – из-за позорных решений по антикоррупционной системе и независимости Нацбанка. А государство больше денег не заработало».
Независимость Нацбанка – несмешной анекдот: украинские финансы после фактического дефолта Украины в 2015 году находятся на коротком поводке перечисленных депутатом структур. Что же до обнуления антикоррупционной вертикали, то это решение КСУ, а не Зеленского. И для его отмены президенту необходимы диктаторские полномочия, которых не было ни у одного украинского президента.
Насчет «государство не заработало» – это тоже неправда. За пару дней до заявления Железняка Государственная налоговая служба Украины отчиталась по выполнению годового плана по доходам общего фонда госбюджета. При запланированных 458 млрд гривен налоговики собрали 460. Причем до конца года остается еще более пяти недель, то есть по итогам года плюс будет еще большим. Учитывая специфику 2020 года – отличный результат.
Недозаняли
Впрочем, эта фраза Железняка дает нам понимание нескольких связанных причин внезапной финансовой дыры. Во-первых, в бюджет текущего года депутаты заложили явно невыполнимый план по заимствованиям. Уже в конце 2019 года 365 млрд гривен (чуть менее 13 млрд долларов США) расходов было решено профинансировать за счет внутренних и внешних кредитов. Однако в апреле 2020 года, на фоне эпидемии и карантина, ВР внесла изменения в закон о госбюджете. После чего размер заимствований вырос до фантастических 643 млрд гривен (22,5 млрд долларов США).
Из них на внешние заимствования приходилось 265 млрд гривен, из которых почти 100 млрд (3,5 млрд долларов США) планировалось занять у МВФ по 11-й программе сотрудничества, утвержденной в июне 2020 года. Однако Украина получила только первый транш (2,1 млрд), тогда 2-й и 3-й транши (сентябрь и декабрь 2020 года, по 700 млн долларов) не получила – и, скорее всего, не получит. Особенность текущей программы сотрудничества – деньги идут не в резервы НБУ, а непосредственно в бюджет. А значит, как минимум половина дыры, о которой говорит Железняк, на совести МВФ (700 млн долларов США 2-го транша).
Тут мы снова возвращаемся к вопросу «кто виноват» – может, действительно украинское правительство? Экономист Виктор Скаршевский считает, что в данном случае его вины нет.
Он напоминает, что механизм получения траншей у текущей программы простой. Есть девять структурных маяков. Маяки выполняются – выдается транш. «...для получения второго транша в сентябре 2020-го в сумме 700 млн долларов Украина должна была выполнить всего один структурный [маяк] – Нацбанк должен был утвердить до конца июня программу по сокращению проблемных кредитов в государственных банках. Что успешно было сделано. Если подходить чисто формально, то Украина должна была беспроблемно получить 2-й транш». Более того, маяки для следующего транша также выполнены. А значит, дело действительно в обнулении антикоррупционной вертикали, которое МВФ сильно не понравилось.
В целом же за январь–октябрь план по заимствованиям внутри страны был выполнен на 80% (недобор 62 млрд гривен), на внешних рынках – на 71% (минус 71 млрд гривен).
Считают копейки
Продолжим разбирать заявление депутата. 40 млрд гривен, о которых он говорит, это не просто «нет денег», а «совсем-совсем нет денег». В интервью, опубликованном 18 ноября, Железняк оценивает дыру в 150 млрд гривен, то есть чуть больше невыполнения плана по заимствованиям. Но оговаривается, что примерно 100 млрд из этой суммы правительство наверняка найдет как закрыть или хотя бы прикрыть. По его оценке, до 80 млрд еще можно успеть занять на внешних рынках – пускай, и под дикие проценты, еще 20 млрд возьмут за счет невозвращения НДС экспортерам. А вот что делать с оставшейся суммой – двумя неполученным траншами – пока не придумали.
Между тем даже эта сумма может увеличиться как минимум на 20-30 млрд гривен. С середины ноября на Украине ввели так называемый карантин выходного дня: в субботу и воскресенье ТРЦ, общепит, прочие заведения, не относящиеся к критической инфраструктуре, закрыты.
Это ставит бизнес на грань выживания (те же рестораны и кинотеатры живут как раз за счет субботней и воскресной выручки), но позволяет избежать полноценного локдауна, к которому уже вернулись некоторые страны. В этих условиях «...самая простая программа поддержки – выплата пяти тысяч гривен минимальной зарплаты всем занятым в пострадавших областях сферы услуг (около четырех миллионов человек) – стоит 20 млрд в месяц. Этих денег сейчас просто нет», – пишет бывший первый заместитель министра экономики Павел Кухта.
По оценке пообещавшего бизнесу помощь Зеленского – вдвое меньше: «Если вы ФЛП (физическое лицо-предприниматель – прим. ВЗГЛЯД) и вынуждены закрыть, например, свою кофейню. Или если вы наемный работник и вас увольняют, потому что кофейня закрывается, вы сможете получить помощь в размере восьми тысяч гривен... По подсчетам, более одного миллиона граждан смогут получить помощь по этой программе. А ее общий объем составит почти 10 млрд гривен». Однако и 10 млрд дополнительных расходов в месяц – тоже деньги.
Которых, как помним, нет. Тот же Кухта утверждает, что еще с 9 ноября Минфин перешел фактически на военное положение: чиновники до позднего вечера скребут по сусекам, собирая поступающие платежи. После чего формируют пул платежей на следующий день: расходы, которые совсем нельзя не профинансировать. Все остальное, вроде денег на марки и конверты для судов, отправляют в очередь. По оценке Скаршевского, по итогам года такая очередь может составить порядка 10% расходной части бюджета, то есть около 100 млрд гривен.
Быть ли дефолту?
Станет ли эта дыра и все сопутствующие обстоятельства причиной очередного дефолта Украины? О дефолте пока если и говорят, то переносят его на осень будущего года, когда Украине одним махом предстоит вернуть 3 млрд долларов. Текущие же проблемы украинская власть решает по методу тришкина кафтана.
Эпидемия COVID-19 пока не привела к снижению бюджетных доходов – как видим, они даже выросли. Однако причина этого не в цветущем состоянии экономики. Бюджету помогла девальвация гривны. В прошлом году ее среднегодовой курс к доллару составлял 25,7 гривны, тогда как в этом – 27,5–27,7. Поэтому то, что бюджет недобрал на налогах и весеннем локдауне, ему компенсировал рост акцизов и сборов с импорта. Но специфика тришкина кафтана в том, что каждая новая «заплатка» на нем должна быть больше предыдущей. А во время эпидемии и кризиса мировые финансовые структуры (как и украинское правительство) перешли на военное положение и раздают деньги весьма неохотно, отправляя третьестепенных просителей в очередь.
В лучшем случае Украине предстоит как минимум год жесткой диеты. В худшем – ради новых займов и/или реструктуризации старых долгов придется лезть в еще более жестокую кредитную кабалу, чем пять лет назад.