То, что «Альтернатива для Германии» стала третьей по силе партией страны, стало банальным фактом еще в 2017-м. Это случилось после выборов в Бундестаг, на которых евроскептики и националисты (в более чем мягком понимании этого слова) получили 12,6% и сформировали третью по численности парламентскую фракцию. В прошлом году по опросам они стали периодически выходить на второе место, обгоняя социал-демократов – а на востоке страны, в бывшей ГДР, в этом году и вовсе стали самой популярной партией.
Поэтому германские элиты с таким напряжением ждали выборы 1 сентября, когда восточные немцы должны были избрать ландтаги Саксонии и Бранденбурга. Опросы показывали рост популярности «Альтернативы» и вероятность ее выхода на первое место. И это при том, что против них велась усиленная агитация и все остальные участники выборов заранее говорили о том, что ни в коем случае не войдут с ними в коалицию.
Поэтому когда были подведены итоги и выяснилось, что «Альтернатива» пришла второй, комментаторы стали говорить, что все не так уж и плохо. На сайте «Дойче велле» вообще появилась статья под заголовком «Выборы на востоке Германии стабилизировали правительство Меркель». Мол, раз в Саксонии на первом месте удержалась ХДС, а в Бранденбурге СДПГ, то обе партии правящей в Берлине коалиции могут немного «выдохнуть». Но это, конечно, верно только с той точки зрения, что полной катастрофы для правящей коалиции не случилось – могло быть еще хуже. При этом невозможно спорить с заявлениями лидеров «Альтернативы» о том, что на этих выборах есть только один победитель – и это их партия.
Действительно, в Саксонии «Альтернатива» получила более 27% голосов по сравнению с 9,7% на прошлых выборах пять лет назад. Да, она отстала от ХДС на пять процентов (при этом партия Меркель потеряла 7,5%), но фактически утроила свой результат. В Бранденбурге «альтернативщики» прибавили чуть меньше: «всего лишь» вдвое, получив 23,7% против 12% на прошлых выборах. Тут их обошла СДПГ с 26%, потерявшая почти шесть процентов. В обеих землях сохранится прежняя власть, хотя для создания новых коалиций придется привлекать другие партии, в первую очередь «зеленых». Понятно, что будет сделано всё для того, чтобы и дальше не подпускать «Альтернативу» к власти, но с каждым годом это будет сделать все труднее.
Системные немецкие партии не хотят признавать реальность: все попытки дискредитации «Альтернативы» не просто бесполезны, но и дают прямо противоположный результат. Все шесть лет существования этой партии, бросившей вызов немецкой политической элите и правилам политкорректности, то есть замалчивания тех или иных неудобных тем (будь то евроинтеграция или миграция), ее пытаются изобразить нерукопожатной, радикальной, неприличной. Называют ультрарадикалами, националистами (в Германии этот термин элиты используют практически в качестве ругательства), чуть ли не фашистами.
Но с каждым годом за «Альтернативу» голосует все больше людей – и не нужно быть оракулом, чтобы предсказать, что с каждым годом ее позиции будут и дальше крепнуть.
И в краткосрочной перспективе «Альтернатива» станет сначала уверенно второй партией страны, а потом и первой.
Остановить «Альтернативу» у немецкого политического класса не получится. Да, даже когда она будет выигрывать выборы, то есть получать относительное большинство голосов, ее можно будет и дальше держать в изоляции. То есть формировать различные варианты коалиций, в которых не будет места «нехорошим немцам». Ну и что, за нее будет голосовать четверть, а потом и треть всех избирателей – с такими взглядами нельзя быть у власти, будут говорить немецкие руководители. Ради защиты демократии мы можем изолировать радикальное меньшинство. Германские элиты делают ставку именно на такую стратегию, просто потому, что ничего другого сделать не в состоянии. Ведь само появление «Альтернативы» и рост ее популярности – это следствие глубокого кризиса, в котором оказались системные партии и профессиональные политики: им не верят, их не хотят видеть у власти.
Единственным эффективным способом остановить «Альтернативу» могло бы стать изменение самих «старых» партий, в первую очередь так называемых народных – ХДС и СДПГ. Но правящие партии не хотят меняться, хотя на региональном уровне их лидеры делают попытки подстраиваться под народные ожидания. Например, в той же Саксонии местный премьер-министр Михаэль Кречмер уже давно сдвигается в сторону от обычной линии его Христианско-демократической партии (не только, кстати, по вопросу мигрантов, но и по поводу необходимости налаживания отношений с Россией). Если бы не он, ХДС проиграла бы Саксонию «Альтернативе».
ХДС не хочет меняться, потому что Меркель крепко держит власть в своих руках, лишь формально уступив место главы партии Аннегрет Крамп-Карренбауэр. Но как только Меркель уйдет, в партии начнется выяснение отношений. И это может произойти в любой момент. Ведь сохранение Меркель у власти до следующих выборов в 2021 году возможно только в одном случае – если сохранится действующая в Берлине коалиция. То есть социал-демократы будут и дальше соглашаться на то, чтобы работать «донором для Меркель».
Если они покинут коалицию, Меркель потеряет пост канцлера: хотя она может и не идти на внеочередные выборы и попытаться сформировать новое правительство со свободными демократами и «зелеными», никто из них не захочет видеть ее во главе кабинета.
Но почему СДПГ продолжает сохранять верность Меркель – хотя всем давно уже понятно, что нахождение в правящей коалиции убивает эту партию? В этом году на выборах в Европарламент она получила 15,7%, но это не предел падения. К 2021 году ее рейтинг может свалится до 10% – и тогда она скатится даже не на третье, а на четвертое, а то и пятое место. А ведь речь идет не о простой партии: СДПГ – это главная социал-демократическая партия не просто Германии, но и Европы в целом. Собственно говоря, с нее и началась вся социал-демократия, от которой потом отпочковались и коммунистические партии. И эту партию приносят в жертву Меркель?
За более чем полуторавековую историю СДПГ (а это старейшая партия Германии и единственная, сохранившаяся в ФРГ с довоенного времени) переживала разные времена. Но она стала первой партией страны еще в 1890 году. Тогда, впрочем, ее, как и сейчас «Альтернативу», не пускали к власти. Позже она все-таки вошла в имперское правительство, а после 1918 года и ликвидации монархии и вовсе взяла власть – и в разной форме участвовала в ней до победы Гитлера. Потом была запрещена и возродилась после 1945-го.
Долгие годы была в оппозиции, но в середине 60-х вошла в коалицию, в 1969-м и вовсе победила на выборах. За тринадцать лет правления СДПГ среди прочего были восстановлены отношения с СССР. Но потеряв власть в 1982-м (из-за бегства младшего партнера по коалиции), социал-демократы смогли вернуть ее лишь в 1998-м, когда канцлером стал Герхард Шредер. Он проиграл в 2005 году выборы Меркель, но и тогда партия не ушла от власти, став младшим партнером в коалиции с ХДС. В оппозиции СДПГ оказалась только в 2009-м, но уже в 2013-м вернулась к союзу с христианскими демократами. То есть за последние 20 лет партия только четыре года была в оппозиции, но ничего хорошего нахождение у власти ей не принесло.
За последние два с половиной года у партии сменилось три руководителя. И вот уже несколько месяцев она вообще существует без председателя. Последний лидер, Андреа Налес, ушла в отставку в июне после провальных выборов в Европарламент, и сейчас партию возглавляет временная «тройка».
До конца года СДПГ должна избрать себе руководителя и определиться с тем, как ей жить дальше. Ни один заботящийся о будущем партии лидер не оставит ее в коалиции с Меркель,
но сумеет ли такой кандидат избраться?
Сейчас главным социал-демократом страны, по сути, является Франк-Вальтер Штайнмайер, президент ФРГ. Он короткое время возглавлял партию перед выборами 2009 года и даже был ее кандидатом в канцлеры. Но те выборы партия проиграла и решила даже не входить в коалицию с Меркель. При этом Штайнмайер был министром иностранных дел у Меркель в 2005–2009 годах и вернулся на этот пост в 2013-м, когда СДПГ снова вошла в правительство. И уже в 2017-м пересел в кресло федерального президента, выдвинутого, кстати, не родной партией, а меркелевским ХДС.
Может быть, теперь именно Штайнмайер (не занимающий никаких постов в партии) держит СДПГ в коалиции с ХДС, оправдывая это тем, что внутриполитическая стабильность дороже партийных интересов? Если это так, то это путь в никуда: и старейшую политическую партию Германии угробят, и «Альтернативу для Германии» не остановят. Впрочем, и Штайнмайер, и Меркель, все равно уйдут со своих постов до весны 2022 года, как раз к тому времени, когда «Альтернатива для Германии» будет примериваться к первому месту на германском партийном пьедестале.