Крупный международный скандал (как и многие другие в наше время) начался с одного-единственного твита. В феврале Казначейство Ее Величества опубликовало в своем аккаунте очередной «Интересный факт по пятницам» и поздравило «миллионы англичан» с тем, что вплоть до 2015 года их налоги шли на то, чтобы «покончить с рабством».
«Знаете ли вы, – вопрошало Казначейство дальше, – что в 1833 году Британия потратила 20 миллионов фунтов на то, чтобы купить свободу всем рабам в Империи?»
В ответ в СМИ и социальных сетях поднялась такая буря, что Казначейство вынуждено было свой твит стереть и сделать вид, что его никогда не было. Но что именно разозлило миллионы людей?
Во-первых, запрет на рабовладение от 1833 года, разрекламированный англичанами как акт неслыханного гуманизма, во многом был формальностью, не повлиявшей на суть. Например, рабы на плантациях Вест-Индии уже в следующем, 1834 году получили статус «учеников». Это означало для них отсутствие гражданских прав и обязанность принудительно работать на прежних хозяев. Пытки, казни и избиения никуда не делись, просто вместо рабовладельцев их теперь осуществляла британская колониальная администрация.
Не коснулось освобождение и миллионов индусов, шриланкийцев и прочих «второсортных» жителей империи, над которой не заходило солнце. Они продолжали работать на английских оккупантов буквально за еду и под страхом жестокой расправы. Просто называть их рабами было уже нельзя – с формальной точки зрения.
Во-вторых, деньги, выплачиваемые британским правительством с 1833 года, направлялись не на помощь освобожденным рабам, а на компенсацию убытков рабовладельцев. Так как значительная часть экономики империи была завязана на торговлю людьми, выплаты и впрямь получились огромными. 20 миллионов фунтов, о которых написало Казначейство, трудно перевести в современную валюту, но на 1833 год эта сумма составляла примерно 40% от всего британского ВВП.
Разумеется, таких денег в казне не было. Поэтому правительство Ее Величества заняло 15 миллионов фунтов у Натана Ротшильда и его свояка (брата сестры жены) Мозеса Монтефиоре. Все деньги пошли на выплаты рабовладельцам и заложили фундамент будущего благосостояния богатейших семей Англии.
До наших дней дошли документы, свидетельствующие о выплатах десятков тысяч фунтов стерлингов отцу британского премьер-министра Уильяма Гладстона, предкам писателей Грэма Грина и Джорджа Оруэлла, прадеду премьер-министра Дэвида Кэмерона. Деньги за рабов шли в бюджет таких легендарных корпораций, как Lloyds, Barclays Bank и Bank of England.
Неплохой бизнес сделали на этом и банковские структуры Rothschild and Sons. Правительство Ее Величества выплачивало им из госбюджета с наросшими за это время процентами вплоть до 2015-го. За это время сын Натана Ротшильда стал бароном и членом Палаты общин, его внук попал в Палату лордов. А Мозес Монтефиоре получил от королевы звание рыцаря и почил в сто лет, будучи одним из богатейших людей в Англии.
Неудивительно, что Ротшильд и его свояк были видными аболиционистами и активно лоббировали отмену рабства.
Столь благое начинание, как запрет на рабовладение, оказалось грандиозной, растянувшейся почти на два века финансовой аферой. А крайними в ней оказались простые английские налогоплательщики. За последнее столетие их ряды пополнили миллионы выходцев из Африки, Индии, стран Карибского бассейна. Получается, своими налогами они продолжали спонсировать бывших рабовладельцев.
«Это что ж выходит: мой отец, его дети, его внуки – все это время мы платили налоги, чтобы компенсировать убытки тех, кто поработил наших предков? – спрашивает в Твиттере симпатичная жительница Лондона родом из Ямайки. – И вы мне предлагаете этим гордиться? Вы чего, блин, охренели?!»
Государства Карибского бассейна и страны Африки регулярно поднимают вопрос о репарациях, которые Британия должна выплатить странам, где в свое время эксплуатировала и убивала рабов. В 2007-м (то есть в 200-летний юбилей Акта запрета работорговли, но не рабовладения) от правительства ждали, что королева Елизавета II наконец принесет официальные извинения за страшный бизнес, уничтоживший и искалечивший десятки миллионов человек и ставший основой процветания Великобритании. Но этого не случилось.
Тема извинений, покаяния, выплаты компенсаций потомкам рабов до сих пор крайне непопулярна среди британцев.
Несколько лет назад журналисты Guardian взяли интервью у театрального режиссера Эндрю Хокинса – потомка знаменитого пирата Джона Хокинса, одного из «отцов-основателей» английской работорговли, который начал перепродавать африканцев еще в 1562-м. В 2006 году Эндрю съездил в Гамбию на специальную церемонию покаяния белых потомков рабовладельцев перед потомками рабов. На него и еще 19 белых надели футболки с надписями «Мне так жаль», ошейники и кандалы и выставили их на обозрение 25-тысячной толпы. Церемония, на которой присутствовал вице-президент страны, продолжалась больше часа.
«Больше часа на этой жаре... Я чувствовал себя расчеловеченным, это просто ужасало. Люди смеялись над нами. Моя шея горела. Кандалы резали руки», – вспоминал Хокинс.
Когда потомок пирата вернулся домой, легче ему не стало: британские таблоиды утопили его в грязи, понося за любовь к легкое славе и неуважение к предкам. «Абсолютно тошнотворно», – гласил общий вердикт потомков рабовладельцев.
Да, были сожаления, которые высказывал премьер-министр Тони Блэр. Да, извинения озвучивались руководством Церкви Англии. Но официального покаяния за работорговлю от англичан ждать не приходится. Общее мнение по поводу компенсаций потомкам рабов хорошо сформулировал колумнист журнала Forbes:
«Мы, британцы, были бы рады сами получить компенсацию за нашу работорговлю».
Автор имел в виду, что потомкам рабов на Барбадосе, Карибских островах или в США сегодня живется гораздо лучше, чем потомкам тех, кто остался в Африке. Поэтому они должны доплачивать британцам за то, что те когда-то терзали и убивали их предков.
И главное, несмотря на широко разрекламированный запрет рабовладения, оно продолжало приносить доход английской экономике еще очень долгое время. Творческий подход позволяет практиковать рабовладение на территории Соединенного Королевства даже сегодня.
Одна из малоизвестных сторон английского рабства – огромное количество белых рабов. На протяжении XVI–XIX веков их ряды пополняли согнанные со своих земель английские крестьяне, разоренные появлением мануфактур ткачи и ремесленники, безработные, бродяги, нищие. Непрестанный приток рабов в английские колонии обеспечивала и голодающая Ирландия.
Формально эти люди назывались «обязанными слугами», но обращались с ними еще хуже, чем с африканским рабами, потому что доставались они дешевле. При перевозке в Америку смертность среди «обязанных слуг» доходила до 50%. В остальном – никакой разницы. Служили «обязанные» бессрочно, как и рабы. Как и в случае с рабами, их дети принадлежали хозяину.
Огромную часть белых рабов составляли именно дети – бездомные или из бедных семей. В портовых городах Англии и Шотландии нанятые работорговцами банды хватали мальчиков прямо на улицах, запирали в каком-нибудь сарае, а ночью переправляли на корабль, плывущий в заморские колонии. Доходило до того, что крестьяне боялись брать с собой в город детей, чтобы их там не украли. Жаловаться властям было бесполезно: бизнес крышевался местными магистратами.
Примерно по той же схеме в небольших городках уже современной Англии осуществляется массовое вовлечение детей в проституцию. Несколько лет назад страну потряс скандал в Ротерхэме, где пакистанские банды десятилетиями принуждали несовершеннолетних белых девочек к торговле телом. Счет жертв шел на сотни, но местная полиция отказывалась принимать жалобы родителей, откровенно покрывая сутенеров.
Недавно еще более масштабное насилие над несовершеннолетними вскрылось в городке Телфорд. С 1981 года выходцы из пакистанской диаспоры похищали несовершеннолетних девочек, принуждая их к проституции побоями и угрозами. Детей фактически обращали в рабство. Возраст самой юной жертвы составлял 11 лет, а общее количество пострадавших перевалило за тысячу.
Полиция, соцработники и местные власти Телфорда всячески препятствовали раскрытию этого дела. Шум вокруг него поднялся только в начале марта. Но внимание общественности было быстро и технично переключено с особенностей современного английского рабовладения на вовремя подвернувшееся под руку «дело Скрипаля».